Рина Ушакова – Любовь по его правилам (страница 41)

В этот момент Даниэла как никогда понимала причину, по которой Максим обиделся на Феликса и не торопился налаживать с ним отношения. Знать, что близкий тебе человек постоянно что-то не договаривает и даже не считает нужным советоваться с тобой, было, мягко сказать, неприятно, но, в отличие от Максима, она терпеть это не собиралась. Конечно, поддаваться эмоциям и бежать к Феликсу с претензиями тоже не следовало, так что пока лучше было затаиться и сделать вид, что всё нормально, чтобы не раскрывать все карты.

Возле сцены Даниэла заметила Аню. Та разложила на возвышении листы со сценарием новогоднего представления и командовала людьми на сцене, попутно внося правки в текст. Вообще-то эта девчонка уже не волновала Даниэлу, особенно с тех пор, как она убедилась в том, что Феликс к ней никакого интереса не проявляет, но само её появление выглядело странным.

Можно было подумать, что всё это оказалось случайным стечением обстоятельств, и Феликс просто так начал таскать Аню с собой на собрания и репетиции, но Даниэла уже убедилась, что ничего случайного у него не бывает. Оставалось только понять, какую роль она играла в его плане, и чем была опасна.

Откладывать это дело Даниэла не стала, и направилась прямиком к сцене. Её появление не на шутку напугало Аню, потому что та помнила, как их последняя встреча чуть не закончилась дракой.

— Привет, — непринуждённо поздоровалась Даниэла и улыбнулась.

Вопреки всем правилам вежливости Аня ничего не ответила и притворилась, что ищет что-то в разложенных перед ней листах. Со стороны это больше выглядело как попытка скрыть растерянность, чем реальная занятость. Нежелание разговаривать с её стороны было вполне объяснимо, но в планы Даниэлы совсем не входило, поэтому она решила рискнуть и действовать практически напрямую.

— Слушай, извини за то, что набросилась на тебя тогда в коридоре, — сказала Даниэла, уставившись в одну точку. — Может, это прозвучит глупо, но я ужасно ревновала из-за того, что Феликс с тобой общался.

Естественно, это признание не оставило Аню равнодушной. Она наконец-то подняла глаза и удивлённо посмотрела на Даниэлу, как будто не помнила про тот случай после собрания и была не в курсе их отношений.

— Мне показалось, что тебе он тоже нравится, поэтому я на тебя очень злилась, — продолжила Даниэла. — Прости, я совсем голову потеряла, теперь чувствую себя такой дурой.

Судя по всему, ей удалось достаточно достоверно изобразить искреннее раскаяние, потому что её извинения растрогали Аню. По крайней мере, та посмотрела на неё с сочувствием и даже смущённо улыбнулась.

— Да ладно, всё нормально, я про это уже и забыла, — отмахнулась Аня. — И вообще я сама хотела поучаствовать в подготовке к Новому году, поэтому и напросилась к нему в помощники, а так я и не думала ни о чём таком, честно.

Несмотря на свою стеснительность она оказалась довольно разговорчивой, хотя и было заметно, что даётся ей это с трудом. Лицо у Ани раскраснелось, а сама она постоянно нервно посмеивалась, однако выглядело это забавно и даже несколько мило.

— Не волнуйся, я тебе верю, — сказала Даниэла и хитровато улыбнулась. — И зря я тебя обвиняла, я точно знаю, что это не ты тот пост написала.

— А кто?

Подобное заявление, естественно, удивило Аню. Впрочем, ничего странного в этом не было, так как вся школа на протяжении уже почти года пыталась разгадать эту тайну, пусть и безуспешно. Даниэла оглянулась по сторонам и наклонилась к Ане.

— Феликс, — сказала она и усмехнулась. — Кто ещё у нас знает больше всех? Нет, конечно, он не сам этим всем занимается, это не его стиль, наверняка нашёл кого-то, кто всё это пишет, но организатор сто процентов он.

— Да не может быть!

— Ещё как может, этот человек ради своих целей ни перед чем не остановится, уж я его знаю. Я ведь и сама стала его жертвой— призналась Даниэла, вздохнув. — Более беспринципного человека во всей нашей школе, наверное, не найти.

— Если честно, то мне в это с трудом верится, — сказала Аня. — Когда я перешла сюда в девятом, надо мной первое время посмеивались, а он был единственным, кто за меня заступился, и с тех пор ко мне больше не лезли. Поэтому я всегда думала, что он только выглядит таким суровым, а на самом деле добрый.

«Да это самый бескорыстный человек, которого я только знаю» — усмехнулась про себя Даниэла.

Слышать что-то хорошее о Феликсе от кого-то, кроме Максима, казалось странным, поэтому с трудом верилось, что это было сказано всерьёз, но Аня не шутила. Может, у него и вправду иногда просыпалась совесть?

— Кстати, можно тебе рассказать один секрет? — спросила Даниэла и продолжила, не дожидаясь ответа. — На самом деле мы с Максимом никогда не встречались, я только изображала его девушку.

— Да, я знаю, — призналась Аня и тут же осеклась.

На её лице моментально отразился испуг, а вот Даниэла внутренне ликовала: ей удалось заболтать её и вывести на признание, пусть и таким непрямым путём. Теперь не оставалось сомнений, что Аня была Подслушницей, однако вопросы всё ещё оставались. Зачем она это делала, кто её на это надоумил, и насколько тесно она была связана с Феликсом?

— Откуда? — спросила Даниэла, изобразив удивление. — Неужели всё было так очевидно?

— Нет, просто… — запнулась Аня, видимо, придумывая оправдание. — Я это случайно услышала, но я никому не рассказывала, честное слово.

— Забавно это у тебя выходит, постоянно случайно узнаёшь чужие тайны, — сказала Даниэла и рассмеялась. — То нас с Феликсом застукала, то про Максима узнала.

За время этого разговора Аня постепенно успокоилась и вела себя более раскованно, но этот намёк она поняла и снова занервничала. Даниэла же чувствовала себя более чем уверенно и не без удовольствия осознавала, что не ошиблась с самого начала, хотя прямых доказательств всё ещё не было.

Удивительно, как такая простушка могла держать в страхе почти всю школу, и ещё удивительнее, как её до сих пор не раскрыли. Скорее всего, ей удавалось прятаться только потому, что она ни с кем не общалась, другого варианта просто не существовало. Так глупо проколоться перед совершенно незнакомым человеком — это ещё надо было уметь. Интересно, успела ли про это узнать Вероника? Она ничего подобного не говорила, но они с Аней успели сдружиться, так что и такого нельзя было исключать.

Даниэла усмехнулась, подумав о том, как забавно это звучит: у главной сплетницы школы есть своя тайна, которую она скрывает от окружающих. Впрочем, она не собиралась рассказывать всем про Аню, по правде, ей вообще было всё равно. Никаких негативных эмоций та не вызывала, наоборот, оказалась вполне приятной в общении девушкой, а тот пост в любом случае ей пришлось написать не по своей воле. Во-первых, потому что никому в здравом уме не пришло бы в голову переходить дорогу Феликсу, а во-вторых, Аня была ему благодарна и не стала бы так поступать.

— Ладно, давай с реквизитом разберёмся, — как ни в чём не бывало сказала Даниэла. — Хочу уже побыстрее домой свалить.

Ей на самом деле приходилось заниматься поиском и сбором реквизита для всех выступлений, и от этого у неё уже голова кругом шла. Всем постоянно что-то было нужно, каждый день появлялись новые предметы, а то, что Даниэла с таким трудом раздобыла накануне, оказывалось ненужным из-за изменений в сценарии. Чем ближе приближались новогодние мероприятия, тем больше возникало суматохи, ошибок и перемен, о которых становилось известно в последний момент, и благодарить за эту головную боль, как выяснилось, нужно было Феликса.

Сначала Даниэле приходилось бегать по залу и опрашивать огромное число людей, чтобы узнать, что им требуется, а затем пробегать ещё несколько кругов, чтобы найти тех, у кого дома есть нужные вещи. Неудивительно, что к концу дня она чувствовала себя как зажёванная принтером бумага.

Этот день не стал исключением. После получасового марафона ей удалось наконец-то разобраться со всеми делами, и Даниэла торопилась к гардеробу, чтобы улизнуть из школы до того, как её нагрузят ещё чем-нибудь. На одной из скамеек рядом со входом сидел Феликс. Он уже был одет в пальто, но не уходил, а думал о чём-то, уставившись в пустоту. От усталости Даниэла даже не сразу отреагировала.

— Ты что тут делаешь? — наконец, спросила она.

— Тебя жду.

— Меня? Зачем?

Вместо ответа Феликс посмотрел на неё своим фирменным взглядом, и Даниэла без слов поняла, что опять задала глупый вопрос. Рисковать и испытывать его терпение она не стала, поэтому бросилась за своей курткой, натянула на ходу шапку и выскочила обратно в вестибюль.

— Я готова! — бодро выкрикнула Даниэла.

Феликс молча взял её за руку и потянул к выходу. От его сосредоточенности она немного оробела и просто шла рядом, думая о том, почему он вызывает у неё такие противоречивые чувства.

У всех остальных, по-видимому, такой проблемы не существовало. Для многих в школе Феликс был врагом номер один, и они терпели его присутствие только потому, что не могли ничего сделать, Ане он казался хорошим, да и у Максима, несмотря на их странную ссору, мнение о нём было однозначно положительным.

А вот Даниэла никак не могла определиться. С одной стороны, Феликс не раз ей помогал, хотя и не упускал возможности напомнить, как ему это надоело, однако выглядело это больше как его странное чувство юмора. С другой — он так и оставался совершенно незнакомым и закрытым от неё человеком, о планах которого удавалось узнать только впоследствии. Наверное, ничто на свете уже не могло изменить его, и оставалось только выбирать, хватит ли сил терпеть это или нет.