Рина Кент – Возвышение Королевы (страница 39)
— На одну из моих дочерних компаний.
— Я не знала, что ты играешь в покер.
— Не играю.
— Ты только что сказал, что выиграл в покер.
— Я играю только тогда, когда знаю, что могу выиграть. Мне не нравятся неуверенные азартные игры.
Учитывая, что Джонатан — помешанный на контроле человек, это вполне логично.
Мое внимание возвращается к дороге и к тому, как меняются деревья, когда мы проезжаем.
— Как называется остров?
— Он находится в ведении King Enterprises.
— У него должно быть собственное название.
— Принц назвал его сложным арабским именем. Оно есть в бумагах. Если ты так настаиваешь на том, чтобы узнать, я могу позвонить Харрису.
— Ты должен дать ему какое-то особенное название. В конце концов, не каждый может владеть островом.
— Ха.
Я не уверена, что он имеет в виду, но кажется, что он никогда не думал о такой возможности. Джонатан из тех, кто не привязывается к вещам, как обычные люди, и я думаю, что это делает все это предложение бессмысленным для него.
Ну, по крайней мере, я попыталась. Я еще не успела осмотреть большую часть острова, а он уже кажется маленьким уголком, вырезанным из рая.
Мысли о том, почему мы здесь, пытаются ворваться внутрь. Я думаю об интервью отца и его обвинениях, о прокуратуре, СМИ и семьях жертв.
Окружающая меня красота начинает исчезать, ее краски медленно становятся серыми. Это не отпуск.
Я убегаю прочь — все просто.
Джонатан отпускает мою руку, позволяя ей упасть ему на колени, и берет меня за бедро. Как будто он точно знает, куда ушли мои мысли, и возвращает меня в настоящее.
Странное тепло охватывает меня, когда я погружаюсь в его присутствие. В его мягком прикосновении есть что-то такое, даже если черты его лица остаются неразборчивыми, я чувствую, что он пытается передать.
Сейчас, похоже, он хочет, чтобы мне было комфортно, прежде всего.
Мы останавливаемся у дома на холмах, который немного скрыт снизу высокими деревьями.
Он меньше, чем особняк Кинга, и имеет современный вид благодаря своей двухэтажной круглой архитектуре. Внутренняя лестница видна снаружи через блестящие стеклянные стены.
— Здесь все по-другому, — говорю я Джонатану, когда мы выходим из машины.
— Это творение принца, а не мое.
Отсутствие грандиозных прикосновений Джонатана имеет смысл. Если бы это зависело от моего тирана, он бы сделал его таким же устрашающим, как и он сам.
Во всех смыслах этого слова.
Власть для Джонатана это не только тактика, это его жизненная философия.
Из того, что я знаю о его прошлом, то, как он потерял своего отца, сделало его безжалостным. Видя, как его отец умер от слабости, заставило его дать клятву никогда не оказаться в таком положении самому.
В каком-то смысле он приручил силу и сделал ее своим лучшим другом. Теперь они так переплетены, будто они одно существо.
Джонатан берет меня за талию и ведет внутрь. Мозес остается неподвижным, как скала, перед машиной, скрестив руки перед собой и положив одну ладонь на другую. Я улыбаюсь ему, кивая в ответ.
— Смотри вперед, Аврора. — в голосе Джонатана звучит явное предупреждение.
— Я просто признала его. Я не люблю игнорировать людей.
Его губы сжались.
— Ты улыбалась ему.
— Значит, теперь мне нельзя улыбаться другим?
— Нет, если ты можешь с этим что-то сделать.
— А если я не могу?
Мы останавливаемся у входа, и он поднимает мой подбородок двумя длинными пальцами. Я смотрю на него приоткрытыми губами, а он проводит большим пальцем по нижней губе, вперед назад, создавая чувственный ритм.
— Твоя улыбка, как и все остальное в тебе, принадлежит мне и только мне. Я не делюсь.
Я попала в ловушку интенсивности его серых глаз. В бурю, таящейся внутри, которую он, не колеблясь, в любую секунду готов выплеснуть на мир. Тот факт, что он готов уничтожить мир ради меня, не должен так сильно на меня влиять, но странный вид головокружения овладевает мной.
Прочистив горло, я отстраняюсь от Джонатана, чтобы взглянуть на дом. Его интерьер такой же современный, как и внешний вид. Здесь нет ничего от того точного контроля и величия, которые прослеживаются в каждом сантиметре особняка Кингов.
Здесь минимализм, но немного уютнее. Я падаю на плюшевый диван, откидывая голову назад.
— Здесь так комфортно.
— Мы можем купить такой же для дома.
Не знаю, специально ли он так его называет, но где-то глубоко внутри, в этой неправильной части моей души, я верю в это.
Хочу я это признавать или нет, но особняк Кингов стал моим домом. Дом Джонатана — мой дом.
Это пугающая мысль.
Я смутно помню, что у меня осталось всего несколько месяцев по нашему договору, но я давно перестала об этом думать.
Я прикусываю нижнюю губу, открывая глаза. Джонатан стоит передо мной, его пиджак перекинут через плечо, рукава закатаны до локтей. Галстук он потерял где-то во время полета. Некоторые пряди его черных волос взъерошены и падают на лоб, делая его самым грубым красавцем, каким я его когда-либо видела.
Он пристально изучает меня. Он всегда так делает, наблюдая за мной, притягивая меня в центр своего внимания, как будто я всегда там была.
— Тебе нужно пойти отдохнуть.
— Я в порядке. Отдых последнее, о чем я сейчас думаю.
Я сжимаю свои бедра вместе, сдерживая покалывания. Не могу поверить, что меня возбуждает один его вид.
Если Лей узнает об этом, она не даст мне покоя.
— У тебя, наверное, смена часовых поясов, Аврора.
— Нет.
— Возможно, сейчас ты этого не чувствуешь, но скоро усталость возьмет над тобой верх. Будет лучше, когда ты выспишься.
— Я достаточно спала в самолете.
Он вздыхает.
— У тебя обязательно на все есть возражения? Прекрати спорить со мной о своем здоровье и иди отдыхай.
Очевидно, у меня плохо получается показать свою заинтересованность, поэтому я пытаюсь снова, на этот раз понизив голос.
— Ты собираешься присоединиться ко мне?
Клянусь, что-то блеснуло в его глазах, но пустой фасад вернулся слишком быстро.