Рина Ушакова – 10 правил популярности (страница 11)

– Придумала! – радостно закричала она и подскочила на кровати.

В следующий момент Даниэла об этом пожалела, так как больные мышцы опять напомнили о себе резкой болью, и она повалилась обратно на подушку, но энтузиазма от этого не убавилось. Новая идея захватила её настолько, что Даниэла тут же занялась детальным обдумыванием плана, из-за чего совсем забыла про школу и только случайно вспомнила, что ей давно пора было собираться.

– Ну почему в этом доме никто не следит за детьми! – возмущенно крикнула она, когда взглянула на время и увидела, что до урока осталось тридцать минут.

Ей никто не ответил – родители давно ушли на работу.

***

Даниэла хрустнула пальцами и сделала глубокий вдох. Задача оказалась не из простых, но она справилась и пришла на тренировку, и теперь оставалось самое сложное – преодолеть последнюю преграду, которая отделяла её от популярности. Собрав в кулак всю свою волю, Даниэла набралась смелости и, решительно дёрнув за ручку двери, вошла в кабинет, рядом с которым висела табличка с надписью «Шахматный клуб».

Ну а что, между прочим, шахматы – это официально признанный вид спорта, так что Даниэла радовалась своей находчивости и изобретательности, которая позволила ей выполнить задание из книги без лишнего напряга. Спорт? Спорт! Командный? Командный! И самое главное, не нужно двигаться, а значит, и мышцы болеть не будут. Окрылённая этими мыслями, Даниэла ворвалась в кабинет и поняла, что здесь она точно станет популярной… среди младшеклассников.

За столами сидели сосредоточенные мальчишки и девчонки, которые даже не шелохнулись, чтобы посмотреть на неё. Уже через пару секунд Даниэле стало плохо от давившей на уши тишины, но она всё-таки решила остаться. Вдруг игра и правда увлекательная? Вон, детишки сидят, словно загипнотизированные, даже не заинтересовались её появлением.

– Здравствуйте, – тихо и неуверенно сказала Даниэла старому учителю в очках с очень толстыми линзами.

– Здравствуй, – сухим и скрипучим голосом ответил старичок.

– Я в шахматы хотела научиться играть… – замялась Даниэла. – Можно?

– Да, да, да, – закивал учитель и поднялся из-за своего стола.

Как оказалось, в шахматы в школе играли не только малыши, что несколько приободрило Даниэлу. Выяснилось, что кабинет был разделён на две части книжными шкафами, и школьники постарше сидели дальше, куда учитель и повёл Даниэлу. Там она обнаружила такие же столы с шахматными досками и несколько незнакомых ей парней. Эти ребята подали чуть больше признаков жизни: они без интереса посмотрели на Даниэлу и снова опустили взгляды на шахматные доски, на которых со стороны ничего интересного не происходило. То ли здороваться тут было некультурно, то ли они не увидели в ней достойной соперницы, но она сразу же почувствовала себя неуютно и забегала глазами в поисках свободного места.

Игроки сгруппировались у окна, так что оставалось ещё несколько свободных столов у входа в эту часть кабинета. Даниэла выбрала самый дальний из них, чтобы быть подальше от этих странных личностей, а учитель в это время принялся перебирать книги на полке одного из стеллажей. Копался он долго, хотя в таких очках, как у него, наверное, можно было даже микробов рассмотреть, а затем он протянул Даниэле тонкую книжицу и сказал, что ей для начала нужно прочитать её, запомнить названия фигур и как они ходят.

– Скоро придут ребята, они с тобой сыграют первые партии, а пока изучай, – сказал учитель и вернулся обратно к малышне.

Дальше ничего интересного не происходило. Из-за шкафов доносился его монотонный размеренный голос, от которого хотелось заснуть, парни, сидевшие у окна, периодически переставляли фигуры и вновь замирали, и даже стрелки на часах, кажется, перестали шевелиться. От нечего делать Даниэла пролистнула пособие, посмотрела на непонятные схемы, но быстро заскучала и отложила его в сторону. Становилось понятно, почему все тут такие молчаливые: от таких занятий ничего кроме чувства безысходности не появлялось.

Откинувшись на спинку стула, Даниэла осмотрелась. Судя по всему, разговаривать тут было не принято: парни были заняты игрой и даже между собой не обменивались репликами, только молча переставляли фигуры и что-то записывали. Может, шахматы действительно были чересчур увлекательной игрой, но проверить эту версию на практике у Даниэлы не получилось бы, потому что все разбились на пары и никого на роль соперника она никого не нашла.

Такими темпами недолго было сойти с ума и начать играть с самой собой, поэтому Даниэла решила, что пора уносить ноги из этого тоскливого места. Всё равно ничего хорошего ей тут не светило. Однако стоило ей только подумать об этом, как она услышала лёгкий скрип открывшейся двери.

– Здравствуйте, – донёсся до неё глубокий и низковатый, но совершенно безэмоциональный голос какого-то парня.

– А-а-а, здравствуй, здравствуй. А где Коля? – спросил старичок.

– Задерживается, будет минут через семь.

– Ну хорошо, проходи пока. У нас там новая ученица появилась, поможешь ей разобраться со всем?

– Да, конечно.

Даниэла напряглась. Из-за стеллажей она не видела, кто вошёл в кабинет, но голос этого парня казался ей подозрительно знакомым, и встречаться с его обладателем она совершенно не хотела. Вариантов у неё было несколько: выпрыгнуть в окно (как раз первый этаж), спрятаться под стол и просидеть там до тех пор, пока он не уйдёт, или же изобразить крайнюю увлечённость шахматами. Последнее требовало меньше всего усилий и выглядело не так глупо, поэтому Даниэла уставилась на доску с расставленными на ней фигурами так, словно это была внеплановая контрольная по алгебре.

Между тем шаги приближались. Вот парень прошёл мимо ребятни и зашёл в их закуток, вот он на секунду затормозил…

«Если я не буду смотреть ему в глаза, он пройдёт мимо», – убеждала себя Даниэла.

К сожалению, самовнушение не сработало. Парень подошёл прямо к ней и поставил свой портфель на соседний стул, а сам уселся напротив неё. Даниэла запретила себе поднимать взгляд и притворилась, будто не замечает его появления, но чем дольше она так сидела, тем сильнее нарастала нервозность, а тело переставало слушаться и словно цепенело. Тишина становилась всё более напряжённой и вариант с побегом через окно уже не выглядел таким глупым, как прежде.

– Что ты здесь забыла? – голосом, в котором не слышалось никакой заинтересованности, наконец спросил Феликс.

Не очень-то вежливо с его стороны, хотя он и вежливость были, судя по всему, взаимоисключающими категориями.

– Пришла поиграть в шахматы, – не отрывая взгляда от доски, ответила Даниэла. – А что, это запрещено?

Феликс тихо выдохнул и облокотился на стол, изящно подперев щёку рукой.

– Странный выбор для тебя, – заметил он.

– Почему? – криво усмехнулась Даниэла.

– Для победы в шахматах нужно думать, а ты проиграла ещё на этапе получения интеллекта.

Находиться здесь Даниэле с каждой секундой нравилось всё меньше и меньше. Откуда только этот тип взялся? Мог бы, в конце концов, пройти мимо и сделать вид, что не узнал её. Зачем сразу сыпать оскорблениями? Хотя надо признать, Даниэла начала первой, когда чуть не убила его на лестнице, а потом набросилась на него с обвинениями на стадионе. Но разве это повод нападать в ответ? Любой нормальный человек понял бы, что это нелепая случайность и просто посмеялся бы, а Феликс вёл себя так, будто Даниэла специально задела его самолюбие.

Впрочем, в нём не ощущалось желания доказать своё превосходство любой ценой. Не услышав ничего в ответ, он тоже замолчал и уставился на доску, как и все остальные в кабинете, а Даниэла воспользовалась моментом и рассмотрела его получше.

Этот Феликс был слишком идеальным. Больше похож на робота, чем на человека. Бледная кожа, на которой никогда не вспыхивал румянец, внимательные зелёные глаза с каким-то ледяным блеском, точные и неторопливые движения, в которых не чувствовалось суеты или неуверенности. Он словно находился в своём мире и прекрасно себя чувствовал в нём. Его чёрные, закрывавшие уши волосы вместе с длинной чёлкой лежали до невозможности аккуратно и не взъерошивались, как у других парней, белоснежная рубашка была идеально отглажена, красный галстук был затянут на шее в тугой узел… Разве будет нормальный человек носить галстук в школе?

Всё это пугало, но одновременно притягивало. Наверное, если бы не отвратительный характер, у Феликса было бы не меньше поклонниц, чем у Максима, потому что на фоне остальных парней он смотрелся довольно выигрышно. С другой стороны, может, это сочетание холодности и идеальности как раз и заставляло взгляд раз за разом возвращаться к нему?

– Мне долго тебя ждать? – неожиданно спросил Феликс, уставившись Даниэле прямо в глаза.

– Что? – растерянно ответила она и от неловкости заёрзала на стуле.

Ей показалось, что он заметил, как она в отрытую разглядывала его, и эта мысль заставила Даниэлу покраснеть. Она вообще старалась скрывать свой интерес к любому человеку, но в этот раз бдительность её подвела.

– Ты же пришла поиграть в шахматы, – напомнил Феликс и едва заметно кивнул на доску.

Он уже успел сделать первый ход и ждал ответных действий, однако у Даниэлы в голове все фигуры от волнения смешались, и она не нашла ничего лучше кроме как отзеркалить действия Феликса и пойти той же пешкой.