Рина Лесникова – Волшебные кисти Делгара (страница 4)
Так и начнёшь верить, что с продажей последней картины вместе с ней ушло всё то мрачное, что было в жизни. Пожалуй, стоит последовать совету лемориты Элины и выбирать более жизнерадостные сюжеты, тогда и окружающая действительность будет добрее и лояльнее.
Жаль, что сегодня не удастся сбежать в мастерскую. По воскресеньям уроков не было. И просто так не уйти, негоже молодым приличным девушкам шататься по городу бесцельно. Ладно, можно заняться карандашными набросками. Прорисовать каждое дерево, каждый кустик и травинку. И обязательно солнце. Ведь обещала себе, что новая картина будет светлой и жизнерадостной.
Теодор встретил недовольным ворчанием.
- Хочешь есть и в туалет? Потерпи, скоро принесу тебе что-нибудь поесть, а в туалет можешь ходить сюда, - Найтири провела кота в ванную комнату и подошла к стульчаку. Принюхалась. Смыла пахучую желтоватую лужу, – Ты уже и сам догадался? Какой же ты у меня молодец! Дай поцелую в носик.
Целоваться в носик Теодор не захотел. Ещё чего! Лучше есть скорее неси.
Кормление кота могло стать проблемой. Похоже, его одним кусочком ветчины и парой оладушков не удовлетворить, всё же животное довольно крупное. Придётся тайно покупать для него мясо и молоко, или что там едят такие здоровые коты. Одно ясно уже сейчас: едят они много. И покупать это нужно где-то подальше от дома. Не хватало ещё, чтобы лавочники принялись выяснять, зачем живущей на всём готовом воспитаннице четы Эланести сырое мясо.
***
За обедом удалось спрятать в салфетку котлетку и немного овощного пюре.
- Вот, пока только это. Позже на кухне попрошу стакан молока и булочку, - Найтири положила перед Теодором подношение.
Кот принялся есть. И как спиной можно выказывать столько неудовольствия? Наверное, потому что у кое-кого спина не совсем обычной расцветки. А кое у кого другого излишне развито воображение. Впрочем, так ли это странно для художника – развитое воображение? И всё же, иногда оно могло бы быть и покладистее.
Закончив с кормёжкой, Найтири достала альбом. На всякий случай ещё раз пролистала его, надеясь найти вчерашний рисунок. Уже не удивилась, когда его не нашла. И спросить не у кого. Разве что у самого Теодора. Он, может быть, и знает, но сказать не скажет. И не факт, что только потому, что говорить не умеет. Кот ей попался ещё тот вредина.
Ну да ладно. Если прямо сейчас этот вопрос прояснить не получится, то и тратить время на раздумья не стоит.
Карандаш забегал по листу. Одно дерево, рядом другое. Робкие головки первоцветов. Пенёк? И пенёк нарисуем. По осени такой обязательно обрастёт грибами, но у нас на картине весна, потому весну и рисуем.
Тихо, спокойно. Немного мешает кот, который пытается поймать бегающий по картону карандаш.
- Теодор, ты видишь, я рисую. Не мешай! Займись своими кошачьими делами. Мои картины – это наш пропуск в будущую безбедную жизнь, где у нас будет собственный домик и много мяса. Хочешь много мяса?
Мясо, судя по выражению морды, Теодор хотел, но и дела у него были те же, что и у Найтири. Он был твёрдо намерен помогать ей зарабатывать деньги на их будущий домик, в котором будет много мяса.
Глава 4
Рисовать Найтири была готова до самой ночи. Впрочем, и ночью тоже. Но ведь у котика режим! Он опять хотел есть. Хорошо, что дома нет никого из хозяев. Можно пройти на кухню и собрать чего-нибудь для Теодора.
Вылазка на кухню удалась. В воскресенье после обеда кухарка, как правило, оставляла что-нибудь перекусить для тех, кто оставался дома, и уходила по своим делам.
Найтири быстро собрала на поднос различной снеди, которая, как надеялась, понравится коту, удалось даже прихватить небольшой кусочек мяса с ледника. Теодор должен остаться довольным.
И всё же, как расслабляет спокойная жизнь. Всего сутки без привычных выходок хозяев и их противного сынка, и Найтири потеряла бдительность. Хотя как тут можно догадаться, что этот придурок спрячется за поворотом в коридоре и выскочит в самый неподходящий момент.
Руки расставил, замерев в полуприсяде, левая нога почему-то босая, одна пола мятой белоснежной рубашки выпростана из брюк, светло-соломенные волосы взлохмачены, на лице широкая идиотская улыбка, обнажающая отсутствие шестого верхнего зуба справа. Как художник, Найтири хорошо запоминала детали. Да, что тут скажешь, как есть красавец, так и просится на полотно, которое достойно того, чтобы быть выставленным в главном холле четы Эланести.
- О, какой прогресс, ты встречаешь меня улыбкой, - Фенгар ещё больше осклабился.
Кто бы не улыбнулся, представив реакцию гостей на такую картину.
До двери в комнату меньше десятка шагов, но на пути неожиданное препятствие. И где эта лемора Эланести, когда она так нужна? Похоже, разнузданный сынок боится только её. Бежать на улицу и подождать там? Почти стемнело, и она скоро должна вернуться. Но тогда придётся выслушать длинное нравоучение, ведь это именно воспитанница виновата, именно она соблазняет такого праведного сыночка. Найтири так бы и сделала, но тогда не получится накормить Теодора.
- Пусти!
- За поцелуй, - на пьяном лице застыла наглая ухмылка.
- Ты мне брат!
- Вот ещё, не хочу я быть братом какой-то приблуде. Я хочу быть твоим героем, - Фенгар выпятил хилую грудь, стукнул по ней кулаком и, опять расставив руки, стал медленно приближаться к девушке.
Найтири уже собралась спасаться бегством, но в это время дверь её комнаты приоткрылась, и в щели показалась жёлтая кошачья морда. Только не это!
Как удачно Фенгар упал, как будто кто-то поставил ему подножку. Это шанс. И Найтири рванула мимо него к своей комнате. Там есть задвижка. Выламывать дверь «братец» не посмеет.
У неё почти получилось. В последний момент Фенгар ухватил за юбку. Так и пожалеешь, что у женщин такие неудобные одеяния.
- Пусти, гад!
- Не пущу, давай поваляемся вместе, - и дёрнул со всей силы на себя.
Всё, что удалось Найтири, это извернуться так, чтобы поднос и всё его содержимое упали на Фенгара. Грохот получился знатный. Пришибла? Нет, пьяному всё нипочём, и младший Эланести умело подмял её под себя. А вот это уже совсем не смешно. Тут уже и нравоучения леморы Эланести будут предпочтительнее. Противная рука коснулась лодыжки.
Найтири закричала. Вдруг кто-то уже вернулся домой?
Дальше всё завертелось с невероятной скоростью. Дверь в её комнату распахнулась, и оттуда вырвался жёлто-огненный вихрь, дико заорал и вцепился когтями в удивлённо приподнятое лицо Фенгара. Кажется, совместные вопли одного и другого были слышны даже соседям.
И чему тут удивляться, что именно этот момент выбрала лемора Эланести, чтобы вернуться. А ведь совсем недавно Найтири мечтала, чтобы это было так. Да уж, можно с уверенностью сказать, что полоса везения закончилась.
Вроде бы уже много раз слышала всё, что ей сейчас выговаривали, ну, за исключением вставок про «блохастую драную кошку». Причём не понять, про Теодора это было сказано или про саму Найтири. Бешеная, неуправляемая, никчёмная. Это всё про неё, а никак не про бедного несчастного сыночка, на которого жестоко напали и изуродовали чуть ли не до смерти. Ах, нет, ещё последние слова вдохновенного монолога были немного другими.
- Вон из моего дома вместе с этой драной кошкой!
К счастью, предварительная часть воспитательного процесса закончилась, Двойре Эланести было не до воспитанницы, младший ребёнок жалко скулил и требовал немедленного внимания.
После того, как мать и сын скрылись в его комнате, Найтири позвала Теодора, спокойно подъедавшего разбросанные по коридору лакомые кусочки, и ушла к себе.
- И что нам теперь делать? – безнадёжно поинтересовалась она у первопричины всех её неприятностей. – Тебя точно выгонят, да и мне житья не дадут.
Чёрные глаза недоумённо моргнули. Как, что делать? Нас вроде бы как уже выгнали. Вместе.
А ведь и правда, последние слова леморы Эланести были: «Вон из моего дома вместе с этой драной кошкой!» Не об этом ли мечтала сама Найтири? О самостоятельности. И чего тогда ждать? Добрых напутствий? Кажется, это не их случай.
В корзинку для рукоделия полетели пара припрятанных альбомов, купленные вчера кисти и краски и немного белья. В небольшую сумочку – документы и кошелёк с несколькими монетами, которые держала при себе на всякий случай. Позже Найтири заберёт в банке полученные за продажу картин деньги, купит себе одежду и главное, снимет тот замечательный домик со студией. Чем не план.
- Уходим? – как же хорошо, когда есть, к кому обратиться за советом.
Теодор гордо задрал хвост и прошествовал к двери. Вот и хорошо, что не одна. Вдвоём начинать новую жизнь не так страшно.
***
Не страшно, но опасливо. Нужно ещё выбраться из дома. Задумчиво посмотрела на Теодора.
- Лучше всего и тебя устроить в корзине, а то потеряешься ещё в доме. Сейчас совсем неподходящий момент гоняться за тобой.
Презрительному фырканью почти не удивилась. Ну и ладно, не так уж и много в корзинке свободного места, а кот получился весьма упитанный.
- Идём-идём. Только не отставай!
Мимо жилых комнат пробрались без приключений. За слегка приоткрытой дверью в комнату Фенгара слышались голоса леморы Эланести и незнакомого мужчины, похоже, доктора. Вдвоём они уговаривали великовозрастное дитя не бояться и дать как следует обработать раны. Кольнуло чувство вины. А вдруг Теодор повредил глаза? Впрочем, заходить и извиняться точно не стоит, если всё так плохо, тем более нужно как можно скорее исчезнуть.