Рина Беж – Сделка. Я тебе верю (страница 3)
Как мне всё осточертело, боже. Послать бы их дружной гурьбой в бездну, бросить здесь всё без сожалений, сбежать на край света… и вдохнуть, наконец, свежего воздуха, не испоганенного шантажом и ложью.
Нельзя.
Мне ничего нельзя.
Чувствую себя бабочкой, надежно пришпиленной иглой. Понимаю, что всё, свободы уже никогда не будет, скоро совсем засохну и сдамся, но в душе бьюсь, бьюсь и наивно мечтаю вырваться из ловушки на волю.
– Глупости всё. Мне с ними не совладать, – приземляю себя резко и поспешно выбираюсь из кровати.
Какой смысл сидеть и себя жалеть? Лучше кофе сварю. Вот уж что-что, он точно отлично умеет поднимать настроение. А приём по случаю юбилея Льва Семеновича – ничего, переживу.
Только ненавистному свекру долгих лет жизни желать не буду. Не умею настолько лицемерить. Пусть словесными кружевами на радость папаше и публике муженек занимается. Он это любит. Пиз…бол из него вообще великолепный.
С меня же будет достаточно подобрать себе соответствующую статусу дорогую упаковку, а дальше весь вечер помалкивать и улыбаться. В общем, играть хорошо заученную роль той самой бабочки, призванной украшать коллекцию.
***
– Даша, я во дворе. Сейчас поднимусь, – произносит Ярослав без четверти семь, как только я принимаю вызов.
Ни «здрасти», ни «привет», сразу к делу.
Ну да, зачем впустую тратить время на ту, которую уже получил? То ли дело свежая кровь… вот там, наверное, изгаляется.
Нет, я не ревную и не злюсь. Давно ровно. Да и лень тратить на Ярика эмоции, пусть даже отрицательные. Хотя, если бы он, как нормальный мужик, подписал бумаги на развод и насовсем ушел к своей небракованной, расщедрилась бы и на искреннюю улыбку, и на «большое спасибо», высказанное от души.
Но нет, не всю кровь из меня высосали, раз не отпускают.
– Нет. Не надо ко мне подниматься, – отказываюсь, как и он, отметая нормы приличия. – Сама спущусь через три минуты, – ставлю в известность и сбрасываю вызов.
Но вместо того чтобы сразу подскакивать на ноги и спешить, не двигаюсь. Еще некоторое время сижу за столом и невидящим взглядом смотрю в окно, настраиваюсь на встречу с не самыми приятными людьми.
Пальцы по привычке вертят по часовой стрелке прохладный корпус телефона и время от времени опускают его на белоснежную поверхность столешницы, создавая негромкий стук.
Тук… тук… тук…
Как ни странно, он успокаивает. Сердце бьется ровно. В голове штиль.
«Вот и замечательно. Два часа «представления», и буду свободна», – даю себе мысленную установку, после чего поднимаюсь с места и иду к выходу.
Нет смысла оттягивать неизбежное, надо собираться и ехать на прием.
В прихожей останавливаюсь перед ростовым зеркалом. Осматриваю себя беспристрастным взглядом и остаюсь довольна.
Выгляжу достойно.
На мне алое платье с кружевным верхом и длинной юбкой в пол. Прическу и макияж я сделала сама. Все идеально, за исключением того, что мне немного жмут новые туфли. Но, зная, сколько они стоят, я готова терпеть дискомфорт.
В мыслях мелькает образ мужа. Усмехаюсь, он мне тоже «жмет» и доставляет дискомфорт. И пусть Шаталов очень богат, в отличие от туфель терпеть мне его не хочется. С удовольствием бы приплатила сама, лишь бы кто избавил. Впрочем, раскидываться деньгами мне особо неоткуда, собственные капиталы принадлежат мне лишь номинально.
Наношу капельку духов на шею и запястья, как последний штрих, и бросаю в зеркало короткий взгляд. Готова. Вдыхаю, беру сумочку и спускаюсь вниз.
Шаталов ждёт возле машины и выглядит, как всегда, на все сто. На нем черный костюм, темно-синяя рубашка с золотыми запонками и часы на кожаном ремешке. Он разговаривает по телефону, отвернувшись в сторону.
Но, будто чувствуя мой взгляд, а скорее, просто услышав звуковой сигнал открытия подъездной двери, медленно оборачивается. Продолжая говорить, осматривает меня с ног до головы, приподнимает брови. После чего, не прощаясь, сбрасывает звонок и прячет телефон в карман. Молча идёт на меня и встаёт в полушаге.
– Привет, Даша. Прекрасно выглядишь.
Серый взгляд упирается в мой, прожигает, словно пытается проникнуть в голову и понять, что в ней в данную минуту творится… но натыкается на полный штиль.
– Здравствуй, Ярослав. Благодарю.
Едва заметно киваю.
Внутри ничего не замирает, кровь не кипит, и сердце не сбивается с ритма. Даже когда Шаталов окончательно сокращает расстояние, подается вперед и целует меня в щеку, стою ровно и не задерживаю дыхание.
Порой думаю, что пять лет брака совершенно меня заморозили, превратив в Снегурочку.
До Снежной Королевы, к сожалению, я так и не доросла. Покладистый характер и отсутствие амбиций сыграли в этом не последнюю роль. Но то, что изнутри заледенела, факт.
– М-м-м… новая туалетная вода? – мужчина, словно задавшись целью меня расшевелить, не отступает, а наклоняется еще ниже, носом касается моей шеи и шумно втягивает запах кожи. – Цитрус? Тебе идет.
Вообще-то, фрезия, личи и розовый перец, как заявлено производителем. Но не поправляю и в спор не вдаюсь. Не суть.
Дожидаюсь, когда он выпрямится и вновь заглянет в глаза, поднимаю левую руку, на которой по давно заведенной привычке ношу любимые часы на золотом браслете, подаренные родителями еще на восемнадцатилетие, напоминаю:
– Твой отец не любит, когда гости опаздывают. Думаю, стоит поспешить.
– Гости? Мы – семья, Даша, – хмыкает с предвкушением, после чего ехидно уточняет. – Тебе так не терпится встретиться с любимыми родственниками?
В серых глазах на мгновение вспыхивает ледяной холод, являя совершенно другого Шаталова. Но через секунду он моргает и вновь выглядит невозмутимым.
«Век бы вас всех не видеть», – огрызаюсь мысленно.
В слух же использую более мягкую версию:
– Раньше сядем – раньше выйдем.
Муж целую минуту молчит, лишь сверлит тяжелым взглядом. Затем отходит к машине, распахивает переднюю пассажирскую дверь и протягивает мне руку, предлагая помощь.
Не отказываюсь. Опираюсь и благополучно ныряю в салон.
Ругаться по мелочи – ни к чему. Пора играть навязанную роль счастливой супруги.
Тем более, и Ярослав спешит об этом напомнить:
– Не забывай быть милой и естественной, Даша. На юбилее будет присутствовать несколько крупных потенциальных партнеров отца. Они важны для развития компании и должны видеть и чувствовать, что Шаталовы – крепкая семья.
– Я всё сделаю, – отвечаю негромко.
Хотя муж и так об этом знает. Других вариантов у меня все равно нет.
ГЛАВА 2
В выходной день пробки в центре города отсутствуют, и к гранд-отелю мы подъезжаем вовремя.
Ярослав выходит сам, мне помогает лакей. Он распахивает дверь, подает руку в белоснежной перчатке, улыбается.
– Добрый вечер.
– Добрый, – отвечаю негромко, опираюсь и поспешно вылезаю.
Знаю, еще секунда промедления, и муж, обогнув машину, будет рядом. Сунется помогать, а я не хочу лишних соприкосновений.
За рукав пиджака еще подержусь. Но за руку… контакт кожа к коже именно с ним – не особо приятен. Поэтому, к тому моменту, когда Ярослав приближается, я уже нахожусь на улице.
Будто считывая мои мысли, муж чуть сощуривается, но молчит. Отворачивается, отдает ключи персоналу, чтобы те отогнали автомобиль на парковку, и вновь уделяет мне внимание.
– Готова?
Подставляет локоть для опоры.
– Конечно, – растягиваю на губах полагающуюся случаю улыбку и цепляюсь за темную ткань пиджака. Всё, чтобы порадовать случайных наблюдателей, от чьих взглядов уже покалывает затылок.
– Тогда вперед, – Шаталов дожидается, когда нам распахнут дверь, только после этого делает первый шаг.
Я за ним.