Рина Каримова – После измены. Он тебя любит (страница 48)

Ну что же…

— Да, — говорю. — Пока думаю, куда уйти.

Это не ложь. Так и есть.

— Мы могли бы обсудить, — замечает Таиров. — Я бы тебе помог. Открыть ресторан или другое дело. Что-то только твое. Что-то такое, что тебе было бы интересно.

Пристально смотрит на меня.

Он знает про кулинарное шоу? Мог выяснить. Если и правда за мной наблюдает.

— Я еще ничего не решила, — отвечаю.

В принципе так и есть. Мое решение по шоу тоже пока в «подвешенном состоянии».

— Так я и предлагаю, — замечает бывший, продолжая внимательно смотреть на меня. — Все обсудить.

К счастью, створки лифта разъезжаются.

Дверь квартиры открыта. На пороге вижу улыбающуюся Ксюшу. Она вся светится от радости.

А мое сердце болезненно сжимается.

— Я увидела вас в окно, — говорит дочка. — Хорошо, что вы вместе поднялись. Ну что, может чаю попьем?

Чувствую на себе взгляд Таирова. Он ничего не произносит. И это даже тяжелее, чем если бы он требовал, давил, угрожал и запугивал в своей привычной манере.

Как-то все так складывается, что отказаться не выходит.

— Да, — выдаю. — Можно чая выпить. Но мне скоро надо уходить по делам.

Ну не совсем «скоро», конечно. Однако я не хочу, чтобы Таиров задерживался здесь дольше необходимого.

— Хорошо, — замечает он. — Да, конечно. Мне тоже надо будет по делам. Кстати, ты скажи, если нужно, подвезу тебя.

56

Кирюша просыпается. Слышу его звонкий голос.

Сразу иду к нему в спальню.

Таиров с Ксюшей на кухне. До меня доносятся отдаленные звуки их разговора. После слышится шипение закипающего чайника.

Занимаюсь сыном. Переодеваюсь его.

Смотрю на часы. В это время мы обычно и завтракаем.

Подхватываю Кирюшу на руки, иду на кухню. Пусть не смотрю на Таирова, но взгляд его чувствую. Как только мы с сыночком переступаем порог.

Бывший что-то рассказывает Ксюше, но вдруг замолкает.

Не реагирую. Не перевожу на него взгляд.

Усаживаю Кирюшу на его стульчик. Начинаю готовить ему еду. Не могу не отметить, как малыш в один момент вдруг поворачивается к Таирову.

Ребенку все интересно. Он познает мир.

Нормальная реакция.

Но что-то внутри меня царапает.

Ладно…

Занимаюсь готовкой. То и дело поглядываю на Кирюшу. Он улыбается Таирову. Раз — и руку тянет.

Бывший подается вперед. Ближе к ребенку.

— Привет, — говорит.

Кирюша уже изучает его по полной. Сначала ухватывает ладошкой за нос, потом проходится крошечными пальчиками по щетинистой щеке.

Еще секунда — Таиров наклоняется. Перемещается еще ближе, чтобы Кирюше было удобно его изучать.

Малыш уже за волосы его тянет.

Таиров смеется.

— Ну и хватка у тебя, — говорит. — Весь в меня.

Еда готова.

Подхожу к сыночку. Аккуратно пробую его отвлечь.

— Кирюша, сынок, — зову.

Он выпускает волосы Таирова из своих ручонок. Оборачивается, глядя на меня.

— Кушать пора, — продолжаю.

Ставлю перед ним то, что приготовила. Обычно он голодный после ночного сна. Сразу переключается.

Но не в этот раз.

Сейчас он отворачивается. Опять на Таирова смотрит.

— Кирюша, давай кушать, — продолжаю звать его.

И подвигаю тарелочку ближе к нему.

Он головой мотает. Отталкивает.

И опять Таирова хватает.

Ну что с этим делать?

Ксюша смеется.

— Мам, смотри, — говорит дочка. — Он папу сразу признал. Обычно Кирюша совсем иначе себя ведет. Не любит незнакомцев.

Знаю.

Потому и тревожно.

Вроде как и неправильно ограничивать общение отца и сына. Однако после угроз Таирова отобрать ребенка мне тяжело спокойно на него реагировать. Особенно сейчас. Когда он так близко к сыну.

Дочка достает телефон.

— Пап, — зовет она. — Кирюш, посмотри на меня.

Оба поворачиваются.

Она делает несколько снимков. Потом поворачивается ко мне, начинает показывать. И… мое сердце еще сильнее сжимается.

— Ой, так классно вышло, — радостно замечает Ксюша.

Не поспорить. Фотографии хорошие.

Теперь еще сильнее под сердцем скребет.