Рина Лесникова – Девятая печать (СИ) (страница 50)

– Папа знает, – спокойно сообщила мать.

– Знает. И что?

– И ничего, ты по-прежнему его свистушка-болтушка, – старшая Игран вспомнила давнее прозвище, которым девочку называл отец. – Если, конечно, сама от него не откажешься, э настороженно добавила она.

– Ни за что! Я вас люблю, мама.

Как же хорошо сидеть у материнских ног, положив голову ей на колени.

– Ох, заболтала я тебя, моя девочка, – спохватилась Лизавета, – уж давно время обеда настало, пойдём домой. Суп разогрею и котлетки. Или ты теперь с господами? – она как-то сразу съёжилась, словно только что поняв, как же высоко вознеслась её дочь.

– Мама, я так соскучилась по твоим котлетам!

Дома всё было по-прежнему. Николенька первый прошмыгнул к столу, едва смочив ладони водой. Отец обстоятельно вымыл руки, молча взял сына за ухо и подвёл его к раковине. Братец удручённо вздохнул и на этот раз принялся тщательно смывать грязь.

– И шею!

Братик нарочито вздохнул и принялся исполнять приказ. С таким отцом лучше не спорить. А Петер Игран всё вытирал и вытирал руки. И Нэйта вдруг поняла: он же сам боится встречи!

– Папа! – она первая сделала шаг навстречу и протянула руки.

– Дочка!

Можно спрятать лицо у него на груди и даже шмыгнуть носом. Девочкам можно.

– Папа! Как же я по вас скучала!

– А мы-то уж как скучали, дочка. Скучали, переживали. Вернулась домой?

Ох, ну и объятия же у папы, ещё немного и затрещат кости.

– Нет, папа. Вернуться не получится. У меня появились обязательства.

– Ишь ты, обязательства, – покачал головой отец. – И правильно! Всегда знал, моя девочка достигнет большего!

– Папка!

Наверное, у неё от улыбки скоро разболятся щёки. Ну и что, это же её семья. Только сейчас Нэйта поняла, как же она скучала.

Обед прошёл замечательно. Разогретые суп и котлеты были вкуснее самых изысканных блюд господского стола. Салат из свежей зелени выше всяческих похвал. После обеда Нэйта пошла помочь отцу в саду, как когда-то давным-давно.

Была бы она счастлива здесь, если бы в её жизни не появился Филипп? Наверное. Но всё случилось так, как случилось.

– Ты ж не беспокойся о нас, – успокоил её отец, – занимайся своими делами. Дети, они ж что птицы, выросли и улетели.

– Я никогда вас не брошу, папка!

Вроде бы уже и выросла, вроде бы раньше отец никогда так откровенно не проявлял своих родительских чувств, но как же хорошо к нему прижиматься.

– То и славно, дочка. Мы тоже никогда от тебя не откажемся!

Неизвестно, где проводил время лорд Ферран, и куда и когда исчез лорд Кайлинор, но утром Филипп постучал в двери домика садовника.

– Нэйта, нам пора, – сообщил он.

– Так вот ты какой, – папа с головы до ног осмотрел гостя. – Смотри, если обидишь нашу девочку, я тебе! – под носом мага оказался огромный кулак.

– Не обижу, – серьёзно ответил некромант и, обняв Нэйту за плечи, прижал её к себе.

Внеплановый выходной закончился. Пора было возвращаться в столицу, к делам.

Глава 20

Специфическим обучением Нэйты, а именно, построением порталов, разнообразных щитов и даже боевых заклинаний Филипп и Кайлинор занимались чаще всего вместе. Вернее, как сказать, занимались, им приходилось придумывать каверзные задания, а способная ученица по мере своих сил их выполняла: строила и пробивала щиты, перемещала предметы. Как-то, разозлившись на неподатливую ветку, просто превратила её в мелкую пыль. Просто так, разозлившись! Пусть и раньше не единожды говорили, что сила может быть уничтожающей, весь смысл слов дошёл только сейчас. Ведь на месте ветки могло быть что угодно. Кто угодно. Здесь размер не важен.

– Нэйта, Нэйта, ну что ты так расстроилась? – попытался успокоить её некромант. – Ну подумаешь, ветка, их в саду у Принстона ещё полно!

– Филипп, ты прекрасно понял, что переживаю я вовсе не о ветке. Хотя и её жалко. Это… это же так можно сделать, с чем угодно! Макар! Он же тоже может так. Я права? Его тоже нужно учить!

– Дорогая, мальчишке едва исполнилось семь. Полагаешь, стоит?

– Макар очень талантливый и любознательный мальчик. И свой портал он сотворил сам. Полагаешь, стоит пускать его эксперименты на самотёк? Как ты думаешь, он сможет повторить вот это? – Нэйта кивнула на жалкую кучку, оставшуюся от совсем ещё недавно цветущей ветки. – И, если сможет, то когда? А главное, что это будет? Тоже ветка или какой-нибудь олух, со своими дурацкими шуточками?

Вдруг Нэйта резко замерла, прислушалась к чему-то и моментально подскочила к Филиппу, прикрыв его своей спиной. Вернее то, что она его прикрыла спиной, могло показаться только стороннему наблюдателю, на самом же деле был задействован комплексный щит, самый крепкий из тех, что она знала.

– Подготовилась? Неплохо, неплохо, – из арки открывшегося портала к ним вышел незнакомый мужчина.

Гость осмотрелся и кивнул своим мыслям.

– Вижу, пришла пора нам познакомиться, девочка?

Началось. Иингу решили сделать ход первыми? Сзади зашевелился Филипп, до этого момента крепко сжимавший её плечи. Сейчас ведь выйдет из-под щита, глупец. Ох уж эти мужчины, ни за что не признают, что иногда можно и спрятаться за женской спиной. Ищи его потом по Станции.

– Стой на месте! – почти прорычала Нэйта. В голове уже мелькали мысли об обездвиживании. Знать бы ещё силу этого заклятия, а то обездвижит всё сразу, включая сердце и прочие внутренние органы.

– Дорогая, позволь приветствовать нашего магоратора, лорда Переса Литьеро, – Филипп всё же вышел из-за её спины и почтительно склонил голову.

Магоратор кивнул в ответ, как равный равному. Всем было известно, что чинопочитание он не поощрял.

– З-здравствуйте.

Сказать, что Нэйта растерялась, было бы неверно. Подспудно она ожидала как визита магоратора, так и иингу. И всё равно, его появление стало неожиданностью.

– Поговорим? – предводитель всех магов Единого Магора огляделся в поисках подходящего места.

– Предлагаю пройти ко мне в кабинет, – взял на себя организационную часть разговора Филипп, – лаборатория не самое удачное место.

А вот это он зря. Вполне возможно, что как раз хорошо защищённая лаборатория и будет наиболее подходящим местом для их разговора. Мало ли что у гостя на уме. Гостя настолько сильного, что не побоялся явиться без охраны. Порталом. В незнакомое место. К незнакомым людям. Хотя, Филиппа, он видимо, знал. Ну да ладно, пора вспомнить, что она женщина, а женщинам положено помалкивать, когда мужчины обсуждают свои дела. Да ещё и ученица. Да, она будет молчать. Ведь может быть, что магоратор явился вовсе и не к ней?

– Вы идите, а я, пожалуй, ещё потренируюсь, – попыталась откреститься от высокой чести Нэйта. Струсила? Есть немного. Ну не готова она к этому разговору!

Одного укоризненного – магоратора, и одного подбадривающего – Филиппа, взглядов хватило, чтобы она поняла наивность своего демарша. Отдавая дань вежливости, Нэйту пропустили в двери первой. Ладно, не сама ли она мечтала об этой встрече.

В кабинете все сели за общий стол. Это сказало о многом. Хозяйское место осталось пустовать. Что это могло значить? Значит, хозяина здесь сейчас как бы и не было. Ни Филипп, ни имеющий на это право лорд магоратор не взяли на себя эту роль. Впрочем, то, что сели они за стол, а не на удобный диванчик и кресла указывало на то, что разговор будет деловым, а не просто дружеским.

– Чаю, кофе? – Филипп решил использовать самое распространённое начало беседы.

Перес Литьеро согласно кивнул. Да и Нэйте срочно захотелось выпить. Хотя бы воды.

– Давно занимаетесь магией? – поинтересовался гость у Нэйты после того, как сделал первый глоток.

– Не очень, – Нэйте наконец-то удалось взять себя в руки. – Так получилось, что я долгое время не знала о наличии у себя магических способностей.

– Как и я, – кивнул лорд Литьеро. – Только я, в отличие от вас, узнал о них при печальных обстоятельствах. Я убил человека.

Это что же, он так запугивает? Нет, в светлых серых глазах совсем нет той жёсткости, которая указывает на то, что собеседник хочет испугать, скорее, сожаление и печаль. Рассказ мужчины и правда, был грустным. Он рос без отца, а в тех краях, где он жил, это считалось позором и для матери, и для ребёнка. Когда ему едва исполнилось десять лет, мать умерла. Тут-то и настали для мальчишки по-настоящему тяжёлые времена. Детский дом для сирот. Уж сироты, казалось бы, должны понимать друг друга, но нет, и там детей делили на тех, кто мог назвать имена матери и отца, на тех, кто их совсем не знал, и на «нагулянных». Последним приходилось тяжелее всего. Их травили все, включая воспитателей. Жертвой маленького Переса стал завхоз детского дома, по совместительству учитель труда. Мало того, что он загружал мальчишку грязной работой, такой, как чистка свинарников и туалетов, но как-то, уличив в очередной провинности, закрыл в своей подсобке и, гадко ухмыляясь, вытащил из брюк ремень. К побоям мальчик привык, и даже научился не кричать, когда бьют, но завхоз стал снимать брюки.

– В общем, заклинание развеивания, как я его потом назвал, я использовал в неполные двенадцать лет, – резко закончил рассказ магоратор. – Никто в детском доме не понял, куда делся завхоз, ведь оставшуюся от него кучку пепла я тщательно собрал и выбросил в туалет. Цинично? Нисколько. Каждый выживает, как может. Тогда я не признался никому в наличии у меня магических способностей. Во-первых, не верил сам, а во-вторых, именно меня заподозрили бы в убийстве, – задумчиво рассматривая пустую чашку, продолжил он. – Потом сбежал, встретил своего Учителя. И вот, теперь я такой, какой есть, – он развёл руками, а потом сцепил пальцы в замок.