Ринат Иксанов – Кто с мечом придёт… (страница 5)
– Кушать сильно захотелось… – бормотал я извиняющимся тоном, но было не до политесов.
– Кушать, говоришь? Скорее, жрать… – саркастически заметил Карандыш.
Наконец, насытившись, я привалился спиной к стволу березы, непроизвольно рыгнул.
– Упс… прошу прощения. Все, ребята, вы как хотите, а я спать… Сил не осталось…
И, улегшись прямо на мягкую траву, моментально уснул. Даже не заметил, ответили мне что-нибудь Жан с Милёной, или нет.
Проснулся от похлопывания по плечу. Милёна протягивала мне наполненную до краев братину.
– Квасу испей, Край.
Покряхтывая от боли в мышцах и зевая, я уселся, снял с себя холстину, которой заботливые друзья укрыли меня, спасая от мошкары. Ледяной забористый напиток обжег гортань, прогнал сонливость.
– Ух, спасибо! Откуда квасок? – Я утерся рукавом рубахи и вздрогнул всем телом. – Ядреный какой…
– Тут недалеко деревенька, – ответил Жан. – Благодарные жители в полдень принесли на обед угощение победителям, в том числе и квас. Хмельного меду тоже… Но Доброслав Алексеич бухать пока запретил – опосля, говорит, когда вернемся в Новгород. Поэтому пьем вот этот хлебный напиток.
– В полдень? – Подняв взгляд, я увидел, что солнце уже было довольно высоко. – Сколько же я проспал?!
– Вечер уже скоро… – Милёна забрала у меня пустую посуду и куда-то ушла. Может, за едой отправилась?
– Почти сутки… А разве мы не в Ладогу сейчас поедем? С князем?
Спецназовец отрицательно покачал головой:
– Александр Ярославич уже уехал в Новгород. А мы… Не знаю я, куда мы направимся. Боярин велел нам сидеть здесь и не дергаться – ждать, значится, дальнейших распоряжений, – ответил Жан. – Ты спал, как младенец, поэтому не слышал, как на рассвете гонец прискакал. Вроде как богатые новгородцы снова воду мутят, уроды… Это мне Федор шепнул, прежде чем с ближними вперед князя в Новгород отправиться. Помнишь Любослава, который участвовал в заговоре против князя? Его, кажется, свои из заключения освободили.
– Кто это «свои»?
– Новгородские бояре-сепаратисты. Федор так и сказал, мол, толстосумы мутят народ. Поэтому, прежде чем князь войдет в Новгород, по замыслу Доброслава Алексеича первыми в городе должны оказаться ближние дружинники с Федором во главе, чтобы заблаговременно разнюхать обстановку и предупредить князя, если что… Только я не уверен, что Александр наш, горячая голова, сразу же рванет боярскую шушеру на место ставить. Чем это может закончиться?.. Резнёй! А гражданская война никому не нужна…
– Не нужна, это точно. Однако, князь здравомыслящий для своего возраста человек. Ему гражданская война сейчас не нужна. Тем более, что, если верить историкам из нашего времени, крестоносцы ливонского ордена после победы князя у Невы попытаются взять реванш. Помнишь инока Евстафия? Немцы давно уже гуляют по нашим землям в районе Пскова. Вот теперь-то они ударят уже посерьезнее, с размахом… – Я немного подумал, потом, понизив голос, заговорил о другом, – Нам нужно срочно наладить связь с базой. Сколько уже времени прошло, а от них ни слуху ни духу. Что там происходит? Как себя чувствуют наши раненые – Леший, Рогун? Этот воин ислама Камран тоже вызывает опасения…
– Не мельтеши, Край, Медведь свою работу знает. Уверен, у него все под контролем. Меня больше интересует, чем там занимаются наши ученые? До сих пор не пойму, остаемся мы здесь, или все-таки вернемся в наше время? Знать бы точную дату отправки!
Я посмотрел в ту сторону, куда ушла Милёна.
– Если мы отсюда исчезнем, с ней что будет? Думал над этим?
– С собой возьму, – отрубил он. – И пусть кто-нибудь хоть слово против вякнет!..
– Даже Медведь?
– А что Медведь? Полковник тоже человек. Иногда. Шучу… Медведь поймет, он нам как батя.
– А с ней об этом говорил?
Жан вздохнул.
– Ну… конкретно не предлагал. Рассказывал ей о нашем времени. Только она думает, что это просто красивая сказка. А вообще-то она у меня как была молчуньей, так и осталась. Я-то думал, что теперь, когда снова речь обрела, ее не остановишь… Всё! Решение принято, Край, с собой ее возьму, и точка.
– Ох, не знаю… Она девушка хорошая, слов нет. Только, приживется ли у нас?.. Образ жизни, менталитет и всё такое… Представь ее на лабутенах, да на выставке Ван Гога? Ну-ну, не дергайся, я тоже иногда шучу, по средам… Кроме того, уверен ли ты, что если мы опять переместимся во времени, то где гарантия, что попадем именно домой? А вдруг занесет к динозаврам в гости, где в сортир только с гранатометом ходить? Думаешь, понравится твоей подруге в мезозое?
Спецназовец не ответил, потому что вдруг посветлел лицом, и, глядя мимо меня, восторженно заорал:
– Гром! Какими судьбами?!
Я оглянулся. К нашему биваку шел улыбающийся майор. Мы встретили его крепкими рукопожатиями и братскими похлопываниями по крутым плечам.
– Стало быть, реабилитировали тебя, Гром? – спросил Жан. – А что с Гордеем?
– Погоди с расспросами, – перебил его я. – Человек, наверное, проголодался. Сначала пообедаем…
Валера покачал головой:
– Нас покормили досыта, даже налили по стопке. Рысь сейчас должен подойти. Выволочку он, само собой, от руководства получил, с занесением… Но Александру Ярославичу не до бывшего сотника. Знаете наверное, отбыл князь по каким-то срочным делам.
– Бывшего сотника? – уточнил Жан.
– Ну да, Доброслав Алексеич сместил его должности и отдал нам на поруки.
Я удивился:
– То есть, его повысили? Ближним дружинником назначили?
– Нет.
Гром огляделся, присел на траву, вытянул ноги. Мы присели рядом.
– А кем тогда? – продолжал допытываться я.
– Будет при нас вроде как ординарцем. Вернее, при мне. Под мою юрисдикцию отдан, под личную, так сказать ответственность. На перевоспитание. Такое ему наказание. Гордей, он ведь свое имя оправдывает – гордец. Отрастил себе непомерно завышенное эго. Вот и решил боярин его приземлить.
– А Гордей-то как воспринял такую канитель?
– От радости не пляшет, но и в отказ не пошел. Я отправил его наших коней напоить – пёрышки встопорщил, но пошел как миленький, якобинец хренов…
Я покачал головой. И все-таки Рысь, хоть и упал с высоты своего положения, но приземлился на лапы, котяра…
– Так, с бывшим сотником все ясно. – Я решил перевести разговор на другую тему. – Мне интересно, как ты фон Данхеля повязал. Жан что-то пытался мне рассказать, но так бездарно запетросянил, что лучше будет, если ты сам расскажешь.
Жан поджал губу, однако смолчал. Подобрал из травы какую-то палку и начал вертеть ее в руках, рассматривая с преувеличенным интересом. Майор усмехнулся.
– Не я Данхеля взял – Гордей таки отличился. Ему-то уж точно надо было реабилитироваться… Я только выследил рыцаря, но сделать ничего не успел. Откуда только крестоносец арбалет с болтами нашел? Гляжу – прячется, сука, за валуном, и целился в князя. Гордей – реально рысь! – на него как кошка налетел. Арбалет отнял, по чавке успел пару раз впечатать. Тут уже сначала я подоспел, а потом и дружинники навалились…
Вернулась Милёна, ласково улыбнулась Грому.
– Здравствуй, Громушка.
Он улыбнулся в ответ, качнул головой в знак приветствия:
– Здравствуй, Милёна.
– Как думаете, – задумчиво произнес Жан, – что теперь князь собирается делать? Край, как думаешь? Что там, в учебниках истории напишут наши ученые современники?
Я пожал плечами.
– История об Александре Невском не изобилует подробностями. Летописцы склонны к преувеличениям и художественному вымыслу, а ведь именно на основании их творчества пишутся учебники. Если память мне изменяет, согласно историческим справкам, князь пробудет в Новгороде недолго. Местной верхушке его триумф словно кость в горле… Побоятся они того обстоятельства, что после успешного разгрома свейского десанта он станет слишком популярным в народной среде. Новгородским боярам народные герои не нужны… Это же прямая угроза их власти! Видишь ли, князь помешал их планам. Именитые новгородцы ждали Биргера с хлебом-солью, да распростертыми объятиями, а Ярославич отвесил шведу волшебного пенделя…
Жан в сердцах переломил палку и запальчиво повысил голос:
– Я одного не пойму: Александр Ярославич по-местному званию князь, а не какое-нибудь… хухры-мухры! Что ему какие-то там бояре? Табель о рангах не для них что ли написана? Князь-то покруче боярина будет! Где, мать их, субординация?! Как они могут диктовать ему свои правила? А тем более выгнать из города?! У него ж боевая дружина! Да я бы на месте князя…
Всплеск эмоций Карандыша прервал Гром:
– Ша, капитан! Отставить нервы. Табель о рангах еще не скоро на Руси появится, Ваня, историю надо знать.
– Ну так поясни мне, неучу!
Но учить Карандыша у Грома пока не получилось. Неожиданно в дальнем конце поляны я увидел знакомую атлетическую фигуру в полной боевой экипировке – в кольчуге и шлеме, с пояса свисал меч в ножнах. Никак Гордей?! Вернули, значит, оружие… Он скорым шагом подошел к нам.
– Вот вы где… Боярин вас кличет, ратники. Велел поспешать.
– Нас? А тебя? – спросил удивленный Жан.
Рысь отвел взгляд.