Рина Кент – Возвышение Королевы (страница 47)

— Я просто констатирую факты. Я... я хочу узнать тебя получше.

— И ты думаешь, что расшифровка моих отношений с Итаном поможет это сделать?

— Хочешь ты это признавать или нет, но он единственный, кого ты считаешь достойным соперником.

— Достойный не то слово, которое я бы использовал. Попробуй раздражающий.

— Давай, расскажи мне, в чем дело.

Его большой палец продолжает скользить вверх и вниз по моей коже, создавая безумное трение.

— Все, что тебе нужно знать, это то, что мне не нравится, когда он находится рядом с тобой.

— Почему?

— Потому что.

— Это не отвечает на мой вопрос.

— И не должно быть ответом.

— Подожди. Это из за вашего влечения к женщинам того же типа?

Не могу поверить, что я не подумала об этом раньше. Вполне логично, что Джонатан хочет, чтобы я была подальше от Итана, потому что он думает, что Итан тоже видит меня так же, как и он.

Его большой палец останавливается, когда он сужает глаза.

— Откуда ты об этом знаешь?

— Итан рассказал мне.

— Итан рассказал тебе, — повторяет он со смертельной угрозой. — Что еще он тебе рассказал?

— Он рассказал, что раньше вы занимались сексом втроем и делили женщин, и что вас привлекает один и тот же тип.

— А потом он сказал, что может быть лучше меня, не так ли? Я убью его к чертям.

— Он этого не говорил.

— Он всегда говорил это женщинам. — его губы искривляются. — На самом деле, ему это было не нужно. Они все равно тяготели к нему.

— Что ты имеешь в виду?

Он делает паузу, и я подозреваю, что он не ответит на мой вопрос, как обычно, когда чувствует, что на него давят, но затем он тихо произносит.

— В прошлом, я всегда был тем, кого женщины хотели трахнуть, но тот, с кем они представляли себе отношения, был Итан.

Ох. Джонатан чувствует, что я была бы такой же, как они. Далеко не так. Это безумие, но я бы никого не выбрала никого кроме него.

— Если ты не заметил, ты пугаешь, Джонатан.

Он снова сужает глаза на меня.

— Точно.

— Я серьезно. Ты обладаешь богоподобным присутствием, к которому никто не осмеливается приблизиться.

— Да.

— Я бы всегда выбирала тебя.

— Всегда?

— Всегда.

Он слегка улыбается, прежде чем сменить выражение лица.

— Итан все еще мертв за то, что вложил эту идею в твою голову.

— Прекрати.

— Не пытайся защитить его. Его жизнь закончилась.

— Я и не пытаюсь. — я неуверенно улыбаюсь. — Он действительно не делал такого предложения.

А если бы он сделал, я бы точно защитила его. Судя по реакции Джонатана, он действительно без колебаний причинил бы ему боль.

— Итан виновен, пока не доказана его невиновность.

— Все должно быть наоборот, Джонатан.

— Не в моей книге. — выражение его лица твердое, как гранит. — О чем еще он трепал? Не упускай ничего.

— Только об этом и о том, что вы предпочитаете разбитых женщин. Как получилось, что вас двоих привлекает один и тот же тип?

Он помолчал немного, прежде чем его спокойный голос распространился вокруг меня, как ореол:

— Это вызов.

— Вызов?

— Мы с Итаном не любим нормальную жизнь. Нормальность скучна. Еще в университете у нас не было проблем с тем, чтобы девушки падали к нашим ногам, но кайф вскоре увядал. С другой стороны, сломанные женщины были интересны. Мы исследовали их и доводили до высот, о которых они даже не подозревали. Это было захватывающе для нас троих.

У меня пересохло в горле при мысли о Джонатане и Итане, поклоняющихся женщине. Мне это не нравится. Это было давно. Мне до сих пор это не нравится, черт возьми.

Тот факт, что Джонатан также считает меня вызовом — вот что неприятно сидит внизу моего живота.

Неужели это все, чем я для него являюсь?

— Тогда тебе не стоит злиться на Итана, — пробормотала я. — Он, наверное, думает, что будет обмен, как в прошлом.

В один момент я сижу, а в другой Джонатан притягивает меня к себе. Я падаю на его колени, задыхаясь. Его пальцы все еще обхватывают мое горло, а его глаза темнеют до пугающего цвета.

Я смотрю на него снизу вверх и попадаю в ловушку этого взгляда, который способен не только препарировать меня, но и проникнуть внутрь меня.

— Этого, блядь, не случится. — в его голосе слышны резкие нотки, которые должны резать.

— Н-нет?

— Никто, кроме меня, не имеет права прикасаться к тебе. Если кто-то попытается это сделать, он исчезнет и никогда не вернется.

Его чисто мужское собственничество может быть пугающим на каком-то уровне, но по какой-то причине оно охлаждает огонь, пылающий в моей груди.

— Ты сделаешь это?

— Я бы сделал больше, чем это, Аврора. Ты думаешь, я шутил, когда сказал, что ты моя? — его пальцы обхватывают меня за шорты, вызывая прилив удовольствия. — Я собираюсь обрюхатить тебя, доказывая это.

Моя улыбка падает от его слов.

Теперь все это имеет смысл, тот факт, что он никогда не пользовался презервативами и что в какой-то момент он начал кончать внутрь меня и часто трахает меня своим семенем. Или тот факт, что он одобрительно кивнул, когда я сказала ему, что не использую никаких противозачаточных средств.

Тиран пытался оплодотворить меня все это время.

Это должно меня злить, но я не могу преодолеть горький привкус, задерживающийся в горле.

— Ты не можешь, — бормочу я.

— Что не могу?