Рина Эм – Украденный. Книга вторая (страница 50)

— Тогда великий вождь знает, что не может просить меня открыть лицо, — пробормотала она, — рассвет еще не наступил.

— Великий вождь может делать все, что хочет, — вдруг разозлился он и выпустив ее покрывало залпом осушил кружку, протянул ей и сказал:

— Налей еще! Из какого ты племени? Ты из хорошей семьи? Кто выбрал тебя посаженой невестой?

Она быстро налила еще медового пива потому, что в кувшине было именно оно. Ее голос, как и рука дрожал, когда она ответила ему, протягивая кружку обратно:

— Мой вождь, я не смею отказать вам ни в чем… но вы не должны спрашивать… шаман запретил мне говорить кому-то, кто я такая. Я должна носить покрывало до рассвета, а потом снять его и забыть, что была невестой великого вождя целую ночь.

Пиво вдруг ударило в голову. Арис отставил недопитую кружку и поднялся на ноги. Во дворе закончили уборку; костры погасли. Белесый туман укрыл даже верхушки рощ с другой стороны, в долине и клубился внизу, у самых стен.

— Сними покрывало.

Он видел, как она дрожит, разматывая покровы. Наконец, блеснув серебряным краем, покрывало упало к ее ногам. Перед Арисом стояла юная девушка, едва вошедшая в возраст. Ее волосы были черны, как ночь и волнами падали ей на белое платье. Сквозь глубокий вырез было видно ложбинку, часто-часто поднимаясь грудь натягивала тонкую ткань, обрисовывая все, что было под ней.

Огромные глаза смотрели на него, сияя, как звезды.

Он поднял отставленную кружку и осушил ее.

— Кто ты?

Сглотнув она ответила:

— Я — Лаура Венанди. Мой брат, Акуила, вчера заступил тебе дорогу.

— Вот как? Я думал, ты станешь одной из моих жен, — сказал Арис и наполнив кружку сам, протянул ей.

Она вздохнула, зажмурилась и сделав большой глоток, потрясла головой.

— Да, брат хотел этого, больше всего на свете но Бакриярд Янаан запретил ему. Он сказал, мой брат не вождь и не король. И он был слишком дерзким, поэтому я не стану вашей женой, но потом брат подсунул меня шаманам, когда они искали посаженую невесту…

Девушка запнулась, шагнула вперед, обхватила кружку поверх его руки обеими ручками и сделала глоток.

— Когда праздник кончился, брат сказал, чтобы я пошла сюда и принесла вам пива… он сказал… сказал, что нужно сделать так, чтобы вы сняли мое покрывало и легли со мной…

— А ты? Почему пошла? Боишься брата?

Она опустила голову и помотала головой:

— Нет, не боюсь… боюсь, иногда… но пошла не из страха…

— Тогда зачем ты пошла? — он опустил кружку и взяв ее за подбородок, поднял голову так, чтоб видеть ее лицо. Даже в темной комнате он видел румянец, который залил ее щеки.

— Я пошла… потому… что больше всего хотела пойти! — она закрыла глаза и длинная тень от ресниц легла ей на щеки.

Арис вздохнул и наклонившись прикоснулся губами к закрытым глазам. Она упала, ему на грудь, будто ноги не держали ее больше. Аромат цветов и трав усилился, проникая прямо в сердце.

Он пробормотал, покрывая ее лицо поцелуями:

— Ты говоришь, что твое им Лаура? Я буду звать тебя Ларой…

Часть 3

Линферон. Глава 14

Утром Арис проснулся один и подумал, что девушка тоже приснилась. Но на полу стоял пустой кувшин, а постель сохранила ее запах. Арис сел и схватился за лоб — голова раскалывалась на части. Он встал, опрокинул остатки медового пива и спустился во двор.

У самого входа в башню слонялся Акуила, едва завидев Ариса, он бросился к нему:

— Великий вождь! Моя сестра…

— Ты не смеешь тревожить вождя! — рявкнул неизвестно откуда взявшийся Бако и Арис поморщился, крик эхом отдавался в его голове.

— Ты совсем потерял стыд, Акуила! Уходи! — грохот шагов Бако оглушал и Арис махнул рукой, мол замолчи. Потом попытался сглотнуть, но во рту было сухо, как в русле высохшей реки. Он все же выдавил:

— Я взял ее в свой шатер, не волнуйся. Теперь иди.

Бако проводил Акуилу злым взглядом.

— О чем это ты, вождь? Что ты ему пообещал?

— Вчера ночью я взял его сестру. Ту девушку, которую ты сделал посаженой невестой.

Бако раздул щеки, но Арис сказал:

— Не кричи так, будто это важно! Все это не имеет никакого значения! Что будет после Октафора? Может быть ничего.

— А если будет⁈ Томоз разбит и их король умер, — сухо сказал Бако. — Это слабый народ, его рыцарей слишком мало, чтобы ты так переживал о них.

— Я не переживал о них. Мне захотелось и я сделал, — отрезал Арис.

— Вот как? Ты же сам хотел взять старшей женой небесную деву. И что теперь?

— Никакой небесной девы не было, ты знаешь. Я не хотел жениться, потому и сказал так, — поморщился Арис.

— Я знаю! Но почему ты сделал эту девку из Томоза первой женой⁈ Разве другие хуже? У этого Венанди язык во рту не держится, к вечеру все будут знать, что его безродная сестра стала старшей женой вождя! Это оскорбление для всех!

Бако выдохнул:

— Ты мог дождаться утра и жениться на ней сегодня, раз тебе так хотелось снять с нее платье! Но ты ночью снял с нее покрывало и подтвердил ее право старшинства!

— Оставим это. Что сделано, то сделано, — сказал Арис.

— И это верно, — тяжело согласился Бако. — Оставим это. Мы долго говорили с вождями и шаманами. По обычаям племени мы праздновали бы твою свадьбу не меньше недели. Но сейчас не время для долгих праздников. Только один — сегодняшний день мы посвятим поединкам. Идем. Люди уже ждут, еда и пиво готовы.

— Ну что ж, — пересохшими губами сказал Арис. — Идем, что поделать.

К обеду ему стало лучше и он пожалел, что не участвует в поединках — ничто так не горячит кровь, как хорошая драка.

Он следил за поединками с помоста пока солнце не переместилось так, что стало светить ему в глаза. Бако в этот день сидел на помосте с ним рядом и увлеченно следил за схватками, которые разворачивались прямо у них на глазах. В какой-то момент Арис с горечью сказал:

— Я тут будто в гостях. От меня мало толку, Бако. Я не вникаю в дела потому, что скоро уйду и люди замечают это. И удивляются.

— Да, они всё видят, — так же тихо ответил ему Бако, не отрывая взгляда от дерущихся.

— Ты давал мне хорошие советы в эти дни. Люди увидели меня, это правильно, — сказал Арис.

— Они увидели и от всего сердца признали, — кивнул Бако, — А теперь они захотят чтобы ты решил их дела.

— Разрешил их споры…

— Указал им место и нашел хорошие участки и здоровых жен.

— Лишь бы не идти в Октафор.

— Не волнуйся, вождь. Я приведу их туда. У нас нет иного выхода.

— И я не нужен тебе в этом.

— Нет, ты нужен! Но я должен решить эти дела сам потому, что не могу решить другие.

— Которые нужно решить мне. И мне пора в путь, — подвел черту Арис. — Береги моих людей. И моих жен.

— Да, — сказал Бако, — я буду беречь всех твоих людей как смогу. Мы встретимся в Октафоре.

— Я приду туда, как только сделаю дело, — сказал Арис.

— Обещаешь? — вдруг спросил Бако и Арис кивнул, посмотрев ему в глаза.

— Хорошо. Мы будем тебя ждать. Когда ты отправишься в путь?