Рина Шакова – (Не) свой (страница 2)
– Мамочка тебя отпускает так поздно из дома? – Спрашиваю я, делая пару шагов к дивану, наклоняясь за соком на столе (да, сегодня гребаный день трезвенника, у меня же помолвка завтра, мать вашу). – Или ты сбежала ко мне?
Будет нормально, если я поздравлю свою невесту без штанов?
– Не обольщайся, Томас. Я пришла и вправду только ради тебя, но, чтобы помочь тебе избавиться от твоего назойливого желания жениться.
Я наполняю стакан соком и протягиваю его невестушке. Она, само-собой неприятно морщится.
– Я не успел от сюда ещё попить, если ты насчёт этого беспокоишься.
Это правда. Меня слишком завлёк солёный попкорн.
– И мне поверить?
– А зачем мне врать? Это же просто стакан, – пожимаю плечами, и Мэнди смягчается, принимая напиток.
– Спасибо, – говорит она, делая небольшой глоток.
Но это спокойствие длиться совсем недолго, ведь я стаскиваю перед ней футболку через голову. Её глаза расширяются, как будто она до этого не видела мужского накачанного торса (что скорее всего возможно).
– Ты что делаешь?
– Мне нужно переодеться, – кидаю футболку на диван, следуя в свою спальню. И малышка снова удивляет меня тем, что следует за мной, быстро поставив стакан на столик перед диваном.
– Я думала тебе нравится гулять перед гостями в трусах.
– Только перед особенными, милая.
Как ни в чём не бывало захожу в свою комнату и быстро направляюсь к шкафу. Нужно же быть в форме, всё-таки у будущей жены через пару минут день рождения. Накидываю на себя чёрную рубашку и принимаюсь натягивать брюки.
– Куда-то собрался так поздно? – Спрашивает Мэнди, пытаясь опустить взгляд в пол. Сделаю вид, что я не замечаю, как она смотрит на меня, когда я застёгиваю ширинку на чёрных штанах.
– Ревнуешь? – Усмехаюсь, бросая взгляд на электронные часы на прикроватной белой тумбе. Две минуты осталось.
– Делать мне нечего, ревновать тебя. Просто, если у тебя такая свободная разгульная жизнь, то тебе нет смысла жениться. Брак тебе свяжет руки. Почему бы тебе не поговорить с моим отцом и не решить этот вопрос?
Быстро застёгиваю пару пуговиц, не заботясь о верхних, и подхожу к этой самой тумбе. Достаю из неё маленькую чёрную коробочку с белым бантом.
– Этого не будет, дорогуша, – говорю я с лёгкой усмешкой, наблюдая, как её глаза медленно опускаются на коробочку в моих руках. До неё как будто только доходит осознание того, что я буду первым, кто поздравит её с её днём. Её глаза мгновенно перемещаются на часы на прикроватной тумбе, а после на меня. Секунда, и Мэнди закрывает глаза, с тяжёлым вздохом поджимая губы.
Вспомнила малышка.
– Томас, нет, – бормочет она, явно не желая сейчас здесь находиться.
– Да, малышка, да, – победно растягиваю я с улыбкой на лице. – С днём рождения, Мэнди. С твоим совершеннолетием.
Невинно протягиваю ей коробочку, и она, на удивление, просто протягивает руку и принимает подарок. Девушка открывает коробку и её глаза немного смягчаются. Ещё бы, это же серьги из последней коллекции. По ценнику они выходят столько же, сколько я дал её родителям на то, чтобы они сделали достойный вечер для неё.
– Спасибо, – сдавленно говорит она. И я было думаю, что смог её удивить дорогим подарком, но она удивлена, как оказалось, не этим. – Ты заранее приготовил мне подарок?
– Ещё неделю назад, – признаюсь я.
Её губы дёргаются в лёгкой улыбке, но она тут же сходит на нет.
– Томас, почему ты не откажешься от этой бредовой идеи?
– Я же говорил. Может, потому что я не считаю наш с тобой брак бредовой идеей, как все вокруг?
– И всё же я не понимаю.
– Я просто вижу, – пожимаю плечами. Может, личного разговора нам и не хватало?
– Что ты видишь?
Мэнди непонимающе качает головой. Ей тяжело увидеть то, что вижу я, потому что всё, что у неё есть – только личная неприязнь ко мне. Ей сложно разглядеть тот потенциал страстных, наполненных эмоциями отношений.
– Что мы подходим друг другу.
– Ты зациклился, – говорит она, снова качая головой.
– О нет, Мэнди. Я сделал выбор.
– Но никто не дал его мне, – грустно подмечает девушка. И мне на секунду даже становится её жаль.
– Мэнди…
Но всю мою жалость снимает, как рукой, когда моя будущая невеста взрывается.
– Я пришла сюда, надеясь, что в тебе есть хотя бы капля человеческого. Но ты – самовлюблённый ублюдок, которого заботят только собственные желания, – девушка бросается прочь из моей комнаты, и я выхожу следом за ней. – Ты даже можешь взять девушку, которую хочешь только ты. Взаимность тебя не заботит!
Не знаю, что её особенного разозлило, ведь я был с ней откровенен. Неужели это такая реакция на правду? Крик, оскорбления. Хороша благодарность.
– Взаимность будет и очень скоро, – кричу я ей вслед, когда она практически уже выскочила из моей квартиры.
– Да пошел ты! – Кричит Мэнди, хлопая дверью.
Чтобы она не думала, но я прав. Взаимность будет и очень скоро, ведь передо мной нет ни одного препятствия, которого я не смогу преодолеть.
Глава 2
Мэнди
– Мама, как я могу выйти замуж за него? Как же Эрик?
– Милая, ты же знаешь, что твой папа в последнее время очень решителен. Мне тоже очень нравится Эрик, он подходит нашей семье, но…
– А как же наши традиции, мама?
– О, Мэнди, – мама склоняется надо мной, обхватывая мои щеки руками. – Только мы с тобой в этой семье о них и думаем.
– Ты же не позволишь выйти мне за этого человека?
В моём голосе столько надежды, не знаю откуда она вообще. Хотя нет, вру. Она от моей мамы. Кэтрин Кромфорд ни за что не позволит своей второй дочери попортить фамилию своим браком. У нас итак от неё не осталось уже почти ничего.
– Конечно, родная. Просто нам нужно немного времени. Твой бестолковый отец только и оставил нам выход, как плясать под дудку других.
– И что мы будем делать?
– Пока что играть по их правилам.
– Но Эрик…
– Мэнди. Эрик рассказал своим родителям о том, что хочет на тебе жениться? Почему они не оказались под нашей дверью до этого всего?
– Он просто ждёт удобного момента, – невинно бормочу я.
– Пусть тогда сегодня постоит и посмотрит, к чему привела его нерешительность, – голос мамы чёткий, без единого колебания. Конечно, ей-то всё равно за кого меня выдавать, лишь бы человек был из нашего круга.
– Мама, разве его родители посчитают меня достойной потом для их сына?
– Это уже будет проблемой Эрика, родная. Если он ты ему так необходима, то договорится с ними.
Колину Уолсфорду, влюбленному парню из нашего общества в мою старшую сестру Элоизу, особо не помогли его чувства. Парень попросил её руки, несмотря на невзаимность и не одобрение родителей, а по итогу его семья с позором оттягивала его от Элоизы. Только этот позор был для обоих семей, для нашей ведь даже больше. Они оттягивали парня от девушки, как будто он маленький ребёнок, потянувшийся к какой-то гадости на улице. Боюсь, что Эрика будет ждать такая же участь.
– Сегодня вечером ты позволишь этому чужеродному парнишке нацепить тебе кольцо на палец, а об остальном подумаем позже, – мама поднимается с моей кровати, возвышаясь надо мной. – Нам только нужно пережить этот вечер.
– Предлагаешь мне притворяться милой перед ним?