Рина Эм – Чистые души. Книга 1 (страница 17)

— Ничего. Теперь ты все исправишь. Снимешь проклятье. Если не сможешь сама, отвезу тебя к Елене.

— Синициной? — слабо шипит она. — К этой Ефросиньюшке поддельной? Нет уж!

— Ладно. Тогда Инфарит. Помочь тебе одеться?

Она смотрит на него:

— Обними меня, Семен. Обними как бывало, обнимал прежде! Мне так холодно сейчас…

— Ты же знаешь, Марфуша, я не смогу отдать тебе ничего, кроме того, что возьму! Со мной тебе станет еще холоднее!

— Ладно.

Она резко садится, стаскивает корсет через ноги, натягивает рубашки назад:

— Застегнешь?

— Да. Теперь заключим контракт. Не сегодня, потом. Когда ты придёшь в себя.

— Да, Семен. Это мне необходимо. Только включи пункт о поимке колдуна, который проклял меня, ладно? О поимке и наказании. Скажи Ра, чтоб добавила его. Не забудь!

— Честно сказать, я поблагодарю тебя за это. И плату я возьму символическую — другой услугой. Когда-нибудь позже.

— Значит это и для тебя важно? Спасибо, Семен! — она прижимает к груди руки и из глаз снова льются слезы.

Марфа всё не так поняла… снова.

Прохору он назначил встречу в центре, возле набережной.

— Спасибо, что приехал! — Семен уже ждет его на улице.

— Да брось! Что случилось?

— Мне нужен совет.

— Ладно.

Семен поворачивает и идет во двор ближайшего дома, через двор и дальше. Им открывается вид на замерзшую реку. На берегу, с их стороны, стоит водонапорная башня, стилизованная под мельницу. Семен достает ключ и открывает дверь.

— Что тут? — Прохор оглядывается с любопытством.

— Когда-то тут было кафе. Я забрал его в оплату за одну услугу и теперь это только моё.

Наверху, под крышей, круглая площадка, бар. Столики, кресла. Но самое ценное тут не обстановка, а вид, который открывается из широкого окна на реку, город за рекой и рощу, засыпанную снегом.

Семен внимательно следит за реакцией Прохора. Ее нет. Глянув мельком, тот садится лицом к Семену, спиной к окну и складывает руки на коленях.

— Тебя это не волнует, да? — Семен кивает за окно.

— Не понимаю. Что там должно вызвать реакцию?

— Но ведь это красиво?

— Красота природы не функциональна.

Семен вздыхает и достает из бара бутылку спирта. Ставит на стол два бокала.

— Выпьем! Будто мы друзья! — Прохор растягивает в улыбке губы, а глаза остаются прежними — две стеклянных пуговицы.

— Ты знаешь, кто я? — спрашивает Семен угрюмо.

— Ты — Семен.

— А до того? Вот кем был ты пока не стал Прохором?

— Я всегда был Прохором, но я понял, о чем ты говоришь. Ты не всегда был Семеном, ты — выхолощенная душа, как и я. Тебя перелили в сущность из живого света.

— Верно. Иногда я думаю, что у меня могли остаться чувства.

— Нет. Тебя очистили от этого.

— Но мне нравится спирт!

— Он согревает лучше всего. Все его любят у нас.

— И девушки.

— И они согревают тоже.

Семен поднимает бокал и пьет. Прохор следует его примеру.

— В прошлую встречу ты предостерег меня от увлечений людьми. Почему? Из-за старого Прохора, или из-за меня самого? Ты нашел во мне опасные признаки?

— Ты сам ничем не заслужил порицаний. А на старом Прохоре пятно и оно будет с ним вечно. Я говорил из-за него. «Ибо слабые увлекают в бездну легкостью пути».

— Но что заставило тебя думать об этом? — спрашивает Прохор и наливает еще по бокалу.

— Я говорил тебе о колдуне и о заказчике, который умер от проклятья. И то дело о нарушении границы, помнишь, мы вернули подменыша? Там был тот же колдун. Сильный и умный, если догадался вплести след перехода в след пожара. А теперь у меня новый заказчик. Дело снова об идеальном проклятье. Проклятье наложено на старую, опытную ведьму. И наложено так, что она даже не поняла этого.

— Подозреваешь того же колдуна?

— Думаю, это он. И я не знаю кто его куратор.

— Это неважно для нас.

— Но колдун творит тут свои дела.

— Да, этот колдун — мастер своего дела. И все равно не понимаю, почему тебя это волнует?

— Он творит тут много зла и нарушает устав. А его куратор не вмешивается. Это не нормально. Как ты считаешь?

Прохор барабанит по столу пальцем:

— Проклятая ведьма даст тебе заказ? Тогда это станет твоим делом. Найдешь куратора и спросишь почему он не пресек.

— Ведьма уже дала мне заказ. Я буду искать, но ситуация не правильная. Я встревожен.

— Не понимаю, чем. Все как обычно на мой взгляд.

— Разве обычно, когда куратор не останавливает зарвавшегося колдуна?

— Нет, конечно. Но мы не знаем причин этого.

— Что, если куратора нет?

— Невозможно, у каждого колдуна есть куратор. Таковы настройки самой жизни, если можно так выразиться.

— А если это настройки вдруг сбились?

— На это есть хранители. Они увидят, придут и восстановят баланс когда нужно.

— А если всё проще? Ты не заметил перехода через границу, не увидел переноса тел туда и сюда? Что, если колдун может провести и своего куратора?

— Тогда это заметит жнец. Наша система отлажена тысячелетиями. Если на одном уровне еще может быть сбой, всегда есть те, кто увидит его.

Прохор делает несколько долгих глотков, глядя на Семена поверх бокала, затем качает головой, медленно глотая жидкость и говорит:

— Делай свое дело, а другие пусть делают свое.