Рина Лесникова – Дождь до конца осени (СИ) (страница 42)

Шнурка они обнаружили там, где и ожидали. Лесса вновь быстро прошла через мужскую спальню, а то уж слишком задумчивый взгляд бросил на кровать Тан.

– Ну что ж, работать, значит, работать, – покорно согласился он.

В конторе тоже ничего не изменилось. И что? Сидеть и ждать заказов? У них ведь такое дело! Межгосударственной важности. Хотелось развить бурную деятельность. Но следы Лиэлы эд'Скьюзи так и не обнаружились, по тем же восьми подозреваемым, которые прятались под личинами искажающего артефакта, и один из которых был искомым эд'Витчетом, велась предварительная работа другими специалистами. Очень уж в разных местах находились они, не стоило тратить время на каждого.

Тан замялся.

– Дорогая, мне нужно пообщаться с информаторами, ты не против?

Лесса улыбнулась. Ведь мог бы и не спрашивать, просто сказать, что у него дела.

– Конечно, иди. А я подежурю здесь. В конце концов, наше агентство функционирует по-прежнему.

На прощание ей достался крепкий поцелуй и обещание явиться к обеду. Ушёл. Как же стало пусто и скучно. Зато появилась возможность поразмышлять. Несносный мужчина так мешал этим заниматься. Вернее, он нахально занимал все мысли. И покушался на тело. А оно, это самое тело, не очень-то и сопротивлялось. Вспомнились особо яркие эпизоды прошедшей ночи. Жалеть о подобном? Ну уж нет. Стоит пожалеть тех, у кого такого не было и, возможно, никогда не будет. Стало так жалко иерину Микору. Почему нельзя сделать так, чтобы все были счастливы?

Глава 18

Звякнул дверной звонок. Тан что-то забыл? Лесса подскочила со стула и побежала открывать двери.

На крыльце стояла крикливо одетая молодая женщина. За руку она крепко держала мальчонку лет пяти. Ребёнок был бос, в ветхой полотняной рубахе и штанах, ранее принадлежащих гораздо более крупному экземпляру. Проблему длины решили просто – обрезали. Чтобы сие одеяние не спадало с худенького малыша, его подпоясали засаленным женским шарфом. А ведь дождь так и не прекращался.

– Иера?

Лессе не сразу удалось понять, зачем же пришла эта женщина. Та перевела взгляд с девушки на вывеску, извещающую, что здесь находится детективно-розыскное агентство, поправила намокший от дождя унылый локон и заговорила:

– Скажете тоже, иера, – хмыкнула посетительница, щегольнув отсутствием передних зубов, – какая я иера, я Судоска, просто Судоска, так меня все и кличут. А это мой сын Чак, – она дёрнула маленькую ручонку, показывая, что именно её обладатель и есть Чак. – Вы что ли, сыщики?

Ох, с последними событиями как-то забылось, что они, вообще-то, поисковое агентство. А посетители-то идут. Придётся принять. Да и малышу не мешало бы согреться.

– Проходите, иера Судоска, – Лесса отошла в сторону, чтобы пропустить странных визитёров.

Женщина опять ухмыльнулась и, отпустив маленькую ладошку, шагнула внутрь. Мальчик опёрся о стену и присел на корточки, покорно собираясь ждать.

– А ты почему не заходишь? – удивилась Лесса. – Заходи, я угощу тебя печеньем.

Глаза парнишки недоверчиво распахнулись. Он задержал взгляд на Лессе, потом перевёл на мать и испуганно сжался.

– Не волнуйтесь, он привыкши, – махнула женщина рукой, – подождёт, ничего не случится.

– Я не привыкла, чтобы у меня под дверью мёрзли дети! – твёрдо заявила Лесса и, поймав маленькую ладошку, затащила Чака в приёмную. – Присаживайтесь! – она подвела мальчика к дивану и почти насильно усадила его.

Странная иера осуждающе вздохнула и плюхнулась рядом, распространив кислый запах немытого тела, который напрасно пыталась перекрыть резкими дешёвыми духами.

Пока мать показательно, скорее для Лессы, отчитывала сына, объясняя ему, как нужно вести себя в столь приличном месте, Лесса заварила кипятком листья малины, липы и мяты, разлила чай в чашки, порадовалась, что у неё есть мёд и сливки, собственноручно добавила их в чашку мальчика и почти насильно всучила ему угощение. Отпил он только после слов матери: «Пей, коли фиерина угощает».

– И печенье обязательно попробуй, – от Лессы не ускользнул голодный взгляд из-под дрожащих мальчишеских ресниц.

Первое печенье исчезло моментально. Получив одобрительный кивок хозяйки, мальчик потянулся за вторым.

– Итак, иера, – убедившись, что ребёнок занят, Лесса обратилась к посетительнице, – у вас какие-то проблемы? Мы можем вам помочь?

– Да, да, проблемы, – Судоска рьяно закивала головой.

Зря Лесса начала расспрашивать её в тот момент, когда она засунула в беззубый рот сразу два печенья, крошки тут же полетели на чайный столик. Впрочем, кроме самой хозяйки, это, похоже, никого не смутило. Посетительница собрала их, положила опять в рот, прожевала и продолжила:

– Правильно вы сказали, проблема у меня. Вот он, – она кивнула на ребёнка. – Родился бы девчонкой, обучила бы я его ремеслу, и зарабатывала бы девка честно себе на жизнь. А так он только мешает. Пока ещё вырастет. Да и потом нет с мальчишек матери проку, одно расстройство от сыновей. А вы ж сыщики, да? Вот и найдите его отца! Вы не думайте, я ж в то время, когда забрюхатила, ещё той красавицей была, ко мне и клиенты видные хаживали. Так что, его отец – не какой-нибудь там оборванец, а очень даже важный господин. Можа, даже и вашего агентства хозяин! А? Всё может быть? – она похабно подмигнула.

Найти мальчику отца? Задача очень сложная. Здесь простая поисковая магия не помощница. Родство установить, конечно, можно, но для этого нужно сравнивать ауры двух конкретных человек. Но вглядываться в ауры всех мужчин подряд и проверять, не являются ли они родственниками Чаку? Но и оставить ребёнка такой матери – преступление.

– Мы постараемся это сделать, иера Судоска, – холодно заявила Лесса, поднимаясь и давая понять, что приём закончен. – Можете оставлять мальчика и спокойно отправляться домой.

– Как это оставлять? А деньги? Я ж шесть лет на него тратилась! Ночи не спала. Не, его отец мне задолжал. Найдите распутника, бросившего своё дитя, приведите ко мне, я получу причитающееся, отдам ему мальчишку, и с вами заодно рассчитаюсь.

Лесса прикрыла глаза. Про такие будни детективов в училище им не рассказывали. Только бы не сорваться. Она выгребла из сумочки всю имеющуюся наличность и сунула её в жадно протянутые руки.

– То-то! – глаза Судоски алчно сверкнули. – Сразу бы так.

Деньги исчезли, как кролик в шляпе умелого фокусника. Ловким движением женщина выпила остатки чая из обеих чашек, сгребла из вазочки печенье и, буркнув что-то похожее на прощание, быстро удалилась. Мальчику даже мимолётного взгляда не досталось. Впрочем, он забился в самый уголок дивана и сидел, не шелохнувшись. Надеялся, что про него забудут?

– Ну что, Чак? Что мы с тобой будем делать? – Лесса присела перед ним на корточки.

– Мне тоже уходить? – тихим голосом спросил он.

– Нет, что ты! Ты же слышал, что мы должны найти твоего папу.

– Мужики плохие. Они… они, – бледные губы затряслись, из детских глаз побежали крупные слезинки, грязные кулачки отчаянно размазали их по всему лицу.

– Ну что ты, Чак, мы же не какого-то мужика будем искать, мы же будем искать твоего папу! А он самый лучший. Это же твой папа.

– Да? – карие глазёнки доверчиво моргнули.

– Конечно! Да ты и сам это знаешь! – убеждённо заявила Лесса.

Мальчик застенчиво кивнул. А чему удивляться? Если дети перестают верить в родителей, они перестают верить в жизнь.

Лесса вскипятила ещё воды, заварила чай, подвинула Чаку мёд и сливки и, быстро проверив кухню, соорудила несколько бутербродов, густо намазав их маслом и положив сверху мясо и сыр.

– Маленьким мальчикам такое есть не положено, – испуганно шепнул малыш.

– А кто здесь маленький мальчик? – Лесса демонстративно огляделась. – Я таких не вижу, а ты?

Первая несмелая улыбка коснулась бледных детских губ. Чак жадно принялся есть.

И что теперь делать? Лесса планировала оформить подкидыша в приют. Но ведь малыш поверил. Да, его обманывали, и не раз. Но когда наступает тот, самый последний раз, когда человек перестаёт верить себе подобным?

– Тётя, ты почему плачешь? Боишься, что не сможешь найти моего папу?

– Ну что ты! – Лесса спрятала слёзы за бодрой улыбкой, присела рядом с ним на диван и неловко обняла его, боясь сделать больно.

Чак, поначалу напрягшийся, расслабился. От тепла и сытной еды его стало клонить в сон.

Перед Таном, зашедшим в агентство, чтобы пригласить девушку на обед, предстала странная картина. Грустная задумчивая Лесса, отрешённо глядящая на что-то мелкое, лежащее на диване и укрытое пушистым пледом.

– Любимая, ты расстроена? – он обнял невесту и, словно понимая неуместность горячего поцелуя, коснулся губами виска. – Это же не то, о чём я думаю? – Тан подозрительно уставился ей за спину.

– А что ты думаешь?

– Ещё одна собачка или кошечка, которой нужно найти хозяина. Нет?

– Нет, это Чак. Мальчик, которому я пообещала найти отца.

Отчего-то Лессе стало боязно. Нет, она уже привыкла к словам и выходкам несносного жениха и знает, что говорит он такое вовсе не со зла. Но как отреагирует Чак?

Казалось, маленький комочек под пледом стал ещё меньше. Проснулся, и боится это показать.

– Мальчик, которому нужно найти отца? – Тан тоже заметил шевеление на диване и понял, что их гость не спит. – Ну-ка, ну-ка, давайте посмотрим, кто у нас тут? – он осторожно отогнул край пледа. – Какой замечательный парень, – подмигнул он испуганному малышу.