Рина Лотис – Любить нельзя убить (страница 8)

К дедушкиному дому мы подъехали, когда уже совсем стемнело. От звука подъезжающего авто где-то залаяла собака, а следом раздался отборный мат на эту самую несчастную сторожевую псину.

С трудом, но мне удалось открыть калитку, а потом и ворота. Степа загнал машину на придомовую территорию и начал выгружать наш багаж. А я поплелась к дому.

Чувствовала я себя словно выжатый лимон. Ноги еле передвигались, и я уже мечтала, как упаду в кровать и просплю минимум сутки.

Но, прежде чем мои мечты станут реальностью, надо поселить гостя. А уже завтра буду показывать ему дом и участок.

Замок почему-то не поддавался, как я ни старалась проворачивать ключ. Неужели заржавел за то время, что нас не было?

Приложила левую ладонь к двери и сильно надавила, а правой рукой начала поворачивать ключ. Но как бы я ни пыталась – замок не открывался.

Неожиданно на мою талию легли мужские руки, и я вздрогнула. Каждой клеточкой почувствовала уже знакомые маленькие разряды тока. Все тело обдало жаром лишь от одного и такого невесомого прикосновения, а усталость вмиг улетучилась.

– Давай я попробую, – прошептал Степа, аккуратно меня отодвигая.

Пришлось подчиниться, иначе, задержись его руки на моем теле еще на несколько секунд, я бы точно растеклась лужицей у ног мужчины.

Удивительно, но Степан открыл замок с первого раза, не приложив никаких усилий. Глядя на мое удивленное лицо, он усмехнулся и открыл дверь, пропуская вперед.

Некоторое время у меня ушло на то, чтобы разобраться, как включить электроэнергию.

Дом был точно таким же, как и год назад – в последний наш приезд: предбанник, кухня-гостиная и две небольшие спальни. Для себя я выбрала ту комнату, которая когда-то принадлежала маме. Вошла и с тихим стоном упала на старенькую кровать. Спальное место было неудобным и очень старым, но сейчас мне казалось, что подо мной самый настоящий ортопедический матрас.

Лежать на кровати было хорошо, глаза начали слипаться, но я заставила себя встать с постели. Все-таки это невежливо. Я тут разлеглась, а у меня там гость не пристроен остался.

Степана я застала вылезающим из погреба. Увидев меня, мужчина замер на несколько секунд, а потом продолжил свой путь.

– Просто стало интересно, не завалялось ли там закаток, – объяснил он свое поведение, опуская крышку погреба и прикрывая это место старым ковром. – Очень огурчики люблю.

– Мы все вывезли давно, – растерянно пробормотала. Я ожидала увидеть мужчину где угодно, но точно не в погребе. – Но можно купить в магазине или у соседей.

– Завтра все решим, – сказал Степан, подхватывая свой багаж. Странно. Мне казалось, что у него было два рюкзака, а сейчас в его руках только один. Может, второй в багажнике оставил? – Где мне можно переночевать?

Проводив мужчину во вторую спальню, я прихватила банные принадлежности, пижаму и отправилась принимать душ.

Какой же это кайф – смыть с себя дорожную пыль, грязь и прочие негативные моменты дальних поездок.

Вода стекала по телу, а у меня в голове мелькали картинки похищения. Какой ужас я испытала, когда меня запихнули в ту машину, а потом услышала выстрелы.

Тогда лишь на мгновение мне показалось, что все еще может быть хорошо и меня спасут – когда увидела машину Степы, которая неотрывно следовала за нами.

А потом мы полетели в овраг.

В тот момент я начала молиться, чтобы машина не перевернулась.

Кровь стыла в жилах, слезы ручьями текли по щекам, а сердце билось с такой силой, что казалось, еще чуть-чуть, и оно просто выпрыгнет из груди.

Вода стекает по телу, а я медленно оседаю и дрожащими руками закрываю лицо, стараясь не издавать ни звука.

Страх… Липкий, тягучий, он словно поглощает, и я, как наяву, слышу перепуганные крики, маты тех бандитов, которые меня украли.

Закрываю глаза, желаю забыть этот день. Но вместо этого слышу три тихих хлопка, и безвольные тела похитителей возникают перед глазами. Они, словно тряпичные куклы, лежали в неестественных позах…

Не знаю, сколько я так просидела. Все пыталась настроить себя, что все хорошо. Я жива. А Степа спас меня… Но получалось плохо.

Вышла из ванной и прислушалась. В спальне Степан что-то набирал на ноутбуке. В тишине дома очень хорошо были слышны удары пальцев о клавиатуру. Решив, что он не маленький и сам найдет ванную, отправилась в кровать. Усталость и перенасыщенный событиями день сделали свое дело, и я не заметила, как провалилась в сон.

…Машина неслась по трассе на запредельной скорости. Водитель нервничал. Впрочем, пассажиры тоже не блистали спокойствием. Мужчина, сидящий на переднем пассажирском сиденье, пытался подстрелить машину, которая с каждым мгновением была все ближе.

Слушая отборный мат своих похитителей, чувствовала, что от страха сердце замирает в груди.

Неожиданный удар заставил вскрикнуть. Неспешно, как в замедленной съемке, машина наклоняется… А потом мы несемся между кустами и редкими деревьями.

Налетев на очередную кочку, машину подбросило, и я, не удержавшись, лечу на пол и больно ударяюсь головой. Когда автомобиль останавливается, с трудом, но мне удается выбраться из машины. Осматриваю овраг и поворачиваюсь к своим похитителям.

Выстрел… Громкий, оглушающий… Потом еще и еще. Этот звук разносится на сотни метров.

В салоне автомобиля неподвижно лежат три тела, а я опускаю взгляд и вижу пистолет в своих руках…

Проснулась резко, как от толчка. Дыхание было сдавленным, а воздух с трудом попадал в легкие. Приложила дрожащую ледяную ладонь к груди, стараясь восстановить дыхание.

Горько усмехнулась. Эротические сны о мужчине, который спит за стенкой, сменились кошмарами похищения.

Медленно сползла с кровати и прислушалась к тишине дома, а потом тихо побрела на кухню.

Мягко ступая по прохладному полу, старалась не шуметь, чтобы случайно не разбудить Степу. Он сутки был за рулем, а еще и это «приключение». Мужчина хоть и не выглядел уставшим, но точно не светился от бодрости.

В доме стояла гнетущая, давящая тишина… Жуткие щупальца ночного кошмара все еще не отпускали, сдавливали и заставляли прислушиваться к каждому звуку.

Добравшись до кухни, я не стала включить большой свет, а ограничилась лишь стареньким настенным светильником. Его очень любил дедушка и всегда оставлял на ночь включенным.

Налив себе стакан воды, сделала несколько жадных глотков, наслаждаясь, как прохладная вода охлаждает горло.

Что-то привлекло мое внимание, и я повернулась к окну. Всего несколько секунд мне хватило, чтобы понять: на улице, под самыми окнами, кто-то стоит.

Стакан выпал из моих рук, а на весь дом раздался мой перепуганный крик.

Краем сознания я услышала какой-то шум и сдавленную ругань, а через несколько секунд перед моими глазами появилась мужская спина.

Голая, накачанная и невероятно соблазнительна мужская спина.

Зажмурилась и встряхнула головой.

– Там кто-то есть, – прошептала, указывая пальцем в нужном направлении.

И только сейчас я заметила, что Степа не просто закрыл меня собой. Он принял стойку, а в руках у него был пистолет.

Медленно, аккуратно переставляя ноги, он подошел к окну, так и не опустив оружие. Резким движением ему удалось открыть старое окно, и теперь он наставлял пистолет на того, кто решил влезть на чужую территорию.

– Машка, а ну, иди, глянь, – как-то даже посмеиваясь, проговорил мой защитник. – Что надо? – грубо спросил он кого-то.

Решила подойти, но встать рядом с мужчиной мне не позволили. Степа аккуратно задвинул меня за свою спину, и теперь меня было видно лишь наполовину.

На улице только-только начало светать, но это не мешало мне рассмотреть человека, который пробрался на наш участок.

– Тетя Люда? – удивленно спросила, рассматривая соседку, которая жила через пару домов от нашего. – Что вы тут делаете?

Женщина не ответила. Она широко распахнутыми глазами смотрела на Степана. Я тоже перевела взгляд на мужчину. Неужели она потеряла дар речи от вида такого шикарного тела? Ох, как я ее понимаю.

Только я хотела отвлечь тетю Люду от созерцания мужского торса, как заметила в руках Степана пистолет. И он все еще был направлен на соседку.

Тихонько откашлявшись, дотронулась до плеча Степы.

– Ты можешь уже убрать эту свою гигантскую штуку, – прошептала, скосив взгляд на пистолет. Само по себе оружие было не сильно большим, но из-за того, что на дуло был прикручен глушитель, пистолет казался огромным. – Я знаю эту женщину, – заверила, внимательно рассматривая соседку.

Степан хмыкнул, развернулся и уже собирался уйти, как вдруг неожиданно замер, наклонился ко мне и тихо прошептал:

– Моя гигантская штука находится в другом месте. Знаешь где? – Он склонился еще ближе, и я почувствовала его обжигающее дыхание на своей шее.

От его слов жар растекся по всему телу, опаляя щеки предательским румянцем.

Потому что я помню… Прекрасно помню, как он прижимался ко мне в ночном клубе. Помню, как в небольшой комнатке, куда он меня утащил, сама неистово терлась о его достоинство… И помню, как горела тогда, желая именного этого мужчину.

Гулко сглотнула и резко повернула голову к мужчине, чтобы высказаться о его пошлых шутках.

Вот только все слова враз вылетели из головы, стоило натолкнуться на черный, пьянящий взгляд.

Наши лица оказались непозволительно близко друг к другу. И когда мужчина опустил взгляд на мои губы, непроизвольно задержала дыхание.