Рина Эм – Великий вождь Арис (страница 6)

— Но ведь ваш царь… царь Лаодокий, — тут же поправился он, — убил жену вождя кочевников, Аулу. И чудом не убил его сына, этого самого Ариса. И теперь вождь Мауро не может ни спать, ни улыбаться, и его сын мстит, чтобы вернуть в его сердце покой. Это святое дело!

— Ох, ну и каша у вас в голове, молодой человек! — Воскликнул господин Костомарос. — Откуда вы только всё это взяли⁈ Отсутствие образования сыграло с вами плохую шутку — вы слышали обрывки разговоров, и все перепутали.

— Перепутал⁈ — воскликнул Арис. — Тогда какова правда?

— Вы же принесли мне в первый день книгу? Помните? Она называется «История государства». Вам нужно прочесть ее, в последних трех главах рассказано все о северных кочевниках и нашем царстве с момента, когда кочевники пришли сюда. Только сыну Мауро, зверю-Арису ещё не посвятили страниц, но если кто-то из нас выживет следующим летом, о нём напишут.

— Но я пока еще не могу читать!

— Так учитесь! Когда вы прочтете книгу сами, вы все поймете гораздо лучше, чем если я вам буду рассказывать и поймете, ложь это, или правда! Читайте каждый день! Учитесь и развивайте ваш разум! Это не менее важно, чем физическая сила, который вы наделены сверх меры!

— Но почему важно развивать разум?

— Почему? Ну как же! Если вы будете сильны, но не умны, вы будете слепым орудием в руках кого-то, кто умнее! Вам будут говорить куда идти и что делать, заставят верить в любую ложь. А человек с развитым разумом напротив — будет сам решать что ему делать потому, что отличит правду от лжи, раскроет обман и поведет других за собой.

И Арис, разгоряченный такими словами, читал каждую ночь.

Теперь буквы в книге больше не напоминали ему непонятных букашек, нет, оказалось, каждая имеет свой смысл. Буквы складывались в слоги, слоги — в слова. Каждое слово было знакомо. Книга постепенно открывалась ему и дарила свое знание.

В каждой строчке перед ним оживали люди, которые жили когда-то давно и умерли прежде, чем его дед появился на свете. Арис читал, как появлялись города в землях янгов, как их строили, возделывали поля и копали водохранилища, отводя воду из рек. Как росло царство, богатело, а жители становились богаче и умнее и странно, теперь, вспоминая, как пали стены Патрата он не чувствовал больше радости, а ощущал что-то похожее на стыд, будто было сделано что-то дурное. «В следующем году я запрещу своим людям жечь города», решил он. Нельзя рушить что-то столь ценное и древнее. Мы заберем их дома себе.

В середине зимы, когда ударили морозы, Лея принесла в дом вороненка. Птица была едва живой. Арис сказал, что вороненка нужно выкинуть в снег, пусть умрет своей смертью и в первый раз Лея посмотрела на него будто разозлилась. Арис удивился ее взгляду. Что на нее нашло?

Лея принесла клетку и поставила туда подушечку и крошечную поилку. Она тратила каждый день кучу времени на полудохлую птицу и Арис никак не мог понять для чего она это делает.

Однажды, за вечерней чашкой чая он спросил у господина Костомариса:

— Какой толк от ворона в доме? Мне никак не понять для чего Лея кормит его и поит, и разговаривает с ним, будто он ее родственник?

— Вороны могут носить письма, — сказал господин Костомарис и Арис наконец успокоился. Носить письма, в этом есть толк. Хорошо.

— Однако Лея принесла вороненка в дом по другой причине, — хитро улыбаясь, добавил учитель.

Арис едва не поперхнулся и отставил глиняную чашку в ожидании откровения о пользе воронов, но господин Костомарис сказал:

— Она принесла его из жалости. Ради любви. Других причин не требуется.

В тот вечер Арис вышел из дома учителя в растрепанных чувствах. Он понял его слова. Учитель хотел показать, что его дочь не разумна и станет плохой хозяйкой. Не сможет управлять домом потому, что слушает веления сердца. Такая женщина может довести семью до разорения. Это плохая черта для женщины, в стойбище такое скрывали бы.

Однако господин Костомарис будто гордился ее поступком и восхвалял его. Арис не мог понять этого, будто они с господином Костомарисом смотрели друг на друга с разных берегов реки.

Снег повалил вдруг с неба густой стеной и отделил от него начало и конец улицы. Крупные снежинки кружили в тусклом свете звезд и редких фонарей, еще одной расточительной черты янгов — жечь свет на улицах, будто бы каждый не может зажечь себе факел, если ему придет охота куда-то пойти. Снег хрустел под ногами. Арис пытался понять, это глупость янгов так велика, что они гордятся дочерьми, которые живут велениями слабого сердца, или они, кочевники так бедны, что не могут быть жалостливы к несчастным?

Он так много думал об этом, что затрещало в голове и в ушах заскрипело. Он остановился, потряс головой от напряжения и вдруг понял — это скрипит не в ушах. Кто-то крадется и сейчас стоит за углом и ждет. А он, Арис, сын вождя северных кочевников, прославленный охотник и следопыт, стоит посреди чужого города, ночью, один, и тратит время на глупые размышления.

— Я и сам не лучше янга, — пробормотал он и снова двинулся вдоль улицы, будто ничего не заметил. Мелькнула мысль проверить кто преследует его, грабители, или стража что-то заподозрила? Но подумав, что уже и так сделал много глупостей, Арис чуть прибавил шаг, свернул за поворот, подтянулся на руках и взлетев на забор, перескочил на крышу дома, потом на соседнюю и затаился, слившись с ее коньком.

Сначала было тихо, а потом раздался шум — несколько человек метались по улице, пытаясь понять, куда он делся. Арис следил за ними, чуть приподняв голову: преследователей было трое и хоть одеты они были в обычную одежду, но слаженные их действия и деловитая суета выдавала воинов. Вскоре из-за угла на подмогу прибежали еще двое.

Некоторое время у них уйдет на то, чтоб понять куда он делся, а он уже будет далеко.

Усмехнувшись над их метаниями, Арис бесшумно спрыгнул во двор, перебрался на соседнюю улицу, и пригибаясь в тени заборов, поспешил к городской стене. Спустя пол часа он уже выбрался за ворота и пригибаясь направился к лесу.

Отныне путь в Дарин для него закрыт. Он, конечно, ничего не теряет — ездить в Дарин больше нет нужды, буквы он уже изучил. А Лея… Лея пусть выхаживает воронят и живет своей непонятной жизнью.

Он больше не ездил в город в ту зиму. И даже стойбища не покинул ни разу. Не упражнялся с мечами, не пил вино. В последние дни той зимы Арис не выходя из шатра читал книгу. Он никого не принимал и злился, если к нему заходили даже Бако и Антор. Он не слушал шепотков, которые раздавались все громче — люди удивлялись тому, что происходит с сыном Мауро, их будущим вождем. И даже если б знал об этих слухах, это мало что изменило бы. Загар, который не покидал его лицо ни зимой, ни летом, весь сошел, и он побледнел и даже похудел. И чем меньше листов оставалось в книге, тем больше он хмурился.

11

Арис сидел в своем шатре, переворачивая последние страницы книги и щурился от весеннего солнца, которое лезло внутрь сквозь щели, когда полог взлетел вверх и в шатер стремительно вошел Мауро. Осмотревшись, он сказал:

— Я думал, люди болтают зря. Но мне говорили правду. Ты стал бледным и худым, как женщина, оттого что все время сидишь в шатре. Ты не скачешь верхом, не тренируешься с мечами. Ты болен?

Арис не ответил.

— Что ты молчишь?

Арис захлопнул книгу. Поднял голову и медленно спросил:

— Скажи мне, отец, почему ты не играл со мной, когда я был ребенком? Почему ты не сделал мне игрушечного меча и не учил драться?

— Я — вождь, а ты сын вождя! — ответил Мауро. — Не пристало нам играть, как простые люди.

— Но с Наро ты играл, — возразил Арис. — Для Наро ты сделал меч и лук. Наро ты брал в лес. Наро катался у тебя на плечах, а он ведь тоже сын вождя!

— Что ты хочешь от меня⁈ Снова упреки, будто ты не мой наследник, а сварливая жена!

Встав на ноги, Арес сделал шаг к отцу:

— Наро ты хвалил, а меня никогда, хоть я был ловче и сильнее! Наро ты берег от невзгод, а мне ты дал короткий нож и натравил на меня пса, когда мне было пять лет!

— Я хотел, чтоб ты вырос сильным!

— А Наро ты хотел видеть слабым⁈

— Чего ты хочешь от меня? — снова закричал отец. — Все время какие-то жалобы! Ты должен…

— Я хочу знать правду! — впервые в жизни перебил отца Арис. — Я всегда был почтительным сыном, выполнял все твои приказы и делал то, что ты хотел. Так ответь же на мои вопросы! Почему ты всегда был мной недоволен⁈

— Наступила весна и дорога вот-вот высохнет, — сказал Мауро. — Город Дарин до сих пор цел. Тебе нужно собрать воинов и разрушить его. Тогда дурные мысли покинут твою голову.

— Не покинут. Они теперь прочно сидят там и ждут ответов. Но кажется я их уже знаю, вождь!

— Что ты несешь⁈

— Я прочел вот это! — Арис потряс книгой перед ним и спросил:

— Скажи мне еще раз, отец, почему мы ненавидим янгов и почему мы решили разрушить их города и убить всех мужчин⁈

— Я не понимаю, зачем ты трясешь передо мной этой грязной вещью, но я скажу тебе почему, раз уж ты забыл из-за своей глупости, что проклятые янги, ночью прокрались в наш стан, убили твою мать и едва не убили тебя!!

Арис рассмеялся в лицо отцу:

— Ты лжец!

Минуту Мауро смотрел на него, а потом повернулся и вышел из шатра. Арис последовал за ним:

— Ты лжец, о отец мой, вождь северных кочевников, Мауро Смелый! Ты бесчестный лжец и я обвиняю тебя в подлости и предательстве перед всеми воинами!