Рина Гиппиус – Чужая здесь, не своя там (страница 61)

— Зачем они вас ищут? — уже о другом спросил мальчик.

— Не знаю.

Для ответа мне надо было знать, кто именно меня ищет. А оставаться и ждать, пока найдут — такой риск допускать не хотелось. Страшно становилось все сильнее.

Мальчик уловил мое настроение и принялся рассказывать, как он представляет себе свою учебу. Я слушала его рассеянно, так как размышляла, где бы нам укрыться от ливня — ближе к вечеру погода испортилась. Подул ветер, срывались капли дождя. И стало ясно — не просто дождь, а именно ливень вот-вот начнется.

Данфер в который раз обратился ко мне на вы и я не выдержала, хотя наверно надо было и похвалить его хорошее воспитание.

— Прекращай. Давай уже на ты, а то я себя старой чувствовать начинаю. Ты же такого возраста как и мой брат.

— Ну я попробую, — смущенно улыбнулся мальчишка.

И явно собрался расспросить меня о моей брате, но я перебила его:

— Сейчас придется слезть с коня. Погода совсем разбушевалась.

Приемлемого места, где мы могли бы укрыться от дождя, найти так ни не удавалось. А ливень припускал все сильнее, пока вода не стала стекать практически сплошной стеной. Крона деревьев не спасала. Казалось, что я промокла чуть ли не до костей. Боюсь и с Данфером была та же ситуация, хотя я и прикрывала его полами своего плаща. Конь стоял позади нас привязанный к дереву и тоже недовольно фыркал.

— Мне кажется или там какие-то постройки? — совсем невоспитанно мальчик указал пальцем в край поляны.

Что он там разглядел? Темно, дождь — совсем же ничего не видно.

— Ты помимо людей еще и здания видишь?

Данфер насупился, но ответил:

— Нет. Но там что-то темнеет. На фоне неба видно.

В подтверждении его слов сверкнула молния и в указанном направлении и впрямь были видны очертания построек. Но краткого мгновения не хватило, чтобы распознать что же там.

— Попытаем счастья? — Повернулась я к мальчику.

Он пожал плечами, по-видимому ущемленный моим первоначальным недоверием.

Мы подобрались ближе. Постройки оказались небольшим домиком и примыкающими к нему навесами, под которыми, сбившись в кучу, прятались от дождя кони.

В окнах дома не было видно света. Может и нет никого?

Мы зашли на крыльцо, и я постучала в дверь — тихо. Дернула за ручку — заперто.

— Тут хотя бы не капает, — слишком оптимистично заметила я.

Данфер вновь вздохнул совсем не по-детски и залез на скамейку, стоявшую на открытой веранде.

— Двигайся ко мне, — обратилась я к мальчишке.

Он с грустью посмотрел в сторону коня, которого мы привязали под навесом по другую сторону от обитавших уже здесь скакунов.

Данфер всё же придвинулся ко мне — так же значительно теплее. В поисках тепла мальчик чуть сильнее прижался ко мне, а его руки я расположила у себя на талии. Так, полуобнимая меня, Данфер и задремал. Я рассеянно перебирала его смоляные прядки.

В какой-то может я и сама наверно задремала. Меня разбудил звук, который хоть и с трудом, но был различим в шуме стекающей с неба воды.

К дому подъехал всадник. Его конь шумно отфыркивал, а увидев, по-видимому, на своем законном месте чужака, еще и возмущенно заржал. Наш коняшка тоже не остался в долгу. Это меня и разбудило.

Незнакомец, спрыгнувший со своего скакуна, стремительно развернулся. Правда, его маневр чуть испортила грязь — он неловко поскользнулся. Я уловила раздавшееся ругательство.

Невольно прижала чуть сильнее к себе также проснувшегося Данфера. Мы ничего плохого не сделали, но я вдруг почувствовала себя так, как будто застали за чем-то неприглядным.

Огибая лужи, судя по всему хозяин здешних владений, приблизился к нам.

— Я не ждал гостей.

Произнес он на лаксавирском. Слова звучали глухо — шум непрекращающегося дождя отчасти перекрывал их.

Высокая фигура мужчины подавляла, а я так и не поднялась со скамейки, продолжая прижимать к себе замершего мальчика.

— Доброй ночи. — Я всё же решила побыть вежливой. — Надоедать вам не будем и, как только дождь закончится, тут же уедем.

Мужчина кивнул и развернулся обратно. Он привязал своего коня недалеко от нашего. Оба животных были явно недовольны таким соседством.

— Пройдете в дом? — спросил незнакомец, отперев дверь.

По его тону я так и не поняла, как он отнесся к незваным гостям.

Данфер потянул меня за руку и уже намеревался проследовать за хозяином. Я же и с места ни сдвинулась, и ничего не ответила. Попросту не знала, что делать. Соглашаться, нет? Мы же сами искали пристанище. Уместно ли? Безопасно?

Хозяин не стал дожидаться ответа, а просто зашел внутрь, закрыв за собой дверь.

Данфер зябко повел плечами, бросил на меня взгляд исподлобья и проворчал:

— Вы чего?

— Я же просила не выкать мне!

— Хорошо, — он вздохнул, как умудренный взрослый мужчина и неожиданно повысил на меня голос: — Ты! Пошли вовнутрь! Там же теплее. А ты промокла совсем.

Я ошарашенно на него уставилась. Вот те на! Указывать мне вздумал? Хотя, мальчик прав — мы оба уже изрядно продрогли, а в доме тепло и сухо.

— Слушай, — я даже чуть наклонилась к Данферу, — а этот мужчина, он какой? Холодный, теплый?

Мальчик хитро улыбнулся и также тихо ответил:

— Прохладный.

А потом увидел, что такой ответ меня не совсем устроил, добавил:

— Не думаю, что стоит его опасаться.

Вот только доверие порой стоит слишком дорого.

Мужчина вальяжно сидел на стуле, закинув ноги на невысокий стол. Он медленно потягивал какой-то напиток из фляжки.

Пока я колебалась стоит ли заходить и выслушивала Данфера, незнакомец успел развести огонь в камине. Огонек, словно нехотя, лениво прыгал по поленьям, как будто выбирая повкуснее.

Света от камина уже было достаточно, чтобы рассмотреть мужчину. В сидячем положении рост его определить было сложно, но судя по тому, что я успела увидеть ранее — он не низок. Возможно даже не ниже меня. Теперь, когда он уже снял плащ было видно, что он крепкий, вероятно стройный. А вот лицо… В голову пришло противное в своей банальности сравнение со скульптурой, чье лицо высекали острым резаком и точными движениями. Черты лица строгие, четкие. Прямой и высокий лоб, прямой и ровный нос, тонкие губы, квадратный подбородок, под выступающими скулами все те же четкие линии по щекам. Глаза же… О нет, Данфер был не прав. Не прохладный он. Взгляд льдисто-серых глаз замораживал. Я вновь ощутила, насколько же продрогла, как только встретилась с мужчиной глазами. Может, конечно, сказалось и то, что я наконец попала в тепло. Но именно взгляд этих холодных глаз вызвал озноб. Единственное, что выбивалось из общей картины суровости, так это волосы: светлые и вьющиеся.

Мужчина тоже нас разглядывал. Вот только интерес его был каким-то небрежным, ленивым.

— Надумали? — хмыкнул незнакомец. — Ладно. Здесь вы найдете все, что вам нужно. — Он махнул рукой в сторону шкафа. — А я, с вашего позволения, пойду спать.

Наше позволение ему было не нужно — ушел, тихо прикрыв за собой дверь в другую комнату.

Теперь я уже могла рассмотреть и жилище, а не только его хозяина. Небольшая комната с двумя окошками. Обстановка: низкий столик с двумя стульями, узкая кушетка, буфет, стеллажи, на полках которых лежал разный хлам. Хотя, не то, чтобы хлам. Уздечки, подпруги, даже седло нашлось.

И запах, характерный для тех мест, которые связаны с лошадьми. Для кого-то он неприятен, а для меня — родной, навивающий воспоминания о детстве. Вот в любых других таких местах, например, в помещениях у конюшни эдела Вистара — совсем не так. А может связано с тем, что тут природа ближе…

Я встряхнула головой. Ну что за мысли бредовые?

У запасливого Данфера, в отличие от меня, был еще один комплект одежды. В него-то он и переоделся, пока я его вещи развешивали на стул у камина.

Мне переодеться было не во что, а оказавшись в теплом помещении, намокшая одежда стала неприятно липнуть. А на мне она нескоро высохнет.

Хозяин сказал, что мы найдем тут все, что нужно…

Я принялась методично обследовать шкафчики и стеллажи. Вот только не в попону же мне заворачиваться?

Нашлась стопка старых, уже местами протертых простыней. Хотя бы это. И всё же раздеться пока не решилась.