Рина Каримова – После измены. Он тебя любит (страница 57)

Его тяжелая рука опускается на талию. Притягивает.

И уже тише звучит:

— Ты в порядке?

Согласно киваю.

Таиров хмурится.

— Нормально, — говорю тихо.

— Давай, пошли тогда, — говорит бывший, мягко подталкивая меня на выход из гримерки.

Наверное, впервые за долгое время мне не хочется сбросить с себя его руки. Я будто попадаю в ступор. Подвисаю, не в силах осознавать происходящее до конца.

Все еще в шоке от ситуации с Крестовским.

Нет, я не знала его как человека. Нельзя было сделать какие-либо выводы насчет него. Но чтобы до такой степени…

Эпизод, который он обещал вырезать и не вырезал, уже не кажется такой уж большой проблемой.

Этот человек набросился на меня как безумный. И неизвестно, чем бы все могло закончиться, если бы не своевременное появление Таирова.

Похоже, Крестовский совсем неадекватен. На него что-то словно находит, как только речь заходит про рейтинги, популярность.

— Присаживайся, Вер, — слышится голос Таирова.

Немного выныриваю из размышлений.

Понимаю, что мы стоим перед машиной и бывший уже открыл дверцу, приглашая меня занять место на переднем сиденье.

— Домой тебя отвезу, — говорит он. — Ты же не думаешь, будто я тебя одну в таком состоянии отпущу? Или просто такси тебе вызову?

Не в том я настроении, чтобы возражать. Поэтому не спорю с Таировым. Просто усаживаюсь на место рядом с водительским.

Он помогает мне. Продолжает поддерживать до последнего. И даже находясь в расшатанном состоянии не могу не отметить, что его руки задерживаются на моей талии дольше, чем требуется. Уже сижу в машине. Таиров мог бы давно отстраниться, однако не спешит делать этого.

Наши взгляды снова встречаются.

— Вера, — начинает он.

— Я в порядке.

Таиров кивает. Наконец, отпускает меня. Обходит машину и усаживается за руль.

— Спасибо, — выдаю тихо.

Он поворачивается ко мне.

— Я очень тебе благодарна, — добавляю. — Ты вовремя появился. Если бы не ты, если бы… даже не знаю, чем все могло закончиться.

— Мало я ему костей переломал, — хмуро замечает бывший.

— Эмир, — вырывается у меня с укором.

— Что? Да ничего я ему не сломал. А жаль. Этого уродца только слегка тронул, а он прямо весь разнылся. Ну ничего. Еще дам ему настоящий повод для жалоб.

Вскоре машина трогается с места.

Бездумно смотрю перед собой. Прокручиваю в голове происшедшее. Внутри все сжимается.

Еще недавно мне казалось, что все начинает налаживаться, а теперь совсем неизвестно, что последует дальше. Ожидать можно чего угодно.

Невольно вздрагиваю, когда машина вдруг заезжает на парковку. Фокусирую взгляд, и понимаю, что мы не так далеко отъехали от студии. Это еще не мой дом.

Таиров отстегивает ремень безопасности.

— Надо кое-что сделать, — говорит он. — Я ненадолго.

— Хорошо.

— Вер, ты точно в норме? — спрашивает.

И слегка сжимает мое плечо.

— Да, — отвечаю.

— Я быстро, — обещает он.

— Не торопись, — говорю автоматически. — Решай свои дела.

Вероятно, у Таирова неподалеку встреча, что-то связанное с работой. Он отвлекся от этого из-за меня.

Стоп. А как он вообще оказался в студии? В гримерке?

Мысль обрывается, потому что раздается звонок мобильного телефона. Достаю его из сумки, смотрю на экран.

Звонит мой редактор.

— Да? — отвечаю.

— Вера, можем завтра днем встретиться? Нужно кое-что обсудить, это срочно. Лучше не по телефону.

— Что-то случилось?

— Нет, но, — она странно мнется, не хочет отвечать на вопрос прямо. — Давай уже при встрече обо всем поболтаем. Ладно?

Не настолько мы близки, чтобы вот так «болтать». На душе и без того неспокойно, а теперь тревога лишь нарастает.

Договариваемся о встрече, и едва прощаюсь с ней, как появляется Таиров. У него в руках пакет из кондитерской, который он протягивает мне.

— Держи, — говорит. — Помню, тебе нравились пирожные отсюда.

И правда так.

Это очень известная сеть кондитерских. Они есть в разных городах. И когда-то наши первые свидания с Эмиром были там.

Воспоминания всплывают и смазываются.

— Не хочешь? — спрашивает бывший. — Ты даже не посмотрела.

— Спасибо, мне пока совсем не хочется есть.

— Тогда чая выпей.

В пакете кроме коробки с пирожными есть еще чай в картонном стаканчике. И теперь ощущаю аромат. До боли знакомый.

— Это что, черный чай с розой?

— Да. Ты тогда его все время пила.

Сто лет такой чай не пробовала. Такое чувство. Да я вообще эту кондитерскую словно не замечала.

Понимаю это лишь теперь.

А ведь она не так далеко от места, где живу. Район знаю. Много раз проходила мимо. Однако никогда не заглядывала.

Наверное, подсознательно избегала этого места. Слишком острые воспоминания с ним связаны.