Рина Зеленая – Свой выбор (1-2 части, первый курс) (страница 156)

- Так или иначе, Снейп ведет себя очень подозрительно. И он на самом деле злой человек, - вздернув нос, сказала Гермиона.

Гарри мысленно фыркнул, услышав это. Он многое мог бы сказать о по-настоящему злых людях.

- Гермиона, ты же читала «Властелин колец», - сказал Поттер девочке, - помнишь, когда Фродо первый раз сталкивается со Странником, то тот ему кажется опасным…

Гермиона недовольно перебила мальчика:

- Зачем мне читать что-то подобное?

Гарри сбился и удивленно замолчал.

- Что?

- О чем ты? – спросил рейвенкловец. – «Подобное»? Что ты имеешь в виду?

- Это ведь выдуманная история, не более того. Маггловская выдуманная история. Я лучше почитаю учебник! – убежденно ответила девочка.

Гарри чуть обиделся за любимого автора, вздохнул и попробовал снова:

- Ну… возможно, твои родители по телевизору смотрят фильмы или сериалы? Что-то детективное? Знаешь, в сериалах следователи часто разыгрывают схему «Хороший полицейский, плохой полицейский»…

- Моим родителям есть, чем заняться, - бросила девочка презрительно.

- К чему ты все это говоришь? – влез в разговор Симус.

- Ладно, - недовольно ответил Поттер. – Я просто хотел на примере показать, что если кто-то похож на злого волшебника, говорит как злой волшебник, одевается как злой волшебник и даже смотрит как злой волшебник, то это совсем не обязательно злой волшебник. Серийный убийца и маньяк может казаться приятнейшим человеком, выращивающим цветочки и угощающим всех соседей пирожными, а хмурый и неприятный в общении человек окажется просто замкнутым, но безобидным гражданином. – Гарри вздохнул, видя недовольство на лицах ребят. – Не нужно приписывать профессору того, чего нет. Да, он строгий. И ему бы преподавать нескольким ученикам, желающим стать зельеварами, а не школьникам. Но он не плохой человек.

Симус недовольно что-то прошипел, а потом брякнул:

- Слизеринский подпевала!

- Ты у змея в любимчиках ходишь, - подхватил Уизли. – Конечно, ты будешь его защищать. А он просто затаился и ждет, когда можно будет воспользоваться случаем!

- Десять лет? – с презрительной усмешкой уточнил Гарри. Слова Финнигана его задели. – Долго же он выжидает.

- Но, Гарри, ты не наблюдал за профессором, как мы, - как можно миролюбивее произнесла Гермиона. – Как ты объяснишь то, что профессор Снейп постоянно крутится рядом с коридором?

- Ну… - состроил задумчивый вид Поттер, а потом издевательски усмехнулся. – Он следит, чтобы таких умников, как вы, не сожрал цербер? По первокурснику на голову. И обрывков мантий не останется!

Грейнджер вздрогнула, но решительно продолжила:

- Но, Гарри, ребята правы. Профессор – самый подозрительный человек в школе.

«Самый подозрительный человек здесь – Дамблдор. Он одевается как Санта и всех угощает конфетками. Прям как добренький дяденька из фургона…» - мысленно ответил ей рейвенкловец, а вслух сказал:

- Гермиона, профессор был оправдан много лет назад. И как бы подозрительно он ни выглядел, он все еще работает в Хогвартсе. Если бы к нему были какие-то вопросы, то, уверен, уж за десять лет родители студентов смогли бы добиться его увольнения. Вот… Рон, у тебя ведь два брата уже окончили школу. Трое учатся…

- И что? – насупился Уизли.

- Если бы твои родители опасались за вас, вряд ли бы одного за другим отправляли в Хогвартс сыновей.

- Да много кого оправдали! – возмутился рыжий гриф. – И что с того? Тот же Каркаров стал аж директором Дурмстранга! Это не делает его хорошим парнем.

- Ты не путай директора с зельеваром, - ответил ему Поттер.

- Ты о чем? – спросила Гермиона.

Гарри обвел всех троих взглядом, увидел полное непонимание и удивленно вздернул брови.

- Вы чего? – спросил он. – Не понимаете?

- Что не понимаем? – уточнил Симус.

- Назначение директором и назначение школьным зельеваром не одно и то же. В Хогвартсе нет отдельной должности изготовителя лекарств для Больничного крыла. Мадам Помфри сама варит только некоторые, все остальное поставляет профессор Снейп, - сказал Гарри. – И он варит настолько хорошие лечебные зелья, что даже целители из Мунго хотели бы с ним сотрудничать.

- И что такого? – непонимающе дернул плечом Рональд. – Ну мешает Снейп всякую бурду лучше других, ну и что?

Гарри пристально посмотрел на Грейнджер, но и она выглядела озадаченной.

- Помните первое занятие и приветственную речь учителя? – задал вороненок наводящий вопрос. – «Глупое махание волшебной палочкой…» Думаете, это просто слова? Нет. Зельеварение не просто сложная наука, хотя казалось бы, нужно просто смешать определенные компоненты в определенной последовательности! Но ни обычный человек, ни сквиб не смогут сварить даже самое простое зелье. А все потому, что одним из компонентов, входящим в любое зелье, но не озвучиваемым на уроках, является магическая сила. При варке мы все вкладываем в зелье крошечную частичку своей энергии, без которой все волшебные процессы превращения просто не произойдут. Невилл вечно волнуется и не только может сыпануть что-то не то в котел, но и банально влить много энергии. У тебя, Симус, сила течет неравномерно и при колдовстве волшебной палочкой, так что неудивительно, что и с зельями сложно. Но сложные целебные зелья требуют гораздо больше, чем просто капля магии. Много-много веков назад волшебники уже подметили одну закономерность, которую выразили в пословице: целитель может сварить и яд, а отравитель за что ни возьмется, а все равно яд выйдет. Раньше не было специализации в зельеварении, все зельевары делились на тех, кто варит безвредное и лечебное, и тех, кто специализируется только на ядах.

- И что все это значит? – нахмурился Уизли.

- В прежние времена целители сами готовили лекарства. И никто не сомневался в нейтральности человека, из чьих рук получил фиал с зельем. Но потом учредили Гильдию, появились мастера зельеварения, которые не лечат, а только готовят лекарства. Но до сих пор считается, что только маг, руки которого не обагрены кровью убитых им людей, способен варить сложные целебные зелья. И те на самом деле помогут, - ответил Гарри. - Будто сама магия волшебника меняется, если он не спасает, а отнимает жизнь, душа раскалывается, а лекарства – суть добро и свет.

- И это правда? – уточнила Грейнджер.

Гарри лишь философски пожал плечами и, чуть наклонившись вперед, прошептал:

- Кто знает? Не так уж много желающих проверять. Не думаю, что Тот-Кого-Нельзя-Называть или Дамблдор искали ответ на этот вопрос, что уж про обычных обывателей говорить.

Несколько секунд троица гриффиндорцев пребывала в задумчивости, а потом Уизли нервно дернул плечом и отмахнулся:

- Чушь это. Ты все выдумал.

Гарри не стал переубеждать рыжика.

- Меня больше другое интересует, - сказал Поттер после небольшой паузы. – С чего вы вообще решили, что во всей этой истории не обошлось без Сами-Знаете-Кого?

- А кому еще мог понадобиться философский камень? – удивилась Гермиона. – И кто мог пойти на убийство единорогов ради бессмертия?

Гарри пожал плечами. Он не знал никого подходящего, но это не означало, что в магическом мире нет безумцев, готовых на все. Даже на самое ужасное преступление.

- Сам директор Дамблдор сказал, что Тот-Кого-Нельзя-Называть не умер, а только исчез, - напомнил Рональд. – И Метки Пожирателей не пропали в 1981 году. Значит, Сами-Знаете-Кто жив. Просто он слишком слаб. И все эти годы искал способ вернуться.

- И тут так удачно появился философский камень… - почти себе под нос произнес Гарри.

- Что? – переспросил Симус.

- Философский камень, - сказал рейвенкловец. – Уникальное вещество. Бесценное, можно сказать. Но Николас Фламель доверил камень Дамблдору? А Дамблдор не только поручил забрать столь ценную вещь Хагриду, но после не спрятал тихонько в каком-нибудь тайничке с экранирующими чарами, а просто-таки выставил на всеобщее обозрение. Разве что стрелочку мигающую не подвесил, мол, смотрите, вот он, редкий предмет, ради которого все авантюристы мира готовы поубивать друг друга.

Гриффиндорцы переглянулись, и вид у них был такой, что Гарри растерял интерес к разговору и не стал сообщать ребятам свои предположения о подлинности находящегося в школе философского камня.

- Так к чему вы все это мне рассказали? – уточнил Поттер.

- Ну как?! – опешила Грейнджер. – Ты ведь понимаешь, что если Тот-Кого-Нельзя-Называть заполучит философский камень, он вернется!

- И?

- Но, Гарри! Ты же герой, спасший всех много лет назад…

- Так! – перебил девочку Поттер и поморщился. – Если ты сейчас мне начнешь рассказывать, что я кому-то что-то должен… Убить монстра, спасти прекрасную деву, выдержать все испытания и… далее по списку каких-то мифических подвигов, приписываемых всем героям и мне в частности, то… просто остановись.

- Что?

- Десять лет назад один злодей пришел в мой дом и убил моих родителей, - жестко сказал Гарри. – Моего отца. Мою мать. Если кто и герои, то мои родители. Они оказались достаточно смелыми, чтобы до конца защищать меня. Я же не герой. Я сирота, потерявший маму и папу до того, как произнес свое первое слово. И я все еще ребенок. Если кто-то кому-то что-то и должен, то это государство мне, а не наоборот. Защищать детей от монстров - обязанность взрослых. Если вы подозреваете кого-то в планировании преступления, то вам нужно к директору Дамблдору, как руководителю школы, к его заместителю…