Ринат Назипов – Гладиатор. Книга 5 (страница 62)

Мужики все организовали на самом высшем уровне, и площадку, и фуры, даже сопровождение для них приготовили, и гарантировали «зеленый коридор». А вот когда из бота вместе со мной вышел и Саша, довольный и гордый как стадо слонов, то Артур первым сделал стойку, хотя и Иван от него не сильно-то и отстал, похоже, что появилось еще два претендента на нейросеть и полет к Луне. Ладно, поживем увидим, пока не до мерехлюндий, работать надо.

За время моего отсутствия обстановка в клинике изменилась и сильно. Немаленькая часть из первой волны, так сказать, пациентов уже благополучно излечилась и разъехалась по домам, но вот облегчения нам это не принесло, «сарафанное радио», да еще и подтвержденное реальными результатами, это страшная сила. Со всех концов бескрайней страны к нам поехали страждущие, мой тезка не мог никому отказать, поэтому наш гостиничный корпус уже превратился в лечебный, сопровождающие получали отказ от размещения, а люксовые номера на одного человека превратились в палаты на шесть-восемь человек, плюс ко всему, благодаря нашим первым клиенткам, Белле и Стелле, к нам же потянулся и совсем не тоненький ручеек всяких разных «светских львиц», жен, любовниц и дочерей «знаковых лиц». В общем наш совсем, как оказалось, небольшой персонал просто-на-просто зашивался, а тезка уже и сам на себя не походил, от него осталось только одно приведение, подозреваю, что на ногах он держится только за счет нейросети. Но были и радостные новости, по личному распоряжению Президента, совсем не далеко от нас строится огромный онкологический центр, причем строится прямо-таки ударными темпами, сразу три немецкие строительные компании работают в круглосуточном режиме. Видать, крепко уверовал «гарант конституции» в мои слова и возможности. И это после того как было объявлено о введении против нас новых санкций, и еще не зная, какую бомбу приготовили мои ИскИны. Ничего, пока грузчики разгружают фуры, я успею связаться с Президентом и обрадовать его, скоро, очень скоро, весь Мир взвоет от зависти, а медицина здешней России выйдет на качественно иной уровень.

Поудобнее устроившись в кресле, я снял телефонную трубку и нажал кнопку вызова…

А на утро все СМИ России объявили о подписании Президентом Указа об ответных мерах на введение ЕС, США и еще рядом стран очередного пакета санкций, сроком на пять лет и без возможности пересмотра этих сроков. Скажу честно, Указ этот вызвал очень неоднозначную реакцию, одни говорили, «Правильно, нечего пендосам у нас лечиться», вторые недоумевали, «А смысл, так хоть какие-то денежки больницы и клиники зарабатывали, а что теперь?», за границей откровенно смеялись и приводили цифры, из которых было видно, что весь рынок медицинских услуг в Мире оценивается почти в два триллиона долларов, и на долю России приходится чуть дольше двадцати миллионов, меньше одной тысячной процента, мол, «нашли чем напугать, да у нас на рекламу губной помады в месяц тратятся большие суммы!». В общем, на этом бы все и закончилось, если бы через пару недель, когда все привезенные мною капсулы уже вовсю работали, а пациенты нашей клиники выздоравливали один за другим, даже безнадежно больные, те кому и жить-то оставалось несколько часов, в одном специализированном издании не появилась бы, сначала, маленькая заметка о том, что в Санкт-Петербургской Военно-Медицинской Академии законченно тестирование универсальной технологии лечения рака, а потом и большой, развернутый репортаж, с фактами, фотографиями, заключениями экспертов и маститых ученых, которые в один голос заявили, что российские ученые победили рак. Пару дней после этой статьи в нашей клинике наблюдалось столпотворение журналистов, пожалуй, из всех стран, в Питер потянулись «косяки» забугорных онкологов, каждый хотел посмотреть на результаты нашей работы, пообщаться с выздоровевшими, а если повезет, то и с теми, кто находится на излечении. Никто, само-собой, им не препятствовал, давали пообщаться и с больными, и со здоровыми, с их родными и близкими, даже демонстрировали капсулы, правда технологию их работы и производства никто не объяснял. Некоторые иностранные ученые не поверили и попросили допустить их к больным. После небольшого согласования, разрешение было получено, конечно всю эту толпу никто допускать не собирался, но пяток наиболее скептически настроенных врачей допустили и по их просьбе даже возможность провести все анализы и десятка наших новых пациентов, взять все необходимые пробы. Надо было видеть физиономии этих скептиков, когда анализы и пробы, взятые ими же и у этих же людей всего через три дня, показали полное их излечение.

Самыми ушлыми и хитрыми, а может быть просто наиболее быстро соображающими, оказались шведы. Они внесли очень заманчивое предложение, которое в других условиях и в другое время, было бы принято на «Ура», дескать для подтверждения результатов клинических испытаний и признания новых медицинских технологий и лекарств на территории ЕС, надо бы провести испытания и в клиниках Европы, и Швеция готова такие испытания провести, и денег мол за это даже не возьмем, так, самую малость, только на обучение персонала. Через несколько часов после обнародования этого предложения, подобные же поступили и из Германии, потом из Австрии, Швейцарии, Англии, Италии, Голландии и Европу прорвало… Наши не стали с ходу отметать эти предложения, а только ходили с загадочными лицами и тихонько посмеивались, как будто чего-то дожидаясь. Через месяц Испания объявила, что начато строительство огромного клинического центра и испанцы надеются, что в память о многолетней испано-российской дружбе, первые европейские испытания пройдут именно у них. Наши опять никак не отреагировали, а только наблюдали, за все более и более увеличивающейся истерикой среди журналистов и «экспертов», которые каждый день могли наблюдать за сотнями больных, которые уже через несколько дней покидали стены клиники абсолютно здоровыми.

Прошло еще несколько дней, и какой-то глазастый журналист заметил, что совсем даже не все пациенты попадают в наш гостиничный корпус, отданный под онкологическое отделение, примерно каждый двадцатый попадает в клинический корпус, который намного меньше и не пользовался таким интересом. Как всегда, взыграло ретивое и он заподозрил какой-то обман, мол не всех русские могут вылечить, да и вообще, не утка-ли все это. Журналюга очень хорошо подготовился, какими-то одному ему ведомыми путями он смог договориться с тезкой на интервью и большую экскурсию по клинике.

Руслан потом рассказывал, что началось все вполне дружелюбно и пристойно. Журналист повосхищался нашими достижениями и как-бы невзначай спросил, почему не все больные попадают в наш онкологический корпус. Руслан спокойно ответил, что все раковые больные попадают именно туда и он не понимает вопроса. Вот тогда-то журналист и выложил ему результаты своего «журналистского расследования». Он, наверное, уже подсчитывал будущие свои гонорары, ведь само интервью шло в прямом эфире почти на всю Европу. Руслан спокойно выслушал обличительную речь журналюги и спокойно спросил:

– Вы медик? А кто вам сказал, что эти пять-шесть процентов наших пациентов, о которых вы говорите, больны именно раком?

– Нет, я не медик, я профессионал своего дела, я совесть народа, я – журналист! И разве в онкологической клинике могут находиться какие-то больные, кроме тех, кому поставлен страшный диагноз – Рак.

– Ну, во-первых, наша клиника совсем даже не узкоспециализированная и уж совсем не онкологическая. Во-вторых, наша клиника имеет название: «Экспериментальная клиника инновационной медицины». Ну и в-третьих, те пациенты на которых вы обратили внимание, страдают не менее страшным заболеванием. В том корпусе мы помогаем излечиться людям, страдающим от СПИДа и ВИЧ. И в-четвертых, там же мы проводим клинические испытания и лекарственных средств еще от ряда болезней, но об этом еще рано говорить. Если не боитесь, то я могу устроить вам и туда экскурсию.

– И каков же процент излечившихся от СПИДа и ВИЧ в вашей клинике?

– Да примерно такой же как и от рака… сто процентов.

Все бомба взорвалась! Руслан потом смеясь мне это все рассказывал. Поделился он со мной и тем, как его к этому «интервью» готовили наши ФСБшники, которые давно срисовали интерес журналиста к нашему клиническому корпусу и его пациентам. Хотя надо отдать французскому журналисту должное, «держать удар» он умеет и от экскурсии не отказался, только попросил разрешения взять с собой не фотографа, а телевизионного оператора.

Пару дней после этого прямого эфира в Мире царила тишина, а потом понеслось. Первой очнулась ВОЗ и прямо-таки потребовала доступа к нашим новым технологиям и лекарственным средствам. Наши посольства и консульства начали осаждать всякие-разные рок и поп звезды, детки богатеньких родителей, политические деятели всех мастей и размеров, всем им было нужно только одно, виза и возможность пройти обследование и лечение в нашей клинике. В первом никому не отказывали, платите и летите, а вот со вторым вышел полный облом, им в глаза тыкали Указом Президента и ехидно ухмылялись.

Ухмылялись, но не всем. На робкие вопросы из стран Африки и Азии, а так же Латинской Америки, дескать ну мы-то вроде как не входим в ваш санкционный список, как насчет нас? Был получен однозначный и положительный ответ. Россия уже заканчивает строительство завода по производству лекарства и скоро сможет обеспечить всех нуждающихся. После этого первой сдалась Италия. На волне протестов, и надо заметить, не только больных и страждущих, но и достаточно крупных предпринимателей, фермеров и тому подобного, Правительство ушло в отставку, вновь назначенные министры начали раскручивать маховик выхода страны из ЕС и НАТО, в Сенате начались дискуссии об отмене санкций против России, всех, кстати, а не каких-то выборочно. Да еще и местная пресса подогревала ситуацию, почти ежедневно печатая скорбные списки умерших от рака и СПИДа. Напрасно из-за океана кричали, что еще чуть-чуть и они тоже смогут решить эти проблемы. Пара интервью с Русланом, поставили на этом огромный крест, он заявил: «Если Штаты в ближайшие полсотни лет смогут добиться чего-то подобного, то я готов повеситься». Грубо конечно, но это всем показало, как низко ценят российские специалисты возможности США, да и Европы, в этом вопросе. В общем, как говорил «сын турецко-подданного», «лед тронулся». Ну а я тихонько отошел в сторону. Звездой мировой величины стал – тезка, тем более, что в течении следующих полугода из стен нашей клиники вышли лекарства и технологии лечения еще как минимум от полусотни самых разных болезней и нарушений деятельности мозга, ранее считавшихся неизлечимыми. Хотя, сложившаяся вокруг него ситуация, Руслана явно и тяготит, ведь львиная доля СМИ приписывает именно ему и «его команде» все прорывы и открытия.