Рина Беж – Сделка с врагом. Ответ на измену (страница 43)

Как долбанный тест на совместимость. Очередной за*б в моей голове. Никак иначе.

— Спасибо, — забирает, пригубляет, но тут же спохватывается, — а как же ты?

— Мне сейчас парни новый сделают. Пей, — успокаиваю ее.

Не знаю, улавливает ли она то, как ко мне обращается. Я моментально. Однако, оскал сдерживаю. Не хочу пугать и акцентировать внимание.

Но вот такой ее шажок навстречу, пусть неосознанный, впитываю и кайфую.

Мне заходит.

Она вся, сонная, взъерошенная, пугливая, заходит.

Врут те, кто говорит, что мы, мужики, делим баб на блондинок, брюнеток и рыжих.

Полная туфта. Фуфло.

Всё намного проще.

Есть давалки. Те, кто за деньги и брюлики легко раздвинет ноги. И есть девушки. Те, кто за один намек на подобное врежет по роже, даже если предложивший «отдохнуть» мужик будет на две головы выше и раза в три шире в плечах. На этом всё.

Арина как раз из последних.

Охренительная девушка с железобетонными принципами.

Я заметил ее, когда вернулся в Россию после полугодового отсутствия. Знающие люди, естественно, заранее донесли, что Зотов женился. И как ни странно, не на Измайловой, а на какой-то непонятно откуда взявшейся приезжей девчонке. Ну, женился и женился. Мне не особо было интересно. Так, принял к сведению и забыл.

До поры до времени.

Пока на одном из вечеров, как обычно скучных и чванливых, не вышел на балкон чтобы покурить, и не застал занимательное шоу, происходящее прямо под носом сынок Миронова, вымахавший под два метра и из-за стероидов раздавшийся в плечах, как горилла, приставал к какой-то девахе. Наступал на нее, протягивая лапы, мурлыкал комплименты и откровенно соблазнял бабками отца, что они непременно «хорошо проведут время наедине».

Честно, был уверен, что вечер у парня реально окажется жарким.

Почему нет? Молодой, смазливый, богатый. Девяносто процентов свободных телок вцепились бы в заманчивое предложение руками и ногами, да и не свободные, думаю, не отказались бы рискнуть.

Та мелкая рыжая кнопка поступила иначе.

Стоило Миронову коснуться ее задницы и прижать к себе ближе, самодовольно облизнуться на пышную грудь, как она мило улыбнулась, а потом, судя по болезненному воплю мальца, со всей радости зарядила ему по я*цам, а после еще и по роже сумкой двинула.

Удивила на раз. Но даже не столько отчаянно смелым поступком, как тем, что не сбежала после этого. Стояла и, как училка, выговаривала амбалу в два раза выше ее, что девочек обижать нельзя. И в мире не все покупается и продается по щелчку пальцев.

Кстати, то же самое, она и мне вещала совсем недавно, гордо задирая носик.

Чуть позже, увидев ее в компании Зотова, выяснил, кто она есть. Реально завис, поняв, что Ромашка сумел отыскать в жены драгоценный камушек, а не стекляшку, к которым всегда питал слабость.

С того вечера сам не заметил, как стал за Осиповой приглядывать. Ненавязчиво, но с интересом. Потому что она выбивалась из общей массы. Не глупыми поступками, а естественностью и незыблемыми жизненными принципами, через которые большинство из нас легко переступает.

— Я бы хотела проведать Романа. Можно? — Арина отставляет пустой стаканчик на прикроватную тумбу и смотрит прямо на меня.

Умная девочка. Очень умная, тем и подкупает:

Она будто нутром чувствует, когда можно идти в лобовую атаку и требовать, а когда стоит быть мягкой и гибкой. Брать не дерзостью и гонором, а послушанием.

И ведь не играет, зараза такая. У нее это словно на подкорке заложено.

Подчиняться сильному. Но и того самого сильного она САМА выбирает.

— Давай так, Ариш. Ты сейчас завтракаешь, а я договариваюсь с врачом, чтобы тебя ненадолго пустили в реанимацию.

Моментально соглашается, глядя на меня своими колдовскими зелеными глазищами и кивая.

— Спасибо, Руслан. Я согласна.

Вот так, мля, мужики из камня в кисель и превращаются.

Плывут. Ох, как плывут.

И ведь всё понимают, но ни фига ничего против не делают.

34.

— Я, наверное, плохая жена, — выдаю с кислой усмешкой, глядя себе под ноги.

Мы идем с Арбатовым в другое крыло. Туда, где расположено отделение реанимации и интенсивной терапии, и где сейчас находится Зотов.

— С чего вдруг такие умозаключения?

Руслан Германович, а может, просто Руслан, я даже в собственной голове не могу определиться, как стоит обращаться к этому человеку, притормаживает, пропуская меня вперед, и придерживает за локоть, когда я случайно оступаюсь, не заметив порожка.

— Спасибо, — благодарю, ожидая, что он вот-вот уберет свою горячую конечность, которая даже сквозь тонкий трикотаж спортивной кофты дарит тепло. Живое тепло и такое нужное.

Но происходит иначе.

— Не за что. Давай поведу, а то еще споткнешься на лестнице.

И этот огромный мужчина совершенно спокойно берет меня за руку. Сжимает мою ладонь в своей и аккуратно тянет вперед.

Хотя нет, не совсем спокойно. Дьявольскую ухмылку на губах различить успеваю, но она мгновенно исчезает, сменяясь вопросом.

— Так почему ты считаешь себя плохой женой?

Отвечать или нет — не сомневаюсь. Сама подняла тему, которая не дает покоя.

— Мне кажется... нет, не так... я точно знаю... что в тот момент, когда Рома боролся за наши жизни, я в него не до конца верила, — винюсь в том, что обдумывала и вчера вечером, и сегодня во время завтрака.

— Сомневалась, значит? Считаешь теперь себя предательницей?

Арбатов, как обычно, не щадит ничьих чувств и называет вещи своими именами.

— Угу. Говорю же, плохая жена, — хмыкаю и прикусываю губу.

А еще забываю дышать, ожидая вердикта.

И даже знаю почему.

Мне важен ответ этого человека. Этого мужчины, который, — о, боже, да! Да! Да! Он это реально делает! — чисто по-человечески со мной РАЗГОВАРИВАЕТ.

Он тратит на меня свое драгоценное время, не отмахивается от моих проблем и «тараканов», наводняющих мозг.

Он выслушивает и... что удивительно... не раскидывается советами: «Делай так или иначе».

Он не съезжает с разговора, выпаливая: «Да правильно там всё, забей», а скрупулезно раскладывает услышанное по полочкам, заставляя видеть ситуацию целиком и под правильным, не однобоким углом.

Он со мной раз-го-ва-ри-ва-ет, считая достойной диалога. Он не отмахивается со словами: «давай потом», «я пока занят», «не говори глупости», «сейчас неудобно» а вы слушивает.

Правы те, кто говорит, что женщина любит ушами. Но не всегда это комплименты.

В моем случае это чисто человеческое общение, которого в последние полгода мне особенно остро не хватало. А я поняла и почувствовала это только сейчас.

— Глупости, — помолчав не больше нескольких секунд, выдает свой вердикт мой собеседник. — Просто ты повзрослела. И больше не даешь авансов тем, кто потерял твое доверие. Вот и всё.

— Так просто?

— Так логично. Могу тебе как бизнесмен сказать. С фиговыми поставщиками, которые нарушают сроки или подсовывают брак, я повторно не сотрудничаю. И ни я один. Предавший, ну, или кинувший, однажды, предаст и кинет повторно. У него это в крови. А даже если не сделает, подспудно ты будешь ждать от него этой подставы.

Червячок сомнения не сдохнет — поверь.

— Но Рома — муж, а не поставщик. Тут другое.