Рина Осинкина – Сто одна причина моей ненависти (страница 48)

Нужно будет по дороге домой купить девицам что-нибудь вкусненькое. Мороженца, например. И непременно с Настькой помириться.

Просить прощения у собственного ребенка трудно и противно, но пересилить себя необходимо. Иначе потеряет к тебе человечек доверие вместе с уважением. Да и сама впредь поумнее будешь после процедуры, верно, Галя?

Одни неприятности от твоего характера. Год с родной сестрой не общалась – это нормально?! Хорошо еще, что закончился этот позор, но, обрати внимание, Галина, сестра к тебе мириться пришла, а не ты к ней.

Людмилка пишет, что встречать Новый год они будут в Москве, со всеми, но в этом Галка не сомневалась. Вопрос только – где? У родителей встречать? Или в Сережкиной квартире? Или к Трофимовым все закатятся?

Приятные и легко разрешимые нюансы.

Сергей всегда был симпатичен Галине, но ей не нравилось, что он увез сестру в глухомань. Однако вскоре выяснилось, что сердилась Галина напрасно.

В отпуск Портнов приезжал не только отдохнуть, но и для переговоров насчет должности преподавателя в военной академии ракетных войск. Предложение он поначалу принял, в конце отпуска внезапно отказался и по этой причине потерял учебный год.

Сестра не объяснила, отчего такие метания случились у ее будущего мужа. К Сергею с такими вопросами Галина тем более не приставала. Мелочи, не имеющие такого значения, чтобы из-за них переживать.

А не мелочи – это то, что дослуживает майор Портнов в военной части до июля, получает под занавес подполковника и в этом звании вступает первого сентября на новую стезю.

Военная академия размещена под Москвой, то ли в Балашихе, то ли в Одинцове, Галина не запомнила. Не запомнила и предмет, которому будет учить курсантов Людмилин муж. Что-то очень серьезное, связанное с защитой от ракетного нападения из космоса.

А Людмила наконец дорвется до любимого дела, развернет новую выставку. Такая идиллия, даже верится с трудом.

От этих благостных мыслей Галина повеселела и в мягком расположении духа принялась просматривать файл со списком сегодняшних пациентов. Из любопытства прошлась по спискам коллег. Зацепилась взглядом за фамилию «Галактионова», усмехнулась.

Из начальницы получится толк, но лишь со временем, а пока она берет себе самые простые случаи, умница.

Но сегодня…

Нет, ну сегодня Светка явно обнаглела. Рано ей такие операции проводить

Удаление верхней правой восьмерки, пломба с депульпацией на верхний правый клык и имплант на место верхнего левого – это и для опытного стоматолога сильный напряг, способный обернуться проблемой. А пациент к тому же желает все сделать одним разом, поскольку куда-то завтра улетает. И зовут смельчака…

Зовут его необычно.

Дела…

И как Галине следует поступить в сложившейся ситуации? Светка не справится, к бабке не ходи, а значит, зреет скандал. С другой стороны, высшим силам лучше знать, к какому врачу какого пациента направить, ничего случайного в жизни не бывает. Но карьеру Светлана загубит. Или выкрутится все же?

Рука потянулась к телефону. В ответ на суховато-официальное «алле» Галина проговорила:

– Светлана Сергеевна, Трофимова вас беспокоит.

– Слушаю, – бесцветно отозвалась Светлана.

Актриса.

– Я обратила внимание, что у вас сегодня сложный пациент. А у меня как раз окошко в двенадцать тридцать. Могу его забрать, – произнесла Галина, одновременно прикидывая, кому из коллег можно перепоручить своих трех. Как минимум трех. Или еще не поздно пациентов обзвонить и назначить другое время?

Галактионовой предлагать обмен нельзя, для Галактионовой у Галины озвучен перерыв.

В трубке хмыкнули.

– Галина Валерьевна, у вас нет окна. Или вы забыли, что я у вас главврачом и такие подробности знать обязана?

– Может, мне прийти и поприсутствовать? Подстраховать немного? – проявила настойчивость Галина.

Светлана зашептала в трубку возмущенно:

– Гал, ну как ты не поймешь? Если ты все время будешь подстраховывать, я не научусь самостоятельно работать. Пусть мне будет страшно немножко, но тогда я все делать буду тщательнее. Это поможет мне не допустить ошибок.

Галина тоже понизила голос:

– Свет, если ты напортачишь, он тебя засудит.

Конечно, она назвала начальницу Светкой, а Светка называла ее Галкой. Разве могло быть иначе, если они гуляли на одной свадьбе и наклюкались вместе брусничной наливкой после шампусика, и отплясывали барыню, и горланили «Ой, мороз, мороз»?

Но на работе, даже без посторонних, субординация блюлась обеими неукоснительно, и каждой из них такая игра нравилась.

– Как же он меня засудит, если я с него возьму расписку? – прошипела Светка.

– А ты не забудешь?

– Не забуду.

– Точно?

– Не занудничай, Галка.

– Он никак не подтвердил, что у него отсутствует аллергия на обезболивающие. Ты обратила внимание на этот факт?

– И чё?

– Ничё! – шепотом рявкнула Галина. – Чем анестезию проводить собираешься?

– Не нервничайте так сильно, Галина Валерьевна. Я собираюсь проводить анестезию ничем. Все риски будут сведены к минимуму.

Галина опешила. Она ослышалась? Начальница собралась удалять нерв из четвертого сверху без наркоза? И рвать зуб мудрости – тоже?

– Пациент тебя близко не подпустит, пока ты ему десну не обколешь.

– Я сказала, что не обколю десну? – делано удивилась Светлана. – Обколю, конечно. Дистиллированной водой. Сообщу, что это новейшее средство, которое не вызывает онемения щеки. Подпустит.

– А когда начнешь работать, потеряет сознание. Такие случаи бывали.

– У меня нашатырь есть, – отрезала начальница. – И эффект плацебо никто не отменял. У вас все, Галина Валерьевна?

– Все, – сердито произнесла Галка и услышала короткие гудки.

С другой стороны – к чему сердиться? Совесть ее была спокойна и незамутнена.

Галина честно старалась уберечь подлеца от неприятного сюрприза, заготовленного судьбой.

Хотя, сказать по правде, старалась Галина, конечно, для Светки.

А что касается наркоза…

Пусть господину Чеславу Домбровски сегодня будет немножко страшно. И немножко больно. Этот пустяк он заслужил.