Рина Каримова – После измены. Он тебя любит (страница 27)

— Нечего нам обсуждать.

— У нас общий ребенок, — чеканит Таиров жестко. — Или ты хочешь со мной в суде встретиться? Там, где мы обсудим, как лихо ты скрыла беременность, чтобы быстрее со мной развестись, как врачей подбила врать и скрывать доказательства.

— Ничего такого я не делала, — выпаливаю в сердцах.

— А это будем выяснять в суде, — обрывает бывший. — Лучше бы тебе сейчас присесть. В мою машину. Отвезу тебя домой. И заодно все обсудим.

Молча смотрю на него.

— Ну так что?

Не верю, что и правда делаю это.

Помедлив, все же присаживаюсь на переднее сиденье.

Просто знаю, что мне надо понимать планы Таирова. Для того, чтобы над собственными действиями поразмыслить. Тоже как-то проработать стратегию защиты.

По нескольким фразам уже понятно, что Эмир пойдет до конца. Представит все в суде так, будто я виновата, еще и скрывала ребенка. Это же очень по-разному можно представить.

И да, в определенной мере — я действительно виновата. Скрывала сына от отца.

Адвокаты Таирова выжмут из этого максимум. Можно не сомневаться.

Машина трогается с места. Некоторое время едем в тишине.

— Хорошо, — выдаю наконец, уже просто нервы сдают от гнетущего молчания, от судорожно стучащего по вискам пульса. — Что ты предлагаешь? Давай по существу.

— Самый идеальный вариант предлагаю, — говорит Таиров. — Ты возвращаешься ко мне.

Смотрю на него.

Нет, я просто не верю, что он может всерьез такое выдавать. С абсолютно невозмутимым видом. И так, будто еще и услугу мне делает.

В следующий момент Таиров продолжает, давая понять, что сомневаться в твердости его намерений не стоит ни секунды.

— Твой статус будет прежним, — говорит он. — Не переживай. Ты снова станешь моей женой.

Надо же какая щедрость.

Меня разбирает нервный смех.

— Что? — хмурится Таиров.

Переводит взгляд с дороги на меня.

— Поражаюсь твоей наглости, — отвечаю. — Поражаюсь тому, как ты прешь и прешь. Вообще без тормозов. Тебе же наплевать на всех.

— Когда у меня такой интерес, то да, — кивает. — Мне наплевать на всех. Кроме тебя.

— Интерес, значит.

— Ты моего сына скрыла, Вера. Моего наследника. Думаешь, я бы это простил? Любой другой женщине — нет. Никогда. И там совсем другой разговор бы шел. Но с тобой — вот так. Готов пойти на компромисс. Тебе нужно это понимать и ценить.

25

Молчу. Перевариваю слова Таирова. Точнее, пытаюсь переварить. Пока не получается. И вряд ли получится.

Нет, он, конечно, всегда таким был. Как танк. Видит цель — и все. Никаких препятствий не замечает. Но чтобы до такой степени нагло себя вести. После измены, после того, как цинично предал меня. И наверняка бы та его интрижка продолжилась. Если бы я его не застала на «горячем». Но вряд ли то был единственный случай. Практически уверена, что одной Снежаной Таиров не ограничился. И вот, теперь он спокойно предлагает мне выйти замуж снова. Еще и с таким невозмутимым видом, будто не то что проблемы не видит. Он еще и одолжение мне делает! Ну надо же…

Нет, кажется, никогда не устану поражаться его наглости.

Мое молчание Таиров трактует на свой лад. Дальше расписывает мне все выгоды моего нового замужества с ним. Будто я всерьез рассматриваю вариант выйти за него снова.

— Ты не переживай так, — говорит бывший муж. — Все твое останется тебе.

Ничего себе. Вот это щедрость.

— Да что там оставлять, — хмыкает. — Вера, я дам тебе гораздо больше, чем ты получала раньше. Ты даже не представляешь, как я поднялся и сколько заработал за эти два года.

А вот это меня тревожит. Такие перемены в делах Таирова мне совсем не нравятся. Больше денег значит больше власти. Больше ресурсов на то, чтобы справиться со мной.

Ничего хорошего такой поворот событий не обещает.

— Будешь жить и горя не знать, — добавляет Таиров.

Да я и так жила нормально. Горя не знала. Пока ты снова не появился.

Тянет выпалить это в сердцах. Но я держусь, пока молчу. Не хочу его провоцировать сильнее.

— Ну что? — бросает Таиров. — Теперь тебе спокойнее? Ну пусть будет так. Я тебе дам вообще все. Понимаешь? Предлагаю…

Нет. Я все же не выдерживаю уже.

— А если мне ничего от тебя не надо?

— В смысле? — хмыкает.

— Я не хочу твоей женой быть.

— Не дури, Вера, — чеканит. — И не выводи меня. Ясно?

Теперь Таиров уже иначе ко мне обращается. Другим тоном. Жестче, грубее.

— У нас двое детей, — мрачно заключает бывший. — Это даже не обсуждается.

— Что не обсуждается? — спрашиваю. — Ксюша взрослая. А Кирюша… я не против, чтобы ты с ним виделся. Можем договориться, найти компромисс, который всех устроит.

— Нет, — холодно заявляет Таиров. — Хочешь, чтобы я своего сына видел только по выходным? Так не пойдет.

— Найдем решение, — говорю. — Ты мне мою жизнь строить не мешай.

— Чего? — рыкает. — Какая у тебя жизнь?

— Моя, — отвечаю ровно. — Личная.

Челюсти сжимает, прямо заметно, как напрягается весь.

— Ладно, Вера, ты видимо, не поняла меня. Сейчас еще раз тебе все поясню.

— Нет, я очень даже поняла и…

— Послушай. Не хватает чего? Я тебе все дам. Как ты хочешь, так и будет у нас. Договоримся. Я согласен.

— Я никак не хочу, — отвечаю ему. — Я не согласна.

— Повторяю, Вера, отцом по выходным я не буду. Это мой сын. Мой наследник. И я буду его сам воспитывать. В остальном — решим с тобой все. Все, чего тебе не хватает, сделаем. Но ты должна главное усвоить. От сына я не откажусь. И лучше тебе принять мои условия. Сразу. Потому все хоть как по-моему будет. Не согласишься сегодня? Ну тогда завтра тебе точно согласиться придется. Не вынуждай меня использовать жесткие методы. Не доводи до греха.

Ну вот Таиров и показывает свое настоящее лицо. А то даже подозрительно было. Что это он такой непривычно мягкий.

26

Таиров притормаживает на светофоре и поворачивается ко мне. Его взгляд выразительно упирается в меня. Он пристально изучает мою реакцию на озвученное предложение.

— Ну что скажешь? — наконец, спрашивает бывший муж, нарушая повисшую в салоне авто тишину, потому как я продолжаю молчать.

Чувствую, надо аккуратно подбирать слова. Момент опасный. И я сейчас иду по очень тонкому льду.

— Я тебя поняла, — отвечаю ровно.