Рина Кент – Он меня ненавидит (страница 30)

Ее ногти впиваются в матрас, и она издает стон, смешанный со всхлипом. Ее охватывает дрожь всего тела, когда она разворачивается вокруг моего члена.

Видеть, как она распускается вокруг меня, - это само по себе афродизиак. Ни за что на свете я не позволю другому человеку увидеть ее в лучшем виде, в ее самой хрупкой и эротичной форме, как сейчас.

Я сжимаю ее волосы в хвост, слегка приподнимая ее с кровати, пока вхожу в нее безжалостными толчками. Еще одна волна обрушивается на нее, перетекая в предыдущую, когда я опустошаю себя в ее жар.

Мои плечи напрягаются от силы моего освобождения, когда моя сперма заполняет ее до краев.

С ее губ срывается тихий вздох, и я выхожу из нее, наблюдая за полосками моей спермы, стекающими по ее бедрам.

Мой член готов взять ее снова и снова, и снова, и снова. Мне нужно пометить ее, заявить на нее права и привязать ее к себе.

Пока она смотрит на меня полуприкрытыми глазами, на мою сперму, заполняющую ее, и на мои отметины, украшающие ее шею, остается только одна мысль.

Моя.

16

Джорджина

Я

провожу пальцами по груди Джаса, все вопросы, которые я хочу задать ему, проносятся в моей голове.

Может, он и трахнул меня до беспамятства, но он не заставит меня забыть о вопросах, от которых он уклонился. Он все еще не сказал мне всей правды, и ноющий голосок в глубине моего сознания требует, чтобы я наконец получила ответы.

После ночи, которую мы провели, я боюсь спрашивать, но я также знаю, что у меня не будет душевного покоя, пока Джаспер не признается.

– Джас, - бормочу я, проводя пальцем по его полным губам.

– Хм? – Его глаза закрыты. Слабая тень щетины на его точеной челюсти, и он выглядит более спокойным, чем я когда-либо видела его.

– Мне нужно спросить тебя еще о нескольких вещах. – Я ненавижу нарушать заклинание.

Джаспер застонал и схватил меня за горло. Я стону, когда он притягивает меня к себе, пальцы запутываются в моих волосах, он поднимает мою голову и смотрит в мои глаза.

– Почему у тебя всегда так много вопросов, любимица? Разве мы не можем просто делать то, что у нас лучше всего получается, и трахаться?

– Нет. – Я вырываюсь из его рук и сажусь на кровать, скрестив ноги. Джас стонет, глядя на будильник рядом с моей кроватью.

– Лепесток, сейчас четыре тридцать утра.

– Мне все равно.

– Итак, что это за вопросы? – Он вздыхает, садясь в кровати и зарабатывая победную улыбку с моей стороны. – Опять что-то, на что я не хочу отвечать?

– Ты вообще ничего не хочешь мне говорить, в любом случае. – Я закатываю глаза и игриво подталкиваю его. – Да ладно. Я просто хочу знать о тебе больше.

– Например?

– Например... есть ли у тебя братья и сестры? – Он качает головой, его рот складывается в тонкую линию, и я на мгновение задумываюсь, прежде чем продолжить. – А как насчет домашних животных? Я знаю, что ты не любишь кошек, но, может быть, собака?

– Нет. – Его ответ тверд и не оставляет места для других вопросов. – Ты закончила с допросом?

– Я едва задала тебе два вопроса! – Я вздыхаю в разочаровании и переворачиваюсь на спину, подняв ноги вверх. – А как же твоя работа? Ты даже не сказал мне, чем ты занимаешься?

– Я сказал тебе, - бормочет он. – Я работаю в отделе кадров, в компании C Electronics. Можно сказать, я тот, кто доводит дела до конца.

– Хорошо. – Я поднимаю на него бровь. – Для компании?

– Для семьи.

– Какой семьи?

Он стонет.

– Это необходимо?

– Да, - настаиваю я. – Для кого ты выполняешь поручения?

– ты с ним познакомилась, - бормочет Джас.

– Тот парень, Лусио? – Он неохотно кивает. И снова мысль о том жутком парне, которого я видела перед своей квартирой, посылает мурашки по позвоночнику. В нем есть что-то нервирующее. Я напоминаю себе не судить и попытаться узнать больше, прежде чем делать какие-либо безумные предположения. Если у меня от него мурашки по коже, это не значит, что он плохой человек. – Итак, какие поручения ты для него выполняешь?

– Все, что нужно. – Джас зевнул и натянул одеяло повыше. – Мы можем пойти спать, Лепесток? Ты действуешь мне на нервы.

– Еще один вопрос, - прошу я, и он, наконец, сдается и смотрит на меня, прося продолжить. – Ты причинила кому-нибудь боль из-за этого Лусио?

– Определи боль.

– Ты знаешь, что я имею в виду, Джас. – Вопрос заставляет мое собственное сердце биться. Я чувствую вкус кислоты. Я боюсь ответа Джаспера. – Причинял ли ты вред невинным людям в рамках своей работы?

Он смотрит на меня, но ничего не говорит. Его полные губы сжались в линию, и мы устроили молчаливое соревнование по морганию, которое я проиграла.

– Ответь мне, - требую я.

– Хватит мной командовать. Ты принадлежишь мне, а не наоборот, Лепесток.

– Как будто, блядь, ты это делаешь. – Я мгновенно встаю с кровати, глаза наполнены гневом. Кажется, не проходит и часа, чтобы мы не поссорились, а последняя ссора еще слишком свежа в моей памяти, чтобы просто замять ее. – Ты собираешься ответить мне, Джаспер? Потому что если нет, то чертова дверь прямо там.

Он следит за моим указующим перстом и смотрит на дверь, словно раздумывая, стоит ли ему просто уйти от меня. Я знаю, что веду себя как сумасшедшая, но ничего не могу с собой поделать. Все эти загадочные ответы Джаса, этот странный парень Лусио, а потом сцена в клубе сегодня вечером - я не могу просто притвориться, что это все ерунда.

– Ты уверена, любимица? - наконец спрашивает он, и я киваю. Я зашла слишком далеко. Я не могу просто отступить.

Когда он встает, и мое сердце начинает бешено колотиться, я не обращаю на это внимания. Я смотрю на пол, надеясь, что он передумает, но вместо этого он хватает свои боксеры и джинсы и натягивает их. Я смотрю на его точеное тело. У него есть несколько сомнительных шрамов, о которых я ничего не спрашивала. Теперь, когда я открыла ящик Пандоры, я боюсь узнать правду.

Джас одевается и подходит ко мне.

– Ты все время отсылаешь меня. Интересно, когда ты поймешь, что я никогда не уйду.

Я пожимаю плечами, и он понимает намек и уходит. Как только он оказывается у двери спальни, мое глупое сердце зовет его, и слова срываются с моих губ прежде, чем я успеваю остановить себя.

– Джас, подожди...

Ему не нужно повторять дважды. Джаспер разворачивается, в четыре быстрых шага достигает меня и бросает мое дрожащее тело на кровать.

– Никогда больше не говори мне уходить, любимица, - рычит он на меня.

Его пальцы с одержимостью рвут мою рубашку, пуговицы разлетаются повсюду. Он распахивает мою рубашку до середины, и я задыхаюсь, когда его пальцы находят мои соски. Они болезненно крутятся и щиплют, и я вскрикиваю, но ненадолго - мгновение спустя Джас засасывает мой сосок в рот и прикусывает, вызывая волны экстаза, прокатывающиеся по моему телу.

– Это за то, что ты контролируешь меня, маленький монстр, - простонал он, прижимаясь к моей коже. – А это за то, что сказала мне уйти. Питомец не говорит своему хозяину, чтобы тот уходил, это понятно?

Я мяукаю, когда он кусает меня, но он воспринимает это только как приглашение к дальнейшим действиям. Мне интересно, когда я признаю, что его жестокая любовь - это именно то, что мне нужно, и то, чего я хотела все это время. Недостающая часть.

Когда он продолжает свое наступление на мое тело, осознание того, от чего я пряталась всю ночь, настигает меня.

Джаспер преследует меня.

Паук.

Стекло.

Окно.

Паук.

Стекло.

Окно.