Рина Зерцалова – Зеркало в магической академии (страница 8)

– Хищники обычно умнее и более активны, поэтому их чаще используют в качестве фамильяров, – объяснила ведьма-преподаватель. – Птицы пользуются большой популярностью, их можно посылать с поручениями и письмами, разведывать местность их глазами и другими способами использовать их умение летать.

– А почему нет крупных хищников? – разочарованно спросила одна из девушек. – Волков, крупных собак или рысей?

– В общежитии их держать неудобно. Эти неудобства перекрывают преимущества крупных животных. В сущности, преимуществ у них всего два – способность носить тяжести и нападать на людей, да и то – серьезную опасность они представляют только для безоружных.

Студенты группы столпились около входа, разглядывая клетки с питомцами.

А я обратила внимание на крайнюю клетку, где копошилась целая стая мышей.

Одна мышь сидела у передней стенки клетки на попе, схватилась крошечными пальчиками передних лапок за прутья решетки и смотрела глазами-бусинками на людей. Ее круглые ушки были растопырены в стороны, что придавало ей вид безнадежно-печальный.

Мне стало ее жаль. Я, не задумываясь, выбросила в ее сторону жгутик и попыталась погладить им мышь по спинке. Я ждала, что жгутик оттолкнется от живой плоти, как отталкивался от тела Фальмы. Но он вдруг провалился внутрь мышиного тельца и даже как будто прилип к нему кончиком. Мышь встрепенулась, повела мордочкой по сторонам.

«Кто тут?» – я услышала испуганный голос внутри своей головы.

– Я… а ты кто?

– Я – Мыш.

– Мышь?

– Мыш. Я – мужчина.

– А я – Настя.

– Ты хочешь сделать меня фамильяром?

– А можно?

– Похоже, ты уже сделала. Ты же чувствуешь связь?

Я втянула в себя свой туманный жгутик, который кидала к мышке. Жгутик исчез, но связь осталась. Я теперь чувствовала, что рядом находится нечто живое и мое.

– Забирай меня скорее!

– Как же я тебя заберу? Я – призрак.

– Призрак? – ушки у мышки от удивления встали торчком. – Ты должна как-то меня отсюда забрать. Иначе меня съедят!

– Как съедят? Разве фамильяры едят друг друга?

– Мыши – не фамильяры. Мыши – корм для фамильяров!

Студенты отправились бродить между клетками. Я воспользовалась тем, что все они были заняты, и бросила по полу длинный тонкий жгутик, чтобы мои глаза оставались около Мыша.

Я внимательно рассмотрела клетку, ее дверцу и запор. По моему впечатлению, Мыш мог его открыть своими ловкими пальчиками. Просто он не видел, как. Но если я его буду направлять…

– Видишь железную пластинку рядом с дверцей?

– Конечно вижу.

– Снаружи в ней сделана петелька. И в дверце сделана петелька, так что они находятся друг над другом. И в эти две петельки вставлен деревянный чопик. Тебе надо просунуть лапку сбоку от пластины, дотянуться коготками до этого чопика и вытолкнуть его вверх.

– Не разговаривай со мной, как с ребенком. Я взрослый мыш.

– Ты взрослый, но очень маленький. Суй лапу!

Мыш встал боком к решетке, протолкнул лапку между прутьями, пошарил за пластиной. Наощупь нашел запирающий клетку стерженек. Попробовал толкать его снизу. Не получалось, не хватало сил.

– А если еще и вторую лапку сверху запустить, схватить и тянуть?

– Я не могу схватить. У меня на передних лапах нет больших пальцев, как у человека.

Лапка Мыша действительно не имела хватательного пальца.

– А если коготками зацепить?

Мыш просунул между прутьями вторую конечность. Для этого ему пришлось раскорячиться. Одной лапкой он толкал деревяшку снизу, второй тащил. Чопик пополз вверх. В какой-то момент Мышу стало неудобно держать его, и он чуть не уронил, но нет – справился. Удержал, перехватил удобнее, вытолкнул. Круглый стержень упал на стол и скатился на пол. Дверца распахнулась.

Мыш замер, не веря в свое счастье.

– Быстро на пол! Видишь леди в голубом платье у клетки с галкой? Проскочи к ней, заберись сзади под подол между верхним платьем и нижним. Там спрячься.

Мышка спрыгнула на пол и быстрой мохнатой тенью метнулась между людей к леди Фальме, а затем юркнула к ней под подол. Там уцепилась коготками за ткань и замерла.

Операция по спасению рядового Мыша была успешно завершена.

В это время другие мыши в клетке нашли открытый выход. Они задержались ненадолго, потом стали неторопливо вываливаться из клетки на стол и ползать по нему, исследовать территорию. Они привыкли к людям и не пытались сбежать.

Скоро ведьма-преподавательница заметила беспорядок и усилием воли загнала мышей обратно в клетку. Всех, кроме моего нового фамильяра, притихшего под тканью.

* * *

Студенты выбирали себе животных и устанавливали с ними контакт. Потом слуга выдавал им инвентарь. К птицам полагались подгузники, чтобы те не гадили, где попало. Владельцы котов и собачек получали лотки для песка. И те, и другие получали ошейники, на которые можно повесить защитный медальон, жетон с именем владельца или записку, которую надо доставить.

После некоторых колебаний леди Фальма выбрала сороку. Птица жизнерадостно прыгала по столам и клеткам, пока хозяйка не посадила ее к себе на плечо.

Сорока была красива. Крупная, белобокая, с длинным хвостом, с сильными черными крыльями, отливающими синевой. Очень живая, любопытная. Она периодически щелкала, крякала и трещала.

* * *

Пока студенты занимались своими животными, я продолжила мысленное общение с Мышем.

Оказалось, он не просто мышь. Он – мышь разумная, продукт научно-магического эксперимента!

– Несколько лет назад ведьмы решили вывести породу разумных мышей, – рассказывал он, обрадованный тем, что теперь у него есть собеседник. – У них получилось, но они сами этого не поняли!

– Как это?

– Они решили, что чем быстрее мыши запоминают путь из лабиринта, тем они умнее. Большая магическая сила не всегда сочетается с наличием мозгов. Вот сама подумай – человеку легко запомнить дорогу в лабиринте?

– Вообще-то нет.

– Вот! Запомнить несколько поворотов легко, а дальше – всё. Возможностей у мозга для этого нет, нужно многократное повторение. Но это же не делает человека неразумным? Потому что разум – в другом.

Мыш рассуждал удивительно разумно. Разумнее многих моих знакомых людей.

– И вот, под действием магии мои родители и их братья и сестры научились логике и стали понимать речь. А ведьмы этого так и не заметили!

– А почему они с ними не пытались поговорить? – удивилась я.

– Так ведь голос у мышей очень тонкий, намного выше, чем звуки, доступные человеческому уху. Вот ты знала, что мыши умеют очень красиво петь?

– Мыши??

– Ну! Самцы мышей, когда привлекают самок, поют не хуже соловьев. Только человек нас не слышит, голос у нас слишком высокий.

– Ух ты!

В общем, ведьмы вывели разумных мышей, но признали эксперимент неудачным и пустили всех этих мышей на корм совам и котам. Конечно, разумные мыши пытались спастись, увильнуть от рук, шарящих в клетке в поисках очередной жертвы. И многим это удавалось.

Из-за жизни в нечеловеческих условиях, под давлением постоянного страха, разумные мыши не стали размножаться и не оставили потомства. Исключением стали родители Мыша. Они так любили друг друга, что решили рискнуть и родили нескольких мышат. Большинство из них поймали и скормили котам еще до того, как те повзрослели. Из всего помета удалось спастись только Мышу. Больше попыток размножения родители не повторяли.

Мыши живут недолго, так что через пару лет все разумные особи умерли от старости, и мой Мыш остался один среди безмозглых дикарей.

– Даже поговорить не с кем было, – вздохнул он, заканчивая свой рассказ.

– И что мне теперь с тобой делать?