Рина Сивая – И пеплом стали звезды (страница 14)

– Да, у него даже есть запись этого допроса, – не стал обнадеживать меня Ив.

– Он ничего не записывал, – влезая в новый комбинезон, заявила я. Грубый материал неприятно соприкасался с кожей, а непривычные застежки давили во всех возможных местах, но я даже не попыталась возмутиться.

– Если он не записывал разговор с тобой, это не значит, что он не записывал и другие свои беседы.

– То есть, – догадалась я, – раньше он побеседовал с одной девушкой, которую теперь будет выдавать за меня?

– Да, – без предупреждения Ив обернулся – к счастью, в тот момент я уже застегивала последние пуговицы. Оценив мою готовность, Улье одобрительно кивнул и два раза ударил в перегородку. Та сразу же отъехала. Свет коридора ударил в глаза. – Вряд ли он будет выдавать ее за тебя, слишком уж громкая у тебя фамилия. У вас в отряде были другие девушки?

Мы вновь быстрым шагом шли по коридорам в компании двоих солдат за спиной, но на этот раз Ив не держал меня за руку. Со стороны мы наверняка выглядели как инженер и капитан, спешащие устранять какую-то аварию. Я опустила голову, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.

Гул корабля казался теперь враждебным, каждое слово эхом отдавалось в висках.

– Были, еще двое.

Улье снова кивнул и зашел в лифт. Его спутники вошли следом и не пустили пытавшегося влезть в кабину зантонца. Двери с шипением закрылись. Вниз мы ехали вчетвером, что и позволило капитану свободно говорить дальше.

– Тебя же, как нежелательного свидетеля, необходимо убрать. Твой истребитель, к сожалению, уже уничтожили – я даже не успел до него добраться. Жаль, записи с него были бы кстати.

Ив произнес это с искренним сожалением, но по его лицу было видно, что это лишь одна из многих мучавщих его проблем.

Слова Улье натолкнули меня на вопрос, который следовало бы задать самым первым:

– А какова твоя роль в этой истории? – Мой голос прозвучал тише, но тверже, чем я ожидала.

Допустим, он не одобрял действия полковника, но это не значило, что Ив – на моей стороне. Поэтому и доверять ему я не должна. Но в этом лифте я с ним и двумя его подельниками, которые легко раскроят мне голову о стену, если я вдруг сделаю что-то не то.

– Роль спасителя попавших в беду девушек, – усмехнулся Улье, но улыбка не добралась до его глаз. Я была совершенно не в том настроении, чтобы воспринимать шутки. К счастью, капитан это понял. – Я должен был раскрыть планы Элиаса и вывести его на чистую воду. Ради этого меня и отправили на «Остион». Но твое появление поломало все планы.

Он провел рукой по лицу, и в этом жесте читалась усталость и раздражение.

– Почему? – Ив попытался отвернуться, но я не дала, схватив его за запястье. Его рука была напряжена, как буксировочный трос. Краем глаза я заметила, как солдаты подобрались, и повернулась так, чтобы всегда держать их в поле зрения. – Почему ты мне помогаешь?

В моей голове скопилось слишком много вопросов. В последнюю нашу встречу Ив сообщал, что его переводят в статисты – он должен был отправиться на один из флагманов, чтобы заниматься оценкой транспортных путей, целесообразности переброса флота или другой ерундой, лишь отдаленно связанной с военными действиями. Так о каком «должен был раскрыть» могла идти речь? Простые статисты таким точно не занимались.

Но лифт двигался вниз слишком быстро, чтобы я могла вывалить на капитана весь список своих сомнений. Пришлось выбирать наиболее приоритетные.

Улье странно улыбнулся. Это была не та мягкая, почти братская улыбка, что я помнила. В ней была горечь и что-то еще, чего я не могла понять.

– Потому что ты – Лин Трасс, – произнес он так, словно это все объясняло. Но сразу же продолжил, не дожидаясь моего закономерного возмущения. – Будь на твоем месте кто-то еще, я бы пожертвовал этой жизнью ради дела, но ты – дочь человека, который меня воспитал и дал мне все, что я имею в своей жизни.

Его голос дрогнул, когда он произнес «воспитал».

– Пусть мы и не общаемся, я до сих пор считаю тебя своей младшей сестрой, Лин. Кем бы я был, если бы просто стоял и смотрел, как тебя убивают?

Ив посмотрел на меня прямо, и в его глазах на мгновение мелькнула та самая старая, знакомая теплота, прежде чем их снова скрыла маска оперативника.

И я окончательно поверила, что никаким «статистом» Улье никогда и не был.

Тогда кто же он?

Глава 13

И все же его спонтанная речь что-то задела в моей душе. Что-то старое и почти забытое, как наши посиделки в отцовском кресле капитана коробля – разумеется, пока адмирал этого не видел. Я всегда знала, что моего отца Ив чуть ли не боготворил, но не думала, что его признательность к адмиралу Трассу была настолько глубокой. И привязанность ко мне. Это мило, но… Слишком опасно, чтобы безоговорочно верить.

– Ив, которого я знала, никогда бы не пожертвовал чужой жизнью ради дела, – выдохнула я, все еще не отпуская его руку, хотя мои пальцы уже сводило судорогой. Я искала в его глазах того мальчишку, который когда-то прятал от меня слезы, когда проигрывал спарринг за спаррингом на ежедневной тренировке.

– Все мы меняемся, Лин, – улыбка окончательно сползла с лица Улье, а в глазах появился холодный блеск. С таким взглядом мужчина стал пугающе похож на моего отца – не внешне, эмоционально. Тот же стальной стержень, та же готовность принять непоправимое. – Мы на войне, здесь приходится принимать сложные решения.

Что же, тут он прав. И у меня все еще не было других вариантов, чтобы выбраться из этой передряги, поэтому не имело значения, похож ли этот Ив на того, кто таскал меня на своих плечах, – я все равно должна ему довериться. Довериться, как доверяются парашюту в свободном падении.

– И какой у нас план?

Улье, видимо, понял, что его объяснения меня на время убедили, и приободряюще накрыл своей ладонью мои пальцы на его руке, чтобы сразу же ее отпустить. Его прикосновение было кратким, но на удивление теплым.

– Нужно покинуть «Остион». Сейчас в седьмом ангаре готовится к отправке гуманитарный груз для планеты Акс, взлет с минуты на минуту. Это единственный вылет, согласованный на ближайшее время. Если мы попытаемся улететь на другом корабле, по нам сразу же откроют огонь.

Определенно, в моем плане побега не хватало такой маленькой детальки, как посвященного во все тайны флагмана капитана. И, стоит признать, без Улье вероятность удачного возвращения домой была бы крайне низкой. Он знал систему изнутри. Я знала, как ее ломать. Вместе мы были опасны.

Лифт привез нас прямо в ангар, где туда-сюда носилось великое множество народа. Кто-то заправлял транспортники, кто-то – таскал коробки, кто-то сверял номера грузов. Воздух дрожал от рева двигателей и криков механиков. Я мысленно отметила, что мне нужно раздобыть себе новый коммуникатор, чтобы связаться с Таем. Хотя бы чтобы услышать его голос.

Но пока Ив вновь тащил меня за собой, уверенно пробираясь к ближайшему кораблю и на ходу давая какие-то указания идущим позади солдатам. В шуме работающих двигателей я не смогла разобрать ни слова, в отличие от них – оба несинхронно кивнули и поменяли направление своего движения. Растворились в суете, как тени.

Улье же, не обращая внимания ни на кого, прямо через открытый грузовой люк поднимался на борт, крепко удерживая меня за предплечье. Мы пробрались через контейнеры в самый конец отсека, где были предусмотрены места для грузчиков. В одно из них меня толкнул Ив, в другое опустился сам, принимаясь застегивать ремни. Я последовала его примеру. Лямки впились в плечи, накрывая запахом машинного масла и застарелой пыли. Вероятно, этими местами давно никто не пользовался.

– И что дальше? – поинтересовалась я, когда капитан закончил с застежками и откинул голову назад, прикрывая глаза.

– Долететь и приземлиться, – не двигаясь, ответил мне Ив. – Остальное решим на месте.

Больше ничего он мне не сказал, хоть я и задавала ему вопросы. Но Улье либо игнорировал меня, либо морщился, либо отрицательно мотал головой из стороны в сторону. А когда транспортник дернулся, отрываясь от пола ангара, Ив крепко вцепился в мою руку. Его пальцы были ледяными.

– Все еще боишься летать? – догадалась я.

Так и не открыв глаза, капитан выдавил из себя улыбку.

– Фрегаты – еще куда бы не шло, – признался он, – там хотя бы искусственная гравитация спасает. А вот в таких коробках мне постоянно кажется, что в следующую минуту нас собьют.

– Сбивают даже фрегаты, – выдохнула я, вспоминая смерть отца.

– Спасибо, Лин, мне стало намного легче, – саркастично ответил Ив.

Я же повторила его позу – откинулась назад, вытянула ноги – и попыталась расслабиться, что было очень тяжело сделать, учитывая впивающиеся в запястье чужие пальцы. Но я успокаивала себя мыслью, что я – жива, и что очень скоро увижу Тая. Услышу его смех. Почувствую его руки на своей спине.

Через какое-то время хватка на моей руке ослабла, и я поняла, что Ив уснул. Его лицо наконец расслабилось, сгладив морщины усталости и ответственности. Он снова стал тем мальчишкой, которого я знала.

И одновременно совершенно незнакомым мужчиной.

Ив Улье, которого я помнила, был совершенно другим. Стеснительнее, пугливее, добрее. Тот, кто сейчас мирно спал рядом, оставлял после себя другое ощущение: он был солдатом со всеми вытакающими: решительным, смелым, твердым. Теперь Ив куда больше походил на Таймарина, чем на паренька, ходившего хвостиком за моим отцом. И я не могла понять, хорошо это или плохо.