Рина Гиппиус – Чужая здесь, не своя там (страница 45)

В ее взгляде откровенно читалось сомнение в моих умственных способностях.

Они же родные люди! Неужели не смогут найти общий язык, понять друг друга?!

Это не мое дело, не мои проблемы. Поэтому я решила их переложить на плечи того человека, которого они в большей степени касались.

Рунгвальд слушал меня внимательно, а его темные глаза, казалось, заволокло тьмой еле сдерживаемой ярости.

— Рун, она его действительно любит и, как видишь, готова на все, чтобы быть с ним. Поэтому не торопись с решениями, — я попыталась остановить его, прежде чем он совершит скоропалительные поступки, о которых, возможно, будет потом жалеть. Порушенные отношения с сестрой — уж точно не самый лучший вариант.

На пару секунд Рун прикрыл глаза и потер переносицу. Он сипло прошептал:

— Инеп — мерзавец. Кому, как не тебе, об этом знать. Я не могу отдать ему сестру, — он с силой сжал кулаки и уже более твердым голосом продолжил: — Это блажь, глупое желание, каприз! Моя сестра просто привыкла, что все, чего ей хочется, обязательно у нее оказывается.

Вот только я никогда не считала Инепа мерзавцем. Оступившимся когда-то человеком, который поддался чужому влиянию, но не мерзавцем. Я верила, что он и сам потом страдал не меньше.

— Разбирайтесь сами, — бросила я Руну и ушла.

Все, моя совесть чиста и меня это не касается. А в душе все равно тихонько скреблась жалость. После этого разговора я отчетливо поняла: Рун точно не отпустит сестру к Инепу. Что, если я и правда только что разрушила путь воссоединения двух любящих сердец?

— За что ты меня так ненавидишь?! — заплаканное лицо Исгельны исказила нескрываемая ярость, и она бросилась на меня.

От неожиданности я даже не успела увернуться. Теперь мое лицо украшали царапины, оставленные ногтями черноглазой красавицы.

Мне удалось ее перехватить так, чтобы вреда она мне больше причинить не могла. Иса вырывалась яростно и при этом кричала:

— Я к тебе с просьбой о помощи!

Ага, просьба, приказ уж скорее.

— А ты взяла ему и рассказала! Знаешь, что он сказал!? Что у жениха Диль есть еще и младший брат. И договориться о нашей с ним свадьбе вряд ли будет большой проблемой. Уж в порядочности семьи Фреванийских он уверен!

— Прости меня, — тихо прошептала я. Прокричавшись, Иса немного успокоилась, и я полуобняла девушку, продолжая фиксировать ее руки. — Я хотела как лучше. Он же твой брат и должен желать тебе только счастья. Вот только твое счастье вы видите по-разному.

— Ну что тебе стоило мне просто помочь? — безнадежно выдохнула Иса.

В открытую дверь мастерской заглянула Диль.

— Что, с мужчинами не везет, решили попробовать другое? — едко поинтересовалась она, оглядывая нас.

Пришлось отпустить Ису, тем более она больше не делала попыток покалечить меня.

Исгельна пробормотала:

— Я, пожалуй, пойду.

И спешно покинула комнату.

Диль приблизилась ко мне, подцепила пальцем мой подбородок и внимательно оглядела мое лицо.

Чуть прищурив глаза, она сказала:

— Занимательное зрелище. Страстная была встреча?

Я дернула подбородком, освобождаясь от хватки блондинки, достала платок и промокнула царапины. Кровили они не сильно.

Не стесняясь, Диль сдвинула со стола то, что там было разложено, и села на освободившееся место.

— Знаешь, я думала, ты сдашься. Проникнешься ситуацией, начнешь жалеть Ису и сделаешь все, как она просит. А ты сдала ее братцу. Честь и хвала тебе, — в шутливом поклоне блондинка склонила голову и даже сделала парочку хлопков ладонями.

Каков поступок, таковы и аплодисменты.

— Тебе-то что от меня нужно? — зло спросила я, наклонившись за сброшенными Диль вещами.

— Да так. Честно, я не ожидала от тебя такого. Удивила. Наша девочка прям на глазах растет и учится думать самостоятельно, не идя ни у кого на поводу? Я горжусь тобой! Так держать!

Я смолчала и продолжила наводить порядок.

— Надоело быть марионеткой в чужих руках? Надоело помогать другим, хотя это никто не ценит?

Вот что ей надо от меня? Прицепилась!

— И это говоришь мне ты?! — воскликнула я, не выдержав. — А ты знаешь, что твоя сестра уверена, будто ты так торопишься замуж, чтобы не задерживать ее свадьбу?

Диль с силой вцепилась в столешницу так, что костяшки на ее руках побелели.

— Она же уверена, что ты отчаялась найти свою любовь, поэтому и идешь замуж, чтобы во имя сестринской любви не мешать ей наслаждаться своей, — продолжила я и тут же пожалела.

Плечи Диль опустились, взгляд потух. Как кукла, которую забыли завести. И теперь она не сможет неуклюже ходить и, улыбаясь, говорить: «Здравствуйте! Я так рада вас видеть!». Такую куклу мне подарили на первый день рождения, который я встречала тут, а потом ее сломала Диль.

Диль спрыгнула со стола, подошла ко мне вплотную, улыбнулась печальной улыбкой и, больно толкнув меня плечом, ушла.

На кухне я нашла аптечку. Нахлынули воспоминания. Горечь никуда не ушла, но уже не накрывала с головой, не давая больше ни о чем другом мыслить.

Прихватив с собой стакан с водой, я пошла обратно в мастерскую.

Уж не знаю, где был Рун во время моей перепалки с его сестрой, но сейчас он сидел в мастерской. Он с удивлением разглядывал новый порядок на своем столе.

Один взмах моей руки, и мокрые пряди облепляют лицо Руна, а вода с его волос стекает ему за воротник.

— Ну и мерзавец же ты! Эгоист! — прошипела я, упираясь кулаками в стол.

Я смотрела на него сверху вниз. Рун мне и слова не сказал. Он с абсолютно спокойным выражением лица вытирал его платком.

Я продолжила:

— Когда там у вас с Рини свадьба? Через полгода? А ты и счастлив — свадьба-то с любимой! Чего ж ты тогда сестру за нелюбимого собрался замуж отдавать?! Думаешь, она от этого счастлива будет? После того, как ты лишишь ее возможности быть с Инепом? Решил за нее и доволен. Молодец! Только ты знаешь, как будет лучше. Или ты вдохновился примером Диль? Думаешь, она замуж от большой любви идет? — сказала я и осеклась. Не туда меня понесло.

— Все сказала? — с убийственным холодом в голосе поинтересовался Рун.

Я кивнула. Запал-то у меня пропал. Все, выдохлась. Устало опустилась на стул.

— Ты права, — я удивленно посмотрела на него. — Я и сам знаю, как лучше для моей сестры.

Чуть не запустила в него стаканом, который оказался под рукой. Заметив мое нервное движение, Рун усмехнулся и продолжил:

— Именно поэтому я сам сначала съезжу к Инепу.

Стакан выскользнул из руки. Не послышалось ли мне?

— Не послышалось, — хмыкнул Рун и уже суровым голосом продолжил: — Иди уже домой, а то у тебя непростой день выдался.

Когда я уже подошла к двери, Рун окликнул меня.

— Не забывай, пожалуйста, Астари: я терпеть не могу, когда в моей мастерской появляются посторонние.

Рун сдержал свое слово — поехал к Инепу. Чета Ровенийских была категорически против, но старший Натсен был тверд в своем решении.

В отсутствие любимого жениха Рини тоже не хотела оставаться дома. Вместе с Риком она решила поехать проведать старшего брата. При этом спросила у меня, не в обиде ли я буду. Чушь какая. Что, я уже не пойму, что ли?

Во всей этой истории с Исгельной Рини оставалась вроде как в стороне. Складывалось такое впечатление. Но что-то мне подсказывало, что без мягкого вмешательства милой Рини Рун еще бы долго сопротивлялся.

Диль вместе с родителями уехала в Пранреву. Предстояло знакомство с семьей жениха, и это был ответный визит.

Резиденция наместника была погружена в тишину. Уехали всего лишь несколько человек, а казалось, что покинули ее чуть ли не все.

Исгельна успокоилась, видимо, верила, что Инеп найдет, чем убедить брата. Она нечасто покидала свою комнату. Я же к ней не наведывалась. А Сивина и так не особо обременяла своим обществом кого бы то ни было.

Меня одолела лень. Ничегошеньки не хотелось делать: ни заниматься, ни читать, ни гулять, несмотря на то, что погода была отличная. И даже конная прогулка меня не привлекала.