Рина Кент – Сердце Моего Монстра (страница 58)
Саша вздрагивает, сексуальная улыбка приоткрывает ее рот, когда она приподнимается на моих пальцах.
Она все еще гоняется за остатками своего оргазма, судя по ее дрожащим ногам и сжимающейся киске.
Я потакаю ей, мне слишком нравится ощущать ее в своих объятиях. Я трахал Сашу четыреста двадцать раз, а искра все та же.
Что? Конечно, я все еще считаю.
Через некоторое время я отпускаю ее, а она прижимается ко мне, ее голова прячется в моей шее, а ноги обвиваются вокруг моей талии.
Мы проводим так несколько мгновений, прежде чем я говорю:
— Ты не собираешься рассказать мне, что с тобой происходит?
Она вздрагивает рядом со мной, ее сердцебиение учащается у моей груди.
— Откуда ты знаешь, что что-то происходит?
— Потому что ты ведешь себя ненормально, а я замечаю в тебе все.
Она отстраняется, но продолжает сжимать пальцами мой затылок.
— Ты можешь дать мне время?
— Сколько? День? Два?
— Немного больше. Мне… сначала нужно встретиться со своей семьей и...
— Нет.
— Я не могу просто избегать их вечно. Точно так же, как ты не можешь запереть Антона на всю жизнь.
— И то, и другое вполне выполнимо.
— Кирилл, — говорит она с ноткой разочарования. — Будь благоразумен.
— Я совершенно благоразумен. Последние два раза, когда ты навещала свою гребаную семью, в меня дважды стреляли, и ты заставила меня поверить, что ты мертва.
— Так мы никогда не будем в мире.
— Позволь мне беспокоиться об этом.
— Это наша жизнь. Твоя и моя. Ты не единственный, кого это волнует. У меня тоже есть право голоса в этом вопросе. Ты продолжаешь называть меня своей женой, но ты никогда не станешь моим мужем, если не сделаешь меня своим партнером во всем.
— Ты уже мой партнер во всем.
— Нет, если ты не будешь говорить со мной о решениях, которые принимаешь в отношении нас двоих.
— Ты говорила со мной, когда инсценировала свою гребаную смерть, Саша? — я повышаю голос, и она замирает, у нее перехватывает дыхание. — Как бы ты себя чувствовала, если бы я это сделал, хм?
— Я уже сказала, что сожалею, — бормочет она, ее пальцы гладят мой затылок. — Мы оба совершали ошибки, но сейчас мы находимся на новом уровне. Ты должен дать мне время, пожалуйста.
Каждая клеточка во мне восстает против этой идеи, но я знаю, что это именно то, что мне нужно сделать, чтобы мы могли начать все сначала.
— Прекрасно, но ты не встретишься с ними без меня.
Она закатывает глаза, но на ее губах появляется улыбка, когда она снова кладет голову мне на плечо.
— Спасибо.
— Не благодари меня, пока мы с этим не покончим.
Она хмыкает.
— Нам обязательно возвращаться на вечеринку?
— Да.
— Тьфу. Но люди узнают, что ты трахнул меня.
— Мне плевать. На самом деле, это хорошо, что они знают о том, что ты моя и под запретом.
— Пещерный человек.
— Твой пещерный человек.
— Ммм. Мне это нравится, — ее голос затихает, звуча сонно. — Дай мне десять минут.
Я глажу ее волосы, а она откидывается на мою грудь, когда мой телефон вибрирует.
Имя на экране заставляет меня остановиться.
Глава 22
— Что мы здесь делаем? — мой взгляд скользит по узорам ковра в приемной клиники.
Кирилл привел меня сюда сегодня утром первым делом после того, как выгнал Юлию. Он рассказал мне о том, что она представляет опасность для беременности Кристины и что даже Константин согласился на это.
Это было так драматично. Она отказалась уходить, и когда Кирилл приказал Виктору увести ее силой, она пришла в ярость. Поскольку она никак не могла причинить вред Кириллу, то обратила свою злобную энергию на Карину и попыталась дать ей пощечину.
Прежде чем кто-либо смог остановить ее, я встала перед дрожащей Кариной и оттолкнула женщину.
Сейчас она собирает свои вещи после того, как Константин отговорил ее от каких бы то ни было ядовитых планов, которые у нее были.
Мне все еще не по себе из-за обмена мнениями, который произошел сегодня утром. Я почти вижу, как ее ядовитые глаза смотрят на меня сверху вниз, как будто она хочет моей смерти.
Сегодня я планировала провести время за чтением книг о беременности с Кристиной — правда, только в электронном варианте, поскольку не могу быть настолько открытой.
Самый насущный вопрос — как долго я смогу обманывать Кирилла? Несмотря на то, что мы все время трахались, я стараюсь не раздеваться полностью. Моя грудь стала больше, а на животе появилась выпуклость, поэтому я боюсь, что он заметит эти не очень значительные изменения. На самом деле все не так заметно, как у Кристины, и может быть списано на прибавку в весе, но, вероятно, позже станет еще больше.
И хотя я пытаюсь отвлечь его, чтобы он не сосредотачивался на моем теле слишком долго, это не может длиться вечно.
Кирилл не идиот. Он уже чувствует, что что-то не так. И если я ему не скажу, то он, в конце концов, сам все узнает.
Часть меня хочет рассказать ему. Я даже удержалась от того, чтобы не выболтать все это прошлой ночью.
Но другая часть понимает, что, если я сделаю этот шаг, пути назад не будет.
Я просто окажусь в ловушке Кирилла без выхода, а я не уверена, что это то, что мне нужно.
Особенно с тех пор, как я пыталась связаться со своим дядей и не смогла дозвониться. Ситуация в лучшем случае запутанная, и я нахожусь на распутье, где ничто не имеет смысла.
Я была на удивление в приподнятом настроении с тех пор, как узнала о нем. Он — единственное, чего я хочу всем своим существом. Остальное размыто.
Ладно, это ложь. Я также хочу Кирилла. Я хочу его до безумия, и я имею в виду не только физически. Я хочу его сердце. Хочу проникнуть в него так глубоко, что он не сможет заменить меня.
Но рана такая свежая; не думаю, что на этот раз у меня получится отбросить осторожность на ветер.
Даже когда он представлял меня всем как свою жену, я была в тайне счастлива.
И я имею в виду не только его семью, членов его штаба и лидеров Братвы, но и весь его социальный круг.
Он водил меня по комнате, положив руку мне на поясницу, и говорил: