Рина Кент –  Порочный Принц (страница 16)

Как будто мы все еще в той комнате. Он прижимает мои запястья к стене, когда мои соски касаются его обнаженной груди, а моя сердцевина липкая от возбуждения на его животе.

Моя рука скользит под пижамными шортами и хлопчатобумажным нижним бельем, чтобы найти складки — влажные складки.

Это все еще такое странное ощущение — быть мокрой. У меня есть игрушка, и я трогаю себя, но это кажется таким пресным, таким неинтересным, что я начала задаваться вопросом, не являюсь ли я какой-то асексуалкой.

Хотя прямо сейчас? Смотря на его лицо, на его руку на животе, где я лежала не так давно, в этом нет никакой асексуальности.

Я тру пальцами свой клитор, и мои веки трепещут, закрываясь. Насыщенные карие глаза вторгаются в мысли, и я стону, а затем прячу лицо в подушку, заглушая звук.

Он хватает меня за запястья, прижимает, делает беспомощной, когда вновь и вновь завладевает мной.

Он целует меня сильно и быстро, прикасается ко мне, щелкая по клитору, покручивая сосок..

Я кончаю.

Даже не знаю, как это происходит, но мое тело сотрясается, и я проваливаюсь в такое захватывающее чувство, что хочется начать все сначала.

Мои глаза резко открываются, и я обнаруживаю его лицо на этой фотографии.

Что, черт возьми, он со мной делает? Почему я ему позволяю?

Я вытаскиваю руку из-под своих липких ног, ощущая отвращение от того, что позволила ему, пешке, добраться до меня таким образом.

Он не доберётся до меня.

Абсолютно нет.

Я начинаю убирать телефон, потом замечаю, что поставила лайк.

О нет.

Нет, нет, нет.

Я немедленно убираю. Он, вероятно, получает тысячу уведомлений, так что, конечно же, он не заметит.

Как раз в тот момент, когда я собираюсь бросить свой телефон на пол, он вибрирует с сообщением. Я вздрагиваю, мое сердце чуть не подскакивает к горлу, когда я вижу его имя.

Ронан: Привет, сталкерша *подмигивающий смайлик*

Он заметил. О боже, он заметил.

Что со мной сегодня не так?

Но черт с ним, правда. Я не стану отвечать.

Когда я игнорирую его сообщение, он отправляет другое.

Ронан: Кстати, как насчет нет98 — интересное имя пользователя.

Я пристально смотрю на телефон, будто могу вырвать его из него и ударить по лицу.

Ронан: Кроме того, твоя царапина все еще болит. Хочешь приехать и поцеловать, чтобы облегчить боль?

Тил: Я должна была поцарапать тебя сильнее.

Я проклинаю себя, нажимая «отправить». Какого черта я вообще ему потакаю? Сегодня я нарушила так много своих стереотипов, и все это из-за него. Я должна держаться от него подальше, во избежании любой другой катастрофы.

Ронан: Больно. Ням.

Мои ноги сжимаются, и оргазм, испытанный ранее, кажется, снова поднимается на поверхность. Только как он может вызвать у меня такую реакцию?

Но если он думает, что сможет вытащить меня из моей стихии и не получить никакого возмездия, то его ждет другое.

Тил: Ты не в моем вкусе. Очнись.

Ронан:А какой твой тип, ma belle — моя красавица?

Тил: Мой тип, по крайней мере, на пятнадцать лет старше, опытный и не улыбается все время, как жиголо на крэке. Короче говоря, не ты.

Я чувствую, как тяжесть спадает с моей груди, отправляя это сообщение. Мне нужно было напомнить себе об этом факте так же сильно, как сообщить ему, потому что именно это беспокоит меня во всем этом — тот факт, что он, кто-то, даже близко не похожий на мой тип, так сильно вторгается в мои мысли.

Наступает долгая пауза, прежде чем он отправляет следующее сообщение.

Ронан: И все же ты кончила, когда я только коснулся твоих сисек.

Тил: Это потому, что я не знала, что это ты.

Ронан: Так вот почему твое возбуждение все еще покрывает мой живот?

Мои щеки пылают, и я проклинаю его всю дорогу до воскресенья.

Ронан: Все высохло, но оно на мне. Ты не заметила этого на новой фотографии в Инсте. Я не собираюсь смывать.

Тил: Ты болен.

Ронан:Мне нравится думать, что я не больнее тебя, ma belle — моя красавица, но я люблю дух соревнования.

Ронан: Отмени помолвку, и я, возможно, мог бы трахнуть тебя.

Я мог бы трахнуть тебя? Возможно? Словно он удостаивает меня своим чертовым членом? Высокомерие этого ублюдка.

Тил: Как будто я когда-нибудь захочу с тобой переспать.

Ронан: Думаю, мы оба должны согласиться с тем, что ты сделала сегодня.

Тил: Я этого не делала.

Ронан: Конечно. Все, что поможет тебе лучше спать по ночам.

Я почти могу представить его ухмылку, и мне хочется разбить ему лицо и это глупое чувство смущения вместе с ним.

Ронан:Спокойной ночи, ma belle — моя красавица. Мне будут сняться сны о твоем лице в оргазме.

Я отбрасываю телефон в сторону, кипя, сердце бьется так сильно, что почти опасно.

Он думает, что это нормально играть со мной? Он поймет, что значит играть.

  

Глава 9

Ронан

Есть такая вещь, связанная с отказом от привычек, которая портит человеческий мозг.

По крайней мере, так говорит Коул. Во всяком случае, я ему верю, потому что он читает больше, чем папа римский читает Библию.

Хочу сказать, что отказ от своих привычек это то, что делает меня странным. Теперь я вижу это четко и ясно.

Я перешел от вечеринок каждую вторую ночь, курении травки и секса с экзотическими девушками, к жизни священника.

Часть вечеринок можно преодолеть. Ларс не только больше не ворчит на меня, чтобы я прекратил — отсутствие ночных развлечений также означает, что мама дома. Я каждый день завтракаю и ужинаю с ней. Излишне говорить, что ее присутствие имеет большее значение, чем все остальные незнакомцы, которые существуют в моей жизни только потому, что у меня есть деньги и статус.

То, что мама здесь, также означает, что отец тоже где-то рядом, и это отстойно, особенно с тех пор, как в последнее время он стал пристальнее следить за мной.

Мы с Ларсом устраивали представление на уровне Оскара каждый раз, когда он спрашивал о пропавшем предмете.

Вернее, я разыгрываю представление, а Ларс следует за мной. С той ночи это стало нашим общим делом.

Оправдания обычно следуют одной и той же схеме: Что? У нас это было? Должно быть, мы отдали друзьям.