Рина Лесникова – Девятая печать (СИ) (страница 45)

Вот так, если кому-то захочется пошутить, пусть сразу знают, с кем связываются.

– Вот все вы тёмные такие, чуть что, сразу проклинать, – подруга сделала вид, что обиделась. – А поговорить? Даже не поговорить, а коротенько, хотя бы только мне, рассказать, как у недавно инициированной магини может быть такой взрослый ребёнок?

Нэйта и Макар заговорщицки переглянулись и подмигнули друг другу.

– Могли бы и сами догадаться: Макар – мой приёмный сын, – сообщила она и принялась за кашу. Есть хотелось неимоверно.

– А-а, вон оно что, – протянула Майла и, удовлетворившись ответом, уделила всё своё внимание собственной тарелке, поесть любопытная магиня любила.

У младших учеников не было столь свободного посещения занятий, как у старших, поэтому Макар, быстро извинившись, что не может сейчас побыть с ней и рассказать всё-всё-всё, убежал за новыми друзьями. Похоже, ему здесь понравилось, это хорошо. Была такая вероятность, что прожив всю свою небольшую жизнь в одиночестве, без ровесников, он сложно будет сходиться с людьми.

Пока Нэйта завтракала и отдавалась приятным мыслям, из столовой исчез лорд Принстон, а ведь понимал, что у ученицы накопилось множество вопросов. Значит, разговаривать не хочет. Что ж, он здесь хозяин, его право. Про себя Макар расскажет вечером, когда младшим ученикам предоставляется свободное время. А по её делу… что ж, не захотел, значит, не захотел. В конце концов, в её распоряжении все публичные библиотеки столицы.

Выбраться в библиотеку Нэйте не удалось. К ней подошёл Дюшель – один из тёмных учеников лорда Принстона – и сообщил, что Учитель выдал им задание проверить на проклятия один из городских домов. Вроде бы ничего странного, обычное задание, Нэйта уже ходила на такие, именно так ученики начинают свою деятельность, да и заработок ей не помешает, ведь платят горожане за снятие проклятий весьма и весьма неплохо. Но как же не вовремя. И отказаться она не имеет права. Придётся отложить поход за знаниями и ввязаться в поход за деньгами.

***

Работа на этот раз оказалась не сложной, но нудной. Дом был просто усыпан проклятиями, как пылью, мелкими, но действенными.

Бывает так, живут двое рядом, по привычке ли, или ещё почему. Любовь давным-давно увяла, а может, никогда и не было той любви. Если же ещё и проблемы есть – материальные, или ещё какие, к примеру, один из пары чаще необходимого прикладывается к бутылке, то со временем появляется либо ненависть, либо глухое раздражение. Так и в этом случае. Жена оказалась латентным магом. Это как со скрытым бактерионосительством, вроде бы в крови зараза есть, а внешних проявлений нет. Вот и сыпала ворчливая дама необдуманными словами направо и налево. «Что б ты захлебнулся» и «Что б ты провалился» были в этом доме самыми обычными, а ещё множество подобных им. Вот и собирались эти завуалированные проклятия в доме, подобно гирляндам паутины. Да, слабенькие, да, сказанные необдуманно, но в итоге их критическая масса превысила допустимый порог, и на обитателей дома посыпались неприятности. Сломанные под хозяином ступени, опрокинутый на себя хозяйкой чайник с кипятком, заклинившие невовремя двери, да много чего. Едва выросшие дети тут же сбежали в самостоятельную жизнь, не желая жить в этом тихом аду. Их можно понять.

С чисткой провозились до позднего вечера, ведь нужно было найти вязь каждого мелкого проклятия и распутать его. Брать за такую работу большие деньги совсем не стыдно. Вроде бы взрослые и разумные люди, а устроили в своём доме непонятно что. Вроде бы внешне всё чисто и опрятно, а на магическом уровне такая грязь, магам здесь находиться многократно тяжелее. Правда, маг – любой маг – сразу же бы почуял неладное. А эти люди жили. Продолжали жаловаться, ворчать, но жили.

Уже вечером с хозяйкой и основательно поднабравшимся к тому моменту хозяином была проведена профилактическая беседа. Даже предложены варианты, что нужно делать, чтобы подобного не повторилось, ведь, как известно, на очищенную поверхность грязь липнет быстрее, чем на новую.

– Можете расстаться, – проникновенно вещал Дюшель, мысленно уже пристраивая сегодняшний заработок. – Можете вы, мистер Ганг, бросить пить, или же вы, миссис Ганг, бросить ворчать и проклинать мужа, вариантов здесь несколько, и каждый вам поможет.

– Да как же так? – попыталась возмутиться заказчица. – Мы же заплатили!

– Вы заплатили за очищение дома! – по телу Дюшеля побежали устрашающе-эффектные, но совершенно безвредные для окружающих тёмные всполохи. – Дом мы вам очистили. А уж гадить ли в нём по новой, это только ваше решение. Я лишь предупреждаю, что во второй и каждый последующий разы такие очищения проводить сложнее и, как следствие, дороже. Да, ещё. Если не прислушаетесь к совету, то это самое второе очищение потребуется гораздо раньше. Но на всё воля ваша, как говорят, хозяин-барин, – тёмный маг развёл руками, – наше же дело предупредить. Моё почтение! – он приподнял воображаемую шляпу и, галантно пропустив Нэйту вперёд, вышел из очищенного дома.

– Как ты думаешь, они прислушаются? – спросила Нэйта уже в машине.

– Эти? Вряд ли. Ты видела их убеждённые лица? Хозяин считает, что он имеет право жить так, как ему нравится, а хозяйка – ломать его под свои понятия о правильной жизни.

– И что же теперь?

– Что с ними будет? Может, если будут деньги, вызовут нас – или других проклятийников, – а может, что весьма вероятно, будут продолжать жить бок о бок, тихо ненавидеть друг друга, каждый упиваясь своей страдальческой ношей, такое часто случается. Это уже их дело, конец у всех одинаков, и у грешников, и у праведников. Ты как сегодня ночью, свободна?

– Что? – Нэйта совсем не поняла, как же связан последний вопрос с их разговором.

– Я к тебе приду, – не то спросил, не то сообщил Дюшель.

– Прости, зачем? Считаешь, наша работа не закончена?

– Забудь о работе, – махнул рукой тёмный. – Я предлагаю развлечься. Уж теперь-то ты не связана ограничениями.

– Прости, Дюш, но я не готова к подобного рода развлечениям. К тому же, ко мне уже обещал подойти один мужчина.

– Так не готова или уже договорилась? – деловито переспросил Дюшель.

И почему она не вспомнила о Макаре сразу? Ведь договорились же с ним встретиться вечером. Хотя, младшие ученики уже, наверное, спят. Но Дюшелю это знать не обязательно.

– Договорилась, – всё же буркнула Нэйта.

– Ну-ну, – кивнул он. – Что ж, я могу и подождать, что ж я, не понимаю. Как освободишься, только намекни, я всегда к твоим услугам.

– Мне не нужны подобные услуги! – и ведь обвинить его особо не в чем, в среде магов подобное является обычным явлением.

– Я же не прямо сегодня, говорю же, я подожду. Я ж не как некоторые, я ж только по обоюдному согласию.

Этот Дюшель непробиваемый, проще замолчать и вовсе прервать разговор.

Глава 18

В замке лорда Принстона уже всё затихло. Хотя, чему удивляться, большую часть шума создавали именно младшие ученики, которым в этот час уже положено спать. Макар, наверное, расстроился, что не удалось поговорить перед сном. Завтра утром нужно будет извиниться.

– Нэйта, – окликнул лорд Принстон сразу, как только они вошли в холл, – зайди ко мне.

Дюшель с независимым видом сунул руки в карманы и, насвистывая мотивчик весьма пошлой песенки, удалился. Решил, что именно Учитель и есть тот мужчина, с которым Нэйта договорилась провести ночь? Да не всё ли равно, что думает Дюшель? Ей нет до его дум никакого дела.

Лорд Кайлинор, не сказав больше ни слова, кивком головы предложил следовать за ним. Что ж, поговорить им и правда есть о чём. Завернул в крыло, где находился его кабинет. На сердце стало легче, всё же разговор с Дюшелем оставил после себя неприятный осадок. Вдруг, все маги решили, что она теперь лекгодоступна?

– Заходи, – лорд, как истинный кавалер, приоткрыл дверь, пропуская даму вперёд.

– Филипп?

Нэйта замерла. Вот так сюрприз из сюрпризов. Она ожидала многого, начиная с предложения совместно провести ночь, заканчивая поучительным нравоучением, но того, что здесь окажется её Учитель? Приехал оговорить обучение Макара? Наверное.

Как-то сразу забылось, что они здесь должны быть не одни, забылись прошлые обиды, да и были ли они?

– Нэйта! – лорд Ферран поднялся ей навстречу и осторожно протянул руки, давая ей возможность самой сократить оставшееся расстояние. – Нэйта, – прошептал он, прижимая её голову к груди, как совсем недавно она сама прижимала его сына, – прижал и ещё раз виновато выдохнул: – Нэйта. Я… я никогда и никому ничего не обещал. Я и сейчас боюсь что-либо обещать, Нэйта!

Если его не прервать, они опять поругаются.

– Филипп, – она подняла на него полный надежды взгляд, – скажи, а мы можем просто любить? Безо всяких обещаний? Ты меня, а я – тебя? Просто любить, разве я много прошу?

– Считаешь, что меня можно любить после всего, мною содеянного? Даже после того, что ты обо мне узнала? – Ферран обхватил её лицо руками и впился глазами в глаза, словно рассчитывая именно в них найти истинный ответ на свой вопрос.

– Не ты ли говорил, что полюбить по приказу нельзя? – Нэйта поправила на его лице прядку, мешавшую смотреть в любимые глаза. – Разлюбить тоже.

– Ты простишь меня?

– За что? – растерянно спросила она.

– За что? За то, что я был дурак.