Рина Лесникова – Палые листья лета (СИ) (страница 17)

Санайя осушила протянутый ей стакан. Слова иера Трунича воспринимались посторонним ничего не значащим шумом. Как могло такое случиться, что единственный человек, которого она не желала видеть и не хотела ничего о нем больше знать, встреченный почти на другом конце страны, вновь оказался на ее пути? И это в многомилионном городе. Совпадение? Судьба, как говорила метресса Ликинна? Но этого не может быть, потому что не может быть никогда. И тем не менее, они вновь столкнулись, и этот хам опять нагрубил. Ведьм он ненавидит. Так зачем его носило в Священном Лесу? Да еще в самую короткую ночь? Вот была бы она настоящей ведьмой, такого бы ему наколдовала! Ничего, он еще пожалеет! Санайя пока не знает, что ему сделает, но то, что негодяй Кордес эд'Пинкрон — вот она и узнала его имя — пожалеет о своих словах, уверена.

— Извините, — обратилась она к хлопотавшему гному. — Не ожидала встретить в столь серьезном заведении такого грубияна.

— Маги, что с них взять, — иер Трунич извиняюще пожал могучими плечами и поинтересовался: — Все в порядке?

— Да-да. Даже отъявленные хамы не смогут вывести меня из себя надолго.

Лукавила? А что делать. На самом деле сердечко отчаянно билось в груди, как пойманная дикая птичка, и все не желало успокоиться. Но кому какое дело до ее переживаний. Нужно продержаться всего несколько дней, до приезда Риченда. Вряд ли фиер эд'Пинкрон наведывается в кабинет коменданта часто. Похоже, это разовая акция.

На этом Санайя успокоилась. Тем более, ей дали для переписывания уже не просто брошюру, а важную инвентарную опись, здесь нужно быть особо внимательной, ошибок быть не должно.

К счастью, до конца рабочего дня было все тихо и спокойно. Она даже по нужде не отлучалась, а то мало ли кто ходит в тех коридорах. Похвала за проделанную работу была заслуженной и приятной.

— На сегодня все, иди домой, — отпустил ее начальник. — Завтра без опозданий, пойдем на инвентаризацию!

***

Наконец-то. Она уже думала, что этот день никогда не закончится. Все же, та неожиданная встреча расстроила сильнее, чем того хотелось бы. Затекла спина, устали пальцы рук, а еще разболелась голова, и ломило все тело. Или это с непривычки? Но работают же люди. По многу часов в день. Каждый день. Ничего, и она справится. Есть вечер и ночь для отдыха.

Встретившаяся на выходе Дениз очень напоминала восторженного щенка. Как не улыбнуться при виде ее. Подруга взахлеб рассказывала, какие классные у нее сослуживцы, какие перспективы перед ней открываются, и вообще, как же хорошо устроен весь мир. Ее счастье оказалось заразительным. Санайе даже удалось изобразить почти искреннюю улыбку.

— А как дела у тебя? Санни, как прошел твой рабочий день? Что-то ты выглядишь уставшей. Пойдем в кондитерскую и хорошо отметим такое важное событие?

— Пойдем, — от пары хороших пирожных Санайя никогда не отказывалась. — Только давай немного пройдемся в том парке, хорошо?

— Конечно, хорошо! — и Дениз, ухватив подругу за руку, потащила ее в парк.

Стоило ступить под сень деревьев, как дышать стало легче. Раздражало одно: по вечерней поре не только они решили здесь прогуляться. И теперь уже Санайя тащила магичку вглубь скопления деревьев. Легко ли найти безлюдное местечко летним вечером в столичном парке? Практически невозможно. Но покинуть вымощенные аллеи и пройтись по траве никто же не запрещает. И дотронуться до дерева тоже. И прижаться к нему.

— Санни, Санни, хватит. Листья. Они опять желтеют. Если уж тебе так нужно, переходи к другому, — отвлек встревоженный голос.

— Что? — Санайя открыла глаза и огляделась. И правда, листья дерева, к которому она непроизвольно прижалась, слегка пожелтели. Зато прекратился шум в голове, и ушла ломота из тела. — Это я. Это опять сделала я. Прости, — это уже было сказано пострадавшему дереву. — Я не хотела.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — Дениз смотрела с испугом и тревогой.

И что рассказывать? Что, как сказала метресса Ликинна, голод силы будет продолжаться до тех пор, пока связь не закрепится основательно? Что тот, с кем нужно бы закрепить эту связь, опять встретился и опять нагрубил? Ненавидит он ведьм.

— Как же я его ненавижу, Денни.

— Кого, твоего начальника?

— Нет, что ты. Иер Трунич очень приятный в общении пожилой гном.

— Так, дай подумать, — Дениз взяла Санайю за плечи и стала внимательно всматриваться в лицо. — Это не милый Рич. Не он? Жаль, конечно. Пинешту? Понятно, про него почти забыла. И не твой отец, это однозначно. Остается тот самый хмырь, в память о котором тебе остался этот браслет. А ну отвечай, что случилось за то время, пока мы не виделись! Санька-а, — рот и глаза подруги изумленно распахнулись, — неужели, вы опять встретились? И что, вы опять, ну, то самое?..

— Что ты говоришь! В кабинете был еще иер Трунич!

— Значит, встретились, — удовлетворенная ходом расследования, Дениз кивнула. — И что? Что было потом?

— Сказал, что ненавидит ведьм и хлопнул дверью.

— А ты ожидала совсем другого, — почему-то в этом предложении больше слышалось утверждение, а не вопрос.

— Я вообще не ожидала встретить его в своей жизни! А если уж встретить, то услышать извинения!

— Так, с этим примерно разобрались, а теперь давай полную картину, — Дениз деловито взяла подругу за руку, оттащила ее от еще одного дерева, к которому та безотчетно прислонилась спиной, и перевела к другому, более крепкому на вид. — Не отнимай у меня время, не заставляй бежать к метрессе Ликинне и выспрашивать подробности у нее. Я человек занятой, знаешь ли. Ведь в прошлый ваш разговор она тебе не только предложила наведываться в гости, так?

— Она сказала, что обряд не завершен, и у меня не раскрылись какие-то каналы силы. Именно поэтому я тяну силу у деревьев. И до начала учебы этот вопрос нужно решить. Из тебя выйдет прекрасный следователь, Денни, — по лицу Санайи пробежала жалкая улыбка.

— Это да. Ты же знаешь, где я работаю, — самодовольно отозвалась подруга. — Но не уводи разговор в сторону. Так, переходим, — она оглядела крону приютившего их каштана и перевела ведунью к следующему. — Значит, обряд должен быть завершен до осени, так?

— До начала учебы. Но я ни за что и никогда!..

— Санни, а ты понимаешь, что случится осенью? Деревья впадут в спячку! Что ты будешь делать поздней осенью? Зимой? Совершать набеги на оранжереи?

— Скоро приедет Рич, и мы решим эту проблему.

— Рич, — и как у Дениз получается такое милое слово говорить с таким презрением, — ну конечно же, дорогой Рич. Что ж, подождем Рича. А пока, вижу, щечки твои порозовели, идем в кондитерскую? И ни слова о мужчинах! — она строго погрозила пальцем.

Кто бы возражал. За весь вечер о мужчинах и правда, не было сказано ни слова. Думали ли о них девушки? И, если думали, то о ком? Остается только догадываться.

Вечер прошел спокойно. Утром, не сговариваясь, подруги вышли на работу пораньше, чтобы не только позавтракать, но и сделать небольшой крюк и зайти в по-утреннему безлюдный парк и получить необходимый заряд бодрости.

В Управлении же иер Трунич сразу вовлек в рабочий процесс. Похоже, хозяйственный отдел, которым руководил наш рачительный гном, большей частью гномами и был укомплектован. Все логично, именно они считаются самой бережливой и ответственной в отношении хранения ценностей расой. Только вот с почерком у них не очень, а потому Санайя им очень даже пригодилась. Она и еще два молодых крепких сотрудника по заранее согласованному плану планомерно переходили из кабинета в кабинет и переписывали всю мебель и инвентарь, там хранящиеся.

Поначалу опасалась, что в каком-либо из кабинетов вновь встретит фиера эд'Пинкрона, даже дерзкую речь заготовила, планируя, чем ответить на его грубость. Но, как оказалось, заходили они в специально освобожденные помещения, в которых находился только один сотрудник, следивший, чтобы инвентаризационная бригада совала нос только в свои дела. А бригада и не совала. Дружно входили, дружно переписывали, иногда отчитывали безалаберных работников, если считали, что казенному имуществу был нанесен вред, скрупулезно фиксировали, какой, и шли дальше.

День прошел спокойно. Как и вечер. Не принес сюрпризов и следующий день.

***

Вечером Дениз задержалась на рабочем месте, нужно было срочно отправить пакет важных депеш по нескольким адресам. Договорились, что Санайя дождется ее в парке, где подруги гуляли каждый вечер, и начинающая ведунья заряжалась бодростью.

— Сана.

Так ее называл только один человек. Риченд. Он приехал. Красив, как всегда. Модный костюм-тройка — ультрамариновые брюки и пиджак, голубой жилет с белоснежным галстуком-бабочкой. Черные лакированные туфли. Тщательно уложенные волосы, тонкая темная полоска усов над губами. И это жарким летним вечером. Впрочем, что это она? Рич всегда был франтом.

— Рич! — Санайя птичкой слетела со ступеней Управления, чтобы замереть в объятиях любимого. — Рич, ты приехал!

Спину окатило неприятным холодом. Или показалось? Наверное, ведь ощущение чужого взгляда тут же пропало. Видимо, опять проблемы с голодом силы. Скорее бы уже с ними разобраться.

— Дорогая, я так волновался. Я не нашел тебя в лесу. Ты там встретила Пинешту? Я пытался поговорить с твоими родными, но они ничего не сказали. Ни что произошло, ни где ты сейчас. Говори, что же ты молчишь? — мужчина ухватил ее за плечи и едва не принялся трясти, чтобы выяснить правду.