Рина Кент – Чёрный Рыцарь (страница 63)

— Ох?

Верно. Я с неохотой отрываю от нее взгляд.

— А теперь, убирайся и держи свои руки подальше от нее, или я изобью тебя до смерти.

— Ты кое-что забываешь, Найт. — его губы кривятся в ухмылке. — Сначала она пошла со мной на свидание. Не так ли, Кимми?

— Ты, блядь.. — я собираюсь броситься на него, но она обхватывает меня своими тонкими руками.

Это всего лишь прикосновение, но его достаточно, чтобы погасить весь огонь внутри.

— Прекрати, Ро, — ругается она.

— Хорошо. — он закатывает глаза, затем пронзает меня свирепым взглядом. — Один промах, и я заберу ее. Помни, прекрасный принц лучше рыцаря в сверкающих доспехах.

— Пошел ты. — я для пущей убедительности замахиваюсь на него.

— Нет, спасибо. — он машет нам по дороге к своей машине. — Слышал, у капитана есть привилегия для этого.

— Ублюдок, — бормочу я себе под нос, когда плечи Ким сотрясаются от смеха. — Над чем ты смеешься?

— Над тем фактом, что у Коула есть привилегии. Эльза и Тил рассказывали мне о том, как вы с Коулом... ты знаешь.

Если бы она знала, что это было только из-за цвета его глаз, она, вероятно, подумала бы, что я урод, поэтому я держу эту информацию при себе.

— И ты смеешься, потому что...?

— Я не знаю. Это немного странно, но также странно извращенно представлять тебя и Коула.

Я поднимаю бровь.

— Ты представляла меня и Коула?

— Нет! — она бьет меня по плечу. — Ну, возможно. Я имею в виду, что все в школе говорили об этом. Это не значит, что я хочу, чтобы это произошло.

— Почему нет?

Она приподнимает плечо.

— Мне не нравится думать о тебе с другими.

— Так вот почему ты ударила Веронику?

Она морщится, но кладет руку на бедро.

— Может, я ударила ее по той же причине, по которой ты подрался с Ро.

— Его зовут Ронан.

— Что, если Ро мне нравится больше?

— Кимберли, — предупреждаю я.

Она обнимает меня обеими руками за талию и прижимается головой к моему боку, поэтому, когда говорит, ее голос звучит немного приглушенно.

— Скажи это еще раз.

— Кимберли?

— Нет, ту часть, которую ты сказал Ронану ранее.

— Ты моя?

Она несколько раз кивает.

Я приподнимаю ее подбородок, чтобы она смотрела на меня, когда я произношу:

— Ты моя, Грин. Сейчас и навсегда.

— Навсегда?

— Черт возьми, навсегда.

Я опускаю голову, чтобы завладеть ее губами, когда прочищение горла останавливает меня.

Кэлвин стоит в дверях, помогая Кириану с рюкзаком. Как только маленький человечек видит меня, он бросает своего отца и бежит ко мне, чтобы обнять мою ногу.

— Ксан!

Ким краснеет, как мешок с помидорами, высвобождаясь из-под меня.

— Привет, Супермен. — я даю ему кулак, и он дует в него.

— Мы поедем в твоей машине? Да?

— Конечно. — я бросаю ему ключ.

— Да! Мне не нужна машина Кимми.

— Эй! — ругается она. — Что не так с моей машиной, Обезьянка?

— Она не крутая.

Он прячется за моей ногой и смотрит ей в лицо.

— Я защекочу тебя до смерти. А вот и горилла за обезьяной.

— Нееет!

Она начинает гоняться за ним вокруг меня, пока он кричит и просит меня о помощи.

Хотя я бы сделал это при других обстоятельствах, я просто не могу отвести взгляд от Кэлвина.

Он все еще стоит, держит рюкзак Кириана и тепло улыбается, наблюдая за происходящим передо мной.

Этот человек мой отец. По крайней мере, мой биологический. Несмотря на все мои предыдущие разговоры, странно представлять кого-либо, кроме Льюиса, в качестве моего отца.

Кроме того, Кэлвин всегда был отцом Ким и тем родителем, в котором она нуждается в своей жизни. Несмотря на свой статус отсутствующего, он всегда смотрел на своих детей так, будто они единственные, кто имеет значение. Не то что папа, который оглядывался назад только тогда, когда его семья создавала какие-то проблемы для его карьеры.

Взгляд Кэлвина встречается с моим, и его улыбка не дёргается и не меняется. Все ещё теплая и заботливая.

Я качаю головой. Должно быть, мне что-то почудилось, потому что я не получил свою обычную дозу алкоголя.

Кэлвин последнее, о чем я думаю, и хотя я не признавался в этом отцу, он прав насчет того, насколько хрупка Ким в этот период. Мы должны сосредоточиться на ней, а не на каком-то другом придурке.

Я поднимаю Кириана, и он визжит от восторга, когда я сажаю его себе на плечи.

Ким пытается прыгнуть, но не может дотянуться до него.

— Эй! Это жульничество.

— Команда Супермена! — кричит он. — Ксан, сразись с Кимми, как в тот раз.

— Замолчи, Кир, — она краснеет, понизив голос.

— Но ты сказала, что это была особая борьба. — он пристально смотрит на Кэлвина. — Что значит особая борьба, пап?

— Понятия не имею, Кир.