Рина Харос – Песнопение бога (страница 17)

Рвано выдохнула, увидев, как на поляну вышел гигантский дымчатый волк. Его массивные лапы проминали траву, пронзительный умный взгляд изучал местность. Нос чуть подрагивал, когда животное втягивало через него воздух, принюхиваясь. Правое ухо навострилось, когда я, наступив на сухую ветку, известила хищника о своем появлении. Он тихо зарычал, но сделал шаг навстречу. Затаила дыхание, позволяя животному изучить мой запах и мысли. Я открыла свой разум и душу, чтобы волк понял – не причиню вреда.

Протянув руку вперед, сделала робкий шаг навстречу. Облегчение прокатилось волной, когда животное не зарычало, а лишь село на задние лапы, наблюдая с чуть вздернутой вверх мордой.

– Ты не боишься меня? Я не обижу.

Волк замер, словно каменное изваяние, лишь зрачки бегали из стороны в сторону. Он будто пытался отыскать взглядом кого-то еще. Когда между нами осталось буквально несколько метров, я опустила руку и присела на колени, склонив голову перед волком в знак почитания. Чуть было не вскрикнула, когда волчья морда оказалась в паре сантиметров от моего лица. Жаркое дыхание опалило кожу. Я встретилась взглядом с животным, замерев.

«Я не боюсь тебя. В тебе нет зла».

И волк, сделав пару шагов назад, устроился на траве, вытянув передние лапы вперед и смиренно сложив на них голову. Почитание, уважение, услужение. Дрожащей рукой я коснулась морды животного и услышала довольное урчание. Не сдержав улыбки, потрепала по холке волка, чуть оскалившегося от удовольствия.

– Поможешь мне добраться до города?

«Да».

Сглотнув ком в горле, я поднялась с земли и, едва не упав, залезла волку на спину. Вцепившись пальцами в шерсть, взвизгнула, когда животное резко встало, чуть встрепенулось и рысью устремилось вглубь леса, унося прочь от хижины ведуньи. Волк мчался осторожно, но быстро – я не могла рассмотреть даже деревья, которые замельтешили перед взором, сливаясь в единую кляксу.

Я не удержалась и спросила, почему он откликнулся на мой зов. На что он ответил: «В твоей мольбе было отчаяние. Я не мог не прийти». Оставшуюся часть пути мы промчались молча.

Как только оказались на выходе из леса, волк остановился, опустился на передние лапы, позволяя слезть с себя. Я отчаянно цеплялась за шерсть животного, боясь упасть, молясь при этом, чтобы ему не было больно. Как только ноги коснулись земли, облегченно выдохнула и склонила голову перед волком в знак благодарности.

«Если понадобится помощь, ты знаешь, что нужно сделать. Призови, и я приду».

– Но ведь волки приходят в услужение не всем.

«Не всем. Но ты сможешь вырвать моих братьев и сестер из рабства, освободив их души».

Древние использовали волков на континенте в качестве рабов, которые прислуживали нимфам. Но только если это животное откликнулось на зов. Других же насильно привязывали к себе при помощи магии, затем перерезали им горло и испивали кровь животного. На третьи сутки после смерти Древние приходили к трупу и возрождали его. Волки, подобно живым мертвецам, восставали и следовали за нимфами, исполняя любой приказ. У них не было имен, не было цели, лишь пустая оболочка.

Я хотела было спросить, как зовут волка, что откликнулся на мой зов, но тот, казалось, прочел мои мысли.

«Вогнт».

– Вогнт… спасибо.

Волк склонил голову и в следующее мгновение скрылся среди деревьев. Одиночество вновь начинало вгрызаться своими острыми зубами в душу, но я заглушила это чувство, напоминая себе, для чего я здесь. Впереди виднелись крыши домов, но идти до них предстояло еще пару километров.

Добравшись до окраины города, окруженного массивным забором, я прижалась спиной к деревянной поверхности, схватившись за правый бок и судорожно втягивая воздух через рот, чтобы унять сердцебиение.

Взглянув на небосвод, увидела, что луна освещала поляну и остроконечные крыши домов, выглядывающие из-за ворот. Повернувшись к преграде лицом, постаралась рассмотреть хоть какие-то выемки и углубления в ограждении, но оно оказалось настолько гладким, что от злости я ударила по нему кулаком, ощутив боль в костяшках.

Стиснув зубы, сняла браслеты и спрятала их в карман платья. Убедившись, что никого рядом нет, почувствовала, как поток магии – огня и природы – заполнил тело. Я вскинула правую руку, и две деревянные доски медленно, тихо скрипя, расступились в стороны, образовав небольшой зазор. Юркнув внутрь, чуть повела ладонью в сторону и вернула все как и было. Убедившись, что следов моего вмешательства не осталось, выдохнула и медленно, едва слышно ступая, направилась в сторону дворца. Стражники храпели, и лишь запах табака и алкоголя из их распахнутых ртов говорил о том, что они изрядно повеселились перед тем, как заступить на пост.

Город изнутри напоминал раскинутый шатер посреди пустыни – небольшие, в два этажа, дома жались друг к другу. Между ними были небольшие зазоры, через которые мог пройти один человек. Каменная дорожка, ведущая ко дворцу, была выложена камнем, окрашенным в золотистый цвет. Растений было не так много – лишь десяток деревьев, напоминающих пальмы, низкорастущие кустарники и небольшие клумбы с цветами, разведенные горожанами около домов под окнами. Спустя сотню метров, в самом центре города, располагался фонтан. Дракон из серого с белыми вкраплениями мрамора изрыгал кристально чистую воду из пасти, которая с брызгами падала в глубокую чашу. Ночное небо, усеянное россыпью звезд, окутывало дома своей магией. Светлячки, хаотично летающие около немногочисленных растений, освещали дорожку, ведущую во дворец.

Небольшой, но уютный город сразу полюбился мне. В домах все спали: не горел свет и не раздавались тихие перешептывания. В это время суток у людей открывалась особая сторона души – та, что отвечала за честность, любовь и доверие. Зачастую можно было встретить двух собеседников, что, не утаивая, делились своими переживаниями и болями. Влюбленные, крепко обнявшись, признавались друг другу в чувствах, скрепляя союз поцелуем, в котором сквозили нежность и страх, желание и ласка.

Ночью люди раскрывались, словно лепестки на солнце.

Добравшись до дворца, я спряталась за растущие рядом кустарники, увидев, что в одном из окон горит свет. Чертыхнувшись, вскинула левую руку вверх – и небольшой сгусток огня устремился на шторы, колыхающиеся от легкого ветра. Мужской бас раздался из глубины комнаты. Присев на корточки, я всматривалась, как незнакомец лет сорока пяти яростно хлестал какой-то тканью по шторе, стараясь потушить огонь, тем самым только сильнее разжигая его. В сумраке я не смогла должным образом рассмотреть его лица, равно как и дворец, массивными колоннами выстроившийся полукругом.

Воспользовавшись моментом, обхватила ладонями небольшой куст. Стремительно вытянувшись, его тонкие, извилистые ветки создали подобие лестницы, которая вела к балкону с другой стороны здания. Хаотично хватаясь за выступы, я то и дело срывалась вниз, но продолжала упорно лезть все выше. Дрожащими от напряжения пальцами коснулась каменного выступа балкона, подтянулась и перекатилась через него, с гулом ударившись об пол. Зло шикнув, поднялась и погладила ветви, наблюдая, как лестница вновь принимает вид неказистого куста.

Пройдя в комнату, я увидела, что на широкой кровати лежит девушка, обхватив одну подушку руками, другую – ногами. Золотистого цвета волосы спутались, будто обладательница перед сном металась в агонии. Я бегло обвела взглядом помещение. Широкая кровать из белого дуба, изголовье, украшенное символом континента – фиолетового оттенка драконом. Прикроватная тумба мраморного цвета с выдвижным ящиком, туалетный столик в углу, уставленный множеством банок и склянок. Стены, выкрашенные в изумрудный цвет, пол устлан деревянными настилами, где лежал ворсовый ковер оттенка слоновой кости. Напротив кровати уместился камин, в котором тлели поленья, скудно освещая комнату. Рядом стояло глубокое кресло, обтянутое красной тканью, напоминающей хлопок.

Взглянув на девушку, я заметила, что ее рот приоткрыт. Недолго думая, достала заветный мешок, развязала узелки, большим и указательным пальцем ухватила немного порошка и всыпала в рот дочери архонта. Девушка всхрапнула, чуть причмокнула губами, проглатывая морок, и перевернулась на другой бок, свесив ногу с кровати.

Только когда в комнате воцарилась тишина, я позволила себе вдохнуть. Сердце глухо билось о ребра. Убрав мешочек в складки платья, я вытащила браслеты из кармана и надела на запястье, ощущая себя при этом диким зверем, наказанным и посаженным на цепь.

Рухнув в кресло, моментально уснула, прижав колени к груди и положив на них голову. Я была слишком взволнована, чтобы заметить, как чья-то фигура скрывается в зарослях леса, довольно потирая друг о друга ладони с кровоточащими язвами и сгнившей, местами отслоившейся кожей.

Глава 13

Страх напитывает душу, что так привлекает убийц.

Я бесшумно ступал по земле босыми ногами, преследуя жертву. Упивался страхом, что исходил от демоницы, – он, подобно морфию, растекался по телу в приятном блаженстве. Густые лилового оттенка волосы существа развевались на ветру, распространяя по воздуху запах лимона и граната – вкус магии. Девушка, чьи крылья безвольно повисли за спиной, с каждым вздохом бежала все медленнее, постоянно оглядываясь назад.