Рина Беж – После измены счастье есть (страница 4)
– Постараюсь.
– И еще я не одна.
– А с кем? – теряюсь и настораживаюсь одновременно.
– Ну, Варь, ты чего? – смеется звонким колокольчиком, моментально теплом окутывая. – С другими пассажирами, конечно, стою. Забыла уже, как битком раньше ездили?
– И не говори, – хмыкаю. – Память, как у рыбки, стала.
Прикрыв веки, вдавливаю подушечки большого и указательных пальцем в глаза и их растираю. Из-за отъезда племяшки всю ночь проворочалась. В голову всяка ерунда лезла, вот и не выспалась нормально. Не то что Коля. Муж приехал поздно, даже ужинать не стал, сказал с парнями в кафе забежал, перекусил там. Принял душ, завалился под бок, притиснув меня к себе покрепче, и через две минуты сладко засопел.
– Сашуль, ты мне набери или сообщение кинь, как у бабушки дома окажешься, – прошу, прежде чем попрощаться. – Я ждать буду.
– Конечно, Варь. Сделаю, не переживай. О, автобус едет. И номер наш. Всё, я побежала очередь занимать.
– Давай, моя хорошая!
– На связи. Чмоки-чмоки!
– И я тебя лю!
Александра сбрасывает звонок. Опускаю телефон перед собой на стол и пару минут еще сижу, откинувшись на спинку стула. Прикидываю планы на вечер.
Рисуются они интересными…
Хотя, чего это только на вечер?
Растягиваю губы в шкодной улыбке.
У нас с Николаем целая неделя впереди.
Семь дней только для нас двоих. Когда можно будет позволить себе шалить не только в спальне, предварительно плотно закрыв дверь, но и там, где накроет страсть. Хоть на кухне, хоть в гостиной, да хоть прямо посреди прихожей.
А ну как встречу супруга в каком-нибудь жутко эротическом белье или в одном халатике на голое тело и устрою ему сексуальный марафон! Не сдерживая эмоций и не закусывая губы, чтобы слишком громко не стонать и не пугать племяшку. Ведь племяшки-то эту неделю нет.
Не то чтобы Саша нас притесняла, мыслей таких в голове не держу, но и топить за то, что наличие ребенка, пусть и подростка, в доме, не вносит коррективы в супружескую жизнь, не могу. Вносит, конечно.
И Коле это не особо нравится. Но он у меня умничка, держится и ничего обидного не говорит. Очень понимающий.
Перед глазами мелькает образ любимого супруга. Высокого, мускулистого, с широкой обаятельной улыбкой и хитринкой в глазах.
Добавляю игривые смайлики.
Широко улыбаюсь, несколько раз перечитывая последнее сообщение мужа. Наконец, заставляю себя оторваться и погасить экран, и иду к шкафу, чтобы переодеться. Скинув удобные лодочки, обуваю ботинки на низком ходу. Накидываю пальто и повязываю на шею шарф.
Гашу свет и запираю кабинет на ключ. Сдаю его вахтеру и, попрощавшись до завтра, покидаю Дом культуры.
На улице не так темно, как казалось, когда выглядывала из окна. Света добавляет многочисленная иллюминация, фонари, окна домов и фары проезжающих машин.
Две станции метро, три остановки на автобусе. По-быстрому заскакиваю в продуктовый магазин, покупаю охлажденные стейки для жарки и овощей для салата. В голове крутятся мысли, что если Коля не слишком припозднится, то можно будет и какой-нибудь фильм посмотреть.
А что? Идея, как по мне, супер!
Давно мы в обнимку на диване не валялись и не смотрели что-нибудь веселенькое. Да я даже на боевик, которые муж любит, согласна. Ведь главное, что он будет со мной рядышком.
В квартире стягиваю с себя опостылевшие за день узкую юбку и шелковую блузку, надеваю домашний халат и иду на кухню готовить.
Надеюсь, сегодня Пригожин будет голодным, а то в последнее время он все чаще появляется дома ближе к полуночи. И сытым.
Сняв с пластикового контейнера пленку, ставлю мясо под проточную воду, чтобы промыть. И в этот момент оживает телефон.
Промокнув руки бумажным полотенцем, принимаю вызов и прижимаю гаджет к уху плечом.
– Да, Юль! Привет!
– Привет! – отзывается она звонко, – слушай, а ты где сейчас?
Юля Найденова – моя хорошая приятельница, бывшая школьная подруга и сестра парня, за которого я много лет назад собиралась замуж. Но так и не вышла, потому что он погиб при выполнении задания. Всегда яркая, активная и заводная. Одно время мы с ней очень тесно общались, но потом Пашка погиб, и судьба нас развела в разные стороны.
Теперь чаще созваниваемся, чем встречаемся. Но если уж удается последнее, то всегда отдыхает весело и от души.
– Дома, – говорю, выкладывая мясо на разделочную доску, чтобы отбить, – только с работы недавно пришла, ужином занимаюсь?
– Хм, вот ты даешь! А почему не в ресторане с Николаем ужинаешь?
Рука с молоточком застывает в воздухе, а в грудь неожиданно сильно колет тревога.
– В каком ресторане? Не поняла тебя, Юль. И причем тут Коля?
– В ресторане в Гостинке, – произносит Юля деловым тоном. – Я сюда две недели назад официанткой работать устроилась. На первом этаже столики обслуживаю. А твой муж только что на второй поднялся.
– А!.. Это, наверное, он с парнями по работе решил заскочить. Предупреждал, что задержится, – говорю и морщусь, потому что выглядит так, будто я банально перед ней оправдываюсь.
– Варя… он не с парнями поднимался, дорогая.
– А с кем же тогда?
– С тёлкой расфуфыренной.
Глава 4
С тёлкой расфуфыренной?!
Мой Николай?!
Сердце спотыкается. Так сильно, что на мгновение в глазах темнеет. Горло стягивает спазмом, а по спине расползается озноб.
– Какая тёлка, Юль? – сиплю чуток придушенно.
– Брюнетка, сорок плюс, оттюнингованная до тридцатника! У меня глаз-алмаз, Варь, я такие фортели на раз щелкаю.
Морщусь, совершенно запутываясь в Юлькином сленге.
– Оттюнингованная – это как?
– Дорого, Варь, – отвечает она на свой манер. – Очень дорого. Поверь, бабла ввалено прилично. Однушку у метро на эти деньги я бы себе точно купила.
– Однушку?
– А знаешь, может, и на двушку бы хватило, – тянет, будто раздумывает. – А что? Сама посуди. Тощая, как жердь. Явно диетологи ее дрючат. Или жир отсасывать ходит. Кожа идеальная. Значит, омоложение, гиалуронка, филлеры и другая хрень. Грива лошадиная до жопы. Густая блестящая. Такую в идеальном состоянии только в салоне поддерживать можно. Жопа подкачанная. Думаю, силикона там нет. Сама наприседала. А вот сиськи и вареники – сто процентов деланные. Как и зубы. Млин, да у меня дома унитаз не такой белый!
– Юлька!
– А что Юлька? – фыркает. – Юлька, как есть, говорит. Дальше идем. Ногти, брови, ресницы – всё наращённое. Итог – баба оттюнингованная.