Рина Зерцалова – Зеркальный бизнес попаданок (страница 10)

Я обхватила себя руками и походила по залу. Если наморщивание лба не помогает придумать выход, надо походить. Тогда придумается. Или нет.

Подошла к новенькой бутылке. Она была еще горячей, воздух над ней тёк, как летом над нагретым асфальтом. Рядом на полке стояли похожие сосуды. Они оказались не совсем одинаковыми, но алхимикам этого и не требовалось, судя по всему. А так – нормальные колбы и бутылки из мутного коричневого стекла. Некоторые чуть кривоваты, но в целом – использовать можно.

– Не дотрагивайтесь! – заволновался мастер. – Их еще отжигать нужно, чтобы снять напряжения. Сейчас они могут рассыпаться от любого прикосновения.

Я испуганно отшатнулась от коварных бутылок.

Мне пришло в голову подключить свою ведьмовскую интуицию. Я ввела себя в состояние ясности ума, тут новая идея и проклюнулась:

– Ты сказал, печь занята весь день. А ночью?

Мастер удивленно посмотрел:

– Так ночью же темно для работы.

– Так нам же выдувать изделие не надо. Разве что на пластине разровнять расплав. Это и при свечах можно.

Стеклодув почесал за ухом. Пожал плечами. Но всё же отказал:

– Не пущу я в свою мастерскую кого попало. Вдруг испортите инструмент или тигель?

– А если мы оплатим аренду мастерской? Сколько будет стоить поработать в ней одну ночь? Мы еще и сырье у вас купим, известняк и соду.

– А если печь испортите?

– Если что-то испортим – всё испорченное компенсируем деньгами.

В общем, соблазнила я мастера. Деньгами соблазнила. Теперь осталось придумать, где взять работника, который будет готов по ночам плавить для нас стекло. Кое-какая идея на этот счет у меня имелась.

Я уточнила практические вопросы, походила по мастерской, оценивая, удобно ли тут будет работать. Выяснила всё и убежала в столовую. Перерыв длинный, но до следующей лекции осталось не так уж много времени.

* * *

«Это я удачно зашла!» – поняла я, увидев в столовой Пумеса.

– Джентри Рит, – сразу подошла я к нему, – мы могли бы переговорить наедине?

Пумес сидел вместе с людьми виконта Хорна. Парни из свиты сразу оживились и уставились на меня. Видно, подумали о романтических поводах для разговора.

– Не о чем нам с вами разговаривать, – пряча глаза заявил некромант.

Я взбесилась. Хотела высказать ему своё «Фу!» на такое поведение. Потом сообразила – он, пес этакий, боится замарать себя перед лицом товарищей разговором с девицей, потерявшей репутацию. При этом формально, я свою репутацию восстановила, потому что все мои обидчики бесповоротно мертвы. Значит, прямо мне сказать: «Уйди, развратница» никто не посмеет, но и общаться боятся. Как только я это поняла, поняла и то, что скандалом делу не поможешь. Пришлось повторить удачный прием, уже проверенный на стеклодуве, и сослаться на Фальму:

– Я пришла по воле леди Фальмы Блуа и должна обсудить с вами деловой вопрос. Вы ведь найдете возможность обсудить предложение леди?

Тут Пумесу стало нечем возразить. Он поднялся. Я уже совсем было утащила его в угол, за пустой стол, но меня остановил виконт Хорн:

– Джентри, а где сама леди Блуа? Я бы хотел поговорить с ней.

– У нее недомогание. Сегодня и завтра она не сможет вас принять.

Виконт помялся, потом негромко уточнил:

– Вы знаете, что решили ее родители насчет нашего брака?

Я знала, но сказать об этом должна сама Фальма. Иначе крайне невежливо получится, если жениху через подругу передадут, что невесту ему заменили на сестру.

– Я не уполномочена обсуждать эту тему, – честно сказала я.

Виконт насторожился. Ничего, придется ему поволноваться пару дней.

* * *

Я уселась и стала нагребать себе на тарелку пищу. Проголодалась я.

– О чем вы хотели говорить, джентри? – хмуро спросил Пумес.

Его явное пренебрежение меня достало.

– Джентри Рит, вам корона на уши не давит? Лицо попроще сделайте. Я вам, вообще-то работу хочу предложить. И если у нас всё получится, то после окончания вашей учебы в Академии виконтесса предложит вам постоянное место.

Я оценила содержимое своей тарелки, поколебалась мгновение, добавила еще кусок запеченного мяса. Чтобы не томить парня, стала есть и рассказывать одновременно.

– Нам прямо сейчас, буквально уже сегодня-завтра, нужен одушевленный конструкт. Этот конструкт должен быть в состоянии выполнять простую работу. Поддерживать горение в печи, засыпать в тигель компоненты, ставить тигель в печь и доставать его оттуда, выливать расплав в форму. Желательно, чтобы он умел читать и считать, ну или хотя бы был достаточно сообразительным, чтобы правильно отмерить нужное количества веществ. В идеале нам нужен мастер-стекловар, если вы сможете найти душу с соответствующими знаниями, мы будем очень рады и заплатим дороже.

– Но почему вы обратились ко мне?

– Потому что вы создавали конструкт, который применялся в дуэли с Вивьеном из Флеко. Если отбросить совершенно излишнюю для нас броню, нам нужно что-то похожее.

Некромант возмутился:

– Вы совершенно превратно поняли мою идею! Я занят созданием боевых конструктов, а вам… вам какой-то обычный раб нужен!

– Не обычный, а сообразительный. Да, нам нужен раб для простой работы. Потом потребуются рабы для работ, требующих профессиональных умений. Много рабов. И за всех мы готовы платить.

Пумес растерялся. Почему-то идея заставить скелет, одушевленный призраком, выполнять обычную работу, а не воевать, его шокировала.

– Но это же… это принижение высокого искусства некромантии! Почему бы вам просто не купить живого раба?

Я вздохнула.

– Пумес. Тебе деньги нужны? Работа тебе после окончания Академии нужна?

Парень кивнул. Ну слава Судьбе! Здравый смысл у него таки проснулся.

– Если нужны, тогда ты должен делать то, за что тебе будут платить. А платить мы готовы за конструкты, которые будут работать. Возможно, потом и конструкты-охранники потребуются, но это не главное. Главное – мастера и подмастерья. Прямо сейчас нам нужен первый работник. Готов ли ты его сделать, сколько времени это потребует и сколько будет стоить?

Как всегда у творческих личностей, когда речь зашла о практическом применении их идей, оказалось, что сроки неопределенны, а цена завышена. Мы поспорили.

– Но откуда я возьму прочный скелет так быстро? – возмутился некромант. – Старые кости – хрупкие. Он не сможет работать, руки поломаются под весом ноши!

– Пумес, а почему бы тебе не укрепить кости стальным прутком и проволокой? Ты можешь оставить только суставы, а между ними вставить железо. А суставы можно укрепить, пропитав кости клеем.

Я обдумывала этот вопрос, потому и смогла сразу привести этот аргумент.

Услышав об укреплении костей и суставов, Пумес завис. Сунул в прическу пальцы, уставился в столешницу и в таком положении надолго замер. Я решила, что это хороший признак и, пока он мыслил, стала быстро поглощать содержимое своей тарелки.

– Мы тебе даем не только деньги и работу, а еще и возможность потренироваться и опробовать новые методы и подходы, – сделала я контрольный выстрел. – С очень большими перспективами в будущем.

– Я согласен, – отмер Пумес. – А платить сколько будете?

Мы немножко поторговались, но это было уже не принципиально. Деньги у нас есть, да и аппетит у Пумеса небольшой, парень он не разбалованный большими деньгами.

* * *

На послеобеденных занятиях я была довольна собой и гордилась тем, какая я умница и красавица. А потом мне пришла в голову еще одна идея. Я поняла, что могу совместить работу со стеклом и с золотом. Наша корзина с золотом, она же никуда не делась. Стоит, ждет своего часа. Золото стучится в мое сердце и просит быстрее его очистить и переплавить.

Но тут есть риск. Отдать его какому-нибудь ювелиру? Можно. Только какие гарантии, что мы не потеряем половину металла? Человек слаб, соблазн велик. Потом ведь ничего не докажешь. Тем более, существующие в этом мире технологии выделения золота из породы имеют очень высокий уровень потерь. По сути, тут умеют дробить камни, чтобы отделить мелкие прожилки металла от породы, и потом полученный золотой песок отделять от легких фракций промыванием. Вот как на Земле золотоискатели когда-то делали – в лотках или наклонных желобах обычной водой мыли песок, пока на дне не останется одно золото. Понятно, что содержание металла в таком песке далеко от ста процентов. Существуют какие-то древние технологии очистки, но мы их не знаем.

Вот мы и решили – золото из наших самородков добывать будем сами.

Покопавшись на каникулах в подсознательной памяти Даши-Фальмы (которая в земной жизни имела образование химика-технолога) мы обнаружили там технологию получения чистого золота из жильных месторождений. Теоретически, в ней нет ничего сложного. И она вполне доступна на том уровне технологий, который есть в этом мире. Если упрощенно, то сначала смесь породы и металла растворяется в соляной кислоте, это удаляет примеси соединений железа и прочих активных металлов. Потом осадок растворяется в «царской водке», смеси азотной и серной кислот, золото переходит в раствор, а песок остается. Остается слить раствор и выпарить из него золото. Просто? Но, как всегда, на практике есть нюансы.

Первая порция нюансов – техническая.

Мелкие жилки металлов пронизывают каменную породу. Чтобы кислота до них добралась, камень надо измельчить. Чтобы его измельчить, его надо прокалить, тогда он потеряет прочность. После прокаливания камни толкутся в ступе или перемалываются в мельнице.