Рина Эм – Великий вождь Арис (страница 55)
— Не волнуйтесь, — сказал шаман обращаясь к старикам, — не волнуйтесь! У нас много горючего камня! Завтра люди пойдут к Ледяной горе и привезут еще горючие камни, их хватит на всю зиму. Мы будем кипятить воду и размачивать в ней рыбий клей. А потом придет весна.
С этими словами шаман скрылся на своей половине, а старики, склонившись друг к другу, принялись обсуждать произошедшее.
Арис же лег на подстилку и попытался расслабить сжатые губы. Нет, не упреки вождя заставили его тревожится, а слова шамана. Шаман сказал — три дня назад сюда пришла снежная буря. Три дня назад была битва у Туганны. Неужели отголоски сражения докатились до края мира⁈ Но что толку размышлять, если ответов все равно не получить⁈ Все бесполезно. Что он может? Только лежать на вонючей подстилке и есть похлебку из рыбьей муки.
Странное отупение навалилось на него. Осталось только ждать когда Лара очнется. А пока можно смотреть на разводы соли на натянутой шкуре над головой. Даже запах рыбы будто исчез.
Он закрыл глаза, чувствуя, как теряется ощущение реальности. Он будто уплывал на мягких волнах. В голове возникали неясные картины: серый снег, тающий под весенним дождем, новая трава, пробивающуюся на прогалинах под высоким небом. Топот сотен и сотен коней, когда племя после долгой зимы перебирается на летнее пастбище. Он скрипнул зубами и сжал веки сильнее, будто хотел выдавить из глаз возникшие картины. Через некоторое время он соскользнул еще глубже в мутное забытье. Стало легче. Боль ушла глубоко, спряталась внутри и уснула.
А потом пришла Унау, сунула ему под нос чашку и потрясла за плечо:
— Поешь, огу!
И он захотел задушить ее.
— Поешь, огу! — попросила она еще раз и добавила чуть тише:
— Твои глаза пустые и страшные… но все измениться, верь! Мой дед вернет твою женщину, а потом придет весна и все наладиться.
Арис вдруг понял, она убеждает не столько его, сколько себя.
— Ты уже виделась со своим женихом? — вдруг зачем-то спросил он. — Это он рассказал тебе, как ловко поставил на место чужака?
Она вздрогнула и испуганно на него посмотрела.
— Нет, нет, он не причинит тебе вреда. Вождь Паопону злой, но он не пойдет против деда. Дед слышит голоса духов…
— Почему ты стала его невестой, раз боишься его? — спросил Арис сварливым тоном, сам себя за это ненавидя. Будто злобная старуха!
Но Унау не разозлилась. У нее вдруг вытянулось лицо, будто она хотела заплакать. Унау встала и ушла. Арис проводил ее взглядом, сел, потер лицо, подтянул чашку и выпил до дна вязкую, горячую массу. Один из стариков, что сидел рядом, сказал:
— Так всегда было. Дети шамана должны породниться с детьми вождя. Её мать ослушалась этого закона и не стала женой старого вождя. За это её очень жестоко покарали духи.
5
Прошло немного времени и с половины шамана выбрался к гостям Онек, мальчик лет десяти, внук шамана, с таким же овалом лица, как у Унау, и с тем же разрезом глаз.
Он важно поздоровался со всеми и старики ответили:
— Привет Онек! Привет, привет! Поиграешь нам?
Унау собрала у всех чашки и села на свернутые шкуры сложив ноги с боку. Гости шамана собрались в кружок.
Мальчик важно кивнул и сел на корточки. Вытащил из кармана тоненькую пластину и закрыл глаза. Рваный, тревожный ритм наполнил шатер. Он напоминал шум ветра в сухой траве и звон оружия в битве одновременно. И шорох птичьих крыльев в небе, и конский топот в траве.
Вышел шаман и сел рядом с внуком. Разжег длинную трубку.
— Вы сыты, гости мои?
— Да, да, мы сыты!
— Вы довольны?
— Да, да, нам хорошо!
— Вознесли ли вы благодарность Луне, что освещает наш путь долгой зимой?
— Да, да!
— А Океан? Океан вы благодарили?
— Да, да!
— Ну, — шаман лукаво улыбнулся, — тогда ложитесь спать, мои гости!
Теперь старики дружно застучали тонкими старческими руками:
— Нет, нет! Мы не хотим спать! Расскажи сказку!
Шаман помолчал немного:
— Я рассажу вам историю. Но вот какую?
Как только запел варган Онека, полог шатра поднимался, чтобы впустить еще людей. Молодых парней и девушек, мужчин, детей. Они принялись рассаживаться на свернутые шкуры вокруг шамана. Кукуранау курил свою трубку и наблюдал сквозь прикрытые ресницы, а Онек продолжал играть.
Новые гости потеснили стариков и Унау пришлось пересесть так, что она оказалась неподалеку от Ариса.
Вот в шатер зашли еще люди и Унау, вздохнув, поднялась легко, будто птица взлетела, и переместилась снова. Теперь она оказалась совсем близко, чуть впереди Ариса, так, что он видел ее спину и две черные косы, что спускались до самого пола. Арис засмотрелся на них и не расслышал что спросил шаман. Впрочем, все люди в шатре ответили хором, громкими голосами:
— Про отважного охотника Каену и Алитэ!
— Про то, как Ворон спас наше племя!
— Про ленивого Тюленя!
— Про отважного Онека! — крикнул кто-то рядом с Арисом и следом еще несколько человек повторили:
— Про Онека!
— Про отважного охотника Онека хотим слышать!
— Ну хорошо, — шаман вздохнул и под трепещущий звуки варгана, завел: