Рина Серина – Последняя и единственная. Анна Болейн (страница 2)

Она знала, что её ждёт – возвышение, дворцовые интриги, Генрих, корона… и казнь.

Нет. Не в этот раз.

Она резко обернулась к служанке, чувствуя, как внутри поднимается решимость.

– Помоги мне одеться, – голос звучал твёрже, чем несколько минут назад.

Служанка поклонилась и бросилась к сундуку, доставая льняную рубашку, корсет и платье с длинными узкими рукавами. Вельвет, расшитый золотыми нитями, тяжёлый и роскошный, говорил о статусе своей хозяйки.

Анита едва не задохнулась, когда девушка начала затягивать корсет. Она читала о тугой шнуровке, но одно дело – знать, другое – чувствовать, как каждое дыхание становится испытанием.

– Красота требует жертв, – пробормотала она себе под нос.

Служанка удивлённо подняла голову.

– Миледи?

Анита мысленно выругалась. Нужно быть осторожнее.

– Ничего, – сказала она более твёрдо. – Давай закончим.

Когда Анита вышла в коридор, её встретил холод каменных стен, украшенных пылающими факелами. Пол был устлан дорогими коврами, а окна, вытянутые вверх, пропускали мягкий утренний свет.

Она шла медленно, впитывая обстановку, стараясь не выдать растерянность.

В солнечной галерее её ждала женщина в роскошном платье бордового цвета. Светловолосая, с мягкими чертами лица, но с той же гордой осанкой, что и у самой Анны.

Мэри Болейн.

– Слава Деве Марии, ты наконец-то явилась, – сказала она, едва взглянув на Аниту.

Анита заметила, как взгляд сестры скользнул по её платью и волосам – придирчиво, оценивающе.

Так смотрят женщины, знающие, что мир – это поле битвы, а красота – оружие.

– Ты выглядишь встревоженной, – продолжила Мэри, приглаживая складку на своём рукаве. – Опять размышляешь о придворных интригах?

Анита выдержала паузу. Что сказать?

Она решила идти наощупь.

– Думаю, это мудро – держать ум ясным, – произнесла она, осторожно подбирая слова.

Мэри усмехнулась.

– Это верно. Особенно когда на тебя смотрит сам король.

Генрих…

Значит, всё уже началось. Она попала в этот мир не до встречи с ним, а в самый разгар его внимания.

Анита вдохнула.

Если судьба подарила ей второй шанс – она им воспользуется.

– Король говорил о тебе за ужином, – голос Мэри прозвучал мягко, но с явной осторожностью.

Анита – или теперь уже Анна – смотрела на сестру и чувствовала, как внутри холодеет. Что она помнит о том, в какой момент истории оказалась?

– И что именно он сказал? – осторожно спросила она, надеясь не выдать своей растерянности.

Мэри посмотрела на неё с лёгким сожалением.

– О, сестра, ты ведь сама всё знаешь. Он устал.

Анита почувствовала, как её охватывает беспокойство. Значит, это не время расцвета их любви. Она попала в тот момент, когда Генрих уже начинает отворачиваться от Анны.

Значит, Джейн Сеймур уже где-то рядом.

– Я знаю, – Анита сложила руки перед собой, изображая спокойствие, хотя внутри бурлили мысли.

Мэри чуть наклонила голову, изучая её.

– Тебе стоит быть осторожнее. Король уже не тот, что прежде. Он становится вспыльчивее, а его любовь переменчива.

Анита кивнула.

Значит, времени мало. Если она хочет изменить судьбу, ей нужно действовать немедленно.

Воспоминания о её научных работах нахлынули одно за другим. Она знала, почему Генрих охладел. Он устал от того, что Анна не родила ему сына. Он раздражался из-за её вспыльчивого характера и ревности. Джейн Сеймур была полной противоположностью – мягкой, покорной, молчаливой.

Но Анна не была такой.

Анита должна найти способ удержать Генриха, не превращаясь в тень самой себя.

– Спасибо, сестра, – сказала она наконец, улыбнувшись.

Она знала, что делать.

Анита чувствовала, как её сердце гулко бьётся в груди, пока она шла по галерее, сопровождаемая своей сестрой. Каменные стены дворца казались холодными, даже несмотря на богато расшитые гобелены, украшавшие их. Воздух был наполнен ароматом свежих розмарина и лаванды, которыми прислуга освежала комнаты.

Каждый шаг в тяжёлых юбках и жёстком корсаже напоминал ей, что это не её тело, не её жизнь – но теперь оно стало её реальностью.

Как она могла здесь оказаться?

Она судорожно пыталась вспомнить последний момент из своей настоящей жизни. Диссертация. Она писала диссертацию. Разбирала письма Анны Болейн, перечитывала её записи, анализировала политические интриги при дворе Тюдоров…

И вот теперь она сама – Анна Болейн.

Анита украдкой бросила взгляд на руки – длинные, тонкие пальцы, на одном из которых поблёскивал кольцо с изумрудом. Тот самый камень, который Генрих подарил Анне, когда добивался её руки.

Но теперь всё изменилось.

– Ты странно выглядишь, – заметила Мэри, слегка наклонив голову.

– Просто задумалась, – ответила Анита, стараясь говорить как можно спокойнее.

Сестра продолжала внимательно разглядывать её.

– Ты изменилась, Анна. Раньше твои глаза горели уверенностью, а сейчас в них – что-то другое.

Анита вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.

– Возможно, я просто устала от вечных тревог.

– Ты имеешь в виду короля? – в голосе Мэри прозвучала нотка сочувствия.

Анита не сразу нашла, что ответить. В горле пересохло.

Король… Генрих VIII… Мужчина, который когда-то был без ума от Анны, а теперь постепенно отворачивался от неё.

Она вспомнила всё, что знала о нём: властный, гордый, страстный, но при этом непостоянный и подверженный влиянию придворных. Когда-то он писал Анне пламенные письма, в которых называл её «другой половиной своей души». Но теперь…

– Ты ведь знаешь, что говорят при дворе, – осторожно продолжила Мэри.

Анита замедлила шаг.

– Что именно?