Рина Белая – И они поверят в обман (страница 10)
– Ты храбрая девочка и не стоит винить себя в случившемся, как не стоит забывать все то, что произошло. Все уже позади, – он ободряюще похлопал меня по плечу, отчего мое тело начало чесаться. И пока Инар, погруженный в свои мысли, наблюдал за пляшущими в камине язычками пламени, я украдкой чесалась, надеясь, что мои действия останутся незамеченными.
Взяв кочергу и растолкав поленья, словно вынуждая их проснуться, зашипеть, разгореться, он бросил через плечо:
– Стало быть, Леги ступили на земли королевства, так? – отвлек меня Инар от раздражающе неприятных ощущений.
– Так, – подтвердила я, сведя брови к переносице. – Так, – повторила, убеждая хозяина дома в том, в чем и сомнений быть не может.
Повисшее молчание резонировало с таинственным потрескиванием поленьев в очаге. Слезы ушли и я задумалась, что возможно мне следовало быть менее откровенной, но стоило губам Инара искривиться в улыбке, как я робко улыбнулась в ответ.
– Давай-ка соберем тебя в дорогу, – дружелюбно предложил мне Инар.
Чисто вымытая, с полной сумкой разной снеди я подошла к конюшне, где меня уже ждали.
– Покойная жена всегда отдавала предпочтение рыженьким, – Инар похлопал кобылу, нетерпеливо переступающую с ноги на ногу, и, затянув подпругу, опустил крыло седла. Услышав лай собак, рыжая с любопытством повела ушами и красиво выгнула шею.
– Мне жаль вашу жену.
– Что уж теперь, свое сокровище я сам не уберег, – бывалый вояка ловко подкинул меня в седло и подогнал стремена по ноге.
– В городе живет мой брат Хонор Ригхест. Кобылу оставишь у него. Ей полезно будет развеяться. Застоялась она у меня, разжирела. Постарайся сберечь строптивицу… и, Элин, у меня к тебе одно поручение будет.
Мужчина стряхнул с рук невидимую пыль, словно боясь опорочить своим касанием вручную декорированный текстиль. Промелькнула мысль, что Инар испытывает совсем не благоговейный трепет перед содержимым свертка, а скорее неизъяснимый страх. Его выдавала пульсация, что плескалась на самом дне карих глаз, излишняя внимательность и осторожность, которой я невольно заразилась.
– Ч-что это?
– Клинок. Скромный дар дочери Хонора к ее свадьбе.
Он развернул сверток и моему взору предстала тонкая работа настоящего мастера, очевидная даже человеку, несведущему в технике оружейного дела. А я пусть и не заканчивала академий, но к искусству была приобщена и знала, как важна проработка каждой детали. Клинок, целиком выполненный из стали, заворожил меня. В нем нашли отражения все четыре первоэлемента и магия тьмы, которая преобладала над стихиями и подавляла их, с гармоничной плотностью переплетая символы на сложной ручной гравировке. Восхищение мастерством вытеснило всякое беспокойство.
– Прикрепишь к бедру на пороге города. Никто из досмотрщиков не должен видеть, что ты везешь и тем более знать кому. Ткань не фонит, а стражи под юбки не лазят пока…
Я кивнула, что ж - услуга за услугу.
– Ко всему прочему, Хонор занимает не последнюю должность. Если он не найдет, куда тебя пристроить, то советом поможет, не пропадешь. Это тоже ему, – я приняла конверт с письмом. – И на дорожку… благословление, задумаешь неладное – из-под земли тебя достану, девочка. Я добрый до поры…
От всего сердца я поблагодарила Инара и заверила, что исполню его поручение в точности. Инар распахнул калитку и махнул мне рукой. Я вывела на дорогу гарцующую бестию с белым клеймом на ягодице.
Внешне обычное клеймо было штукой распространенной, как и легчайшее плетение, цепляемое на него магами воздуха. Неактивная и неприметная основа при создании требовала максимальной концентрации и немалого вложения энергии. Заложив частичку своего дара, тем самым замыкая плетение, хозяин без проблем мог отследить принадлежащего ему скакуна на объединенных лариусских землях. Выкрасть и вывезти живые головы за пределы королевства было невозможно. Хотя нашлись и те, кто пытал удачу. Их мозги клевали во?роны, а черепа и по сей день служат пристанищем змей.
Рыжую даже не пришлось понукать. Стоило ослабить повод, и кобыла пустилась вскачь, резво унося меня по проселочной дороге. Аллюр ее был порывистым, пришлось вцепиться в седельную луку покрепче, чтобы не свалиться.
От греха подальше я все же прочла письмецо, но ничего из ряда вон выходящего в нем не было. Действительно, просьба позаботиться о моей дальнейшей судьбе по мере возможностей, да пара строк о своей тихой деревенской жизни. Откуда же мне было знать о скрытом взору тексте. В присущей большинству мужчин сухой манере изложения, он призывал устроить посыльной визит к менталисту с целью подтверждения или опровержения информации о надвигающейся угрозе верноподданных Мрака, ступивших на земли королевства.
Сны видят все, но не одинаково. Те, кто видит сны по ночам
в душных уголках своего сознания, обнаруживают, проснувшись днем,
пустоту и нереальность этих снов; но те, кого грезы одолевают и
при свете дня, – люди опасные, ибо способны смотреть свои сны
с открытыми глазами и пытаться воплотить их в жизнь.
Лоуренс Аравийский
Шли четвертые сутки моего путешествия, которое оставило в памяти грязный след с характерным запахом немытого тела. Спала я мало и только днем, в тени раскидистых деревьев, утолив жажду и притупив голод. Стоило светилу исчезнуть за линией горизонта, а земле укрыться черной пеленой ночи, как я напряженно вглядывалась в темноту и подгоняла рыжую, коротким фырканьем выказывающую свое недовольство. Сил придавал страх, распускаясь в сознании незримыми лепестками угольной лилии, расцвеченными тысячей несчастий, которые случатся, стоит мне помедлить.
Основательно измотанные и смертельно уставшие мы стояли на холме и смотрели на неприступную аспидно-серую стену, которая опоясывала крупный портовый город. Камень, песок, известь и магия. Много магии, если отринуть то, что доступно глазам ради иного зрения.
Город Табел представал причудливой системой многообразных запутанных плетений, поражающих воображение сложностью и хитростью заклинаний. В такие моменты я чувствовала себя ничтожеством, навозной мухой на носу у добротного скакуна, завидуя не доступной мне силе. Хотя, создать тончайшую сеть и накрыть ею несколько домов, а то и квартал целиком я смогла бы, но что толку? Иллюзия не убережет от прохиндеев, воров и прочих пронырливых представителей нерабочего класса, падких на богатую поживу; не поглотит даже части магического всплеска и не предотвратит возгорание. Бестолковая картинка, способная отпугнуть лишь труса и вызвать подозрения у людей, охочих до правды.
– Вперед, красавица, последний рывок, – кобыла недовольно дернула повод, но послушалась.
В плотном потоке желающих попытать удачу в крупном городе: торговцев с набитыми до верха обозами, шаромыжников, норовящих умыкнуть легкодоступные ценности у обливающейся потом изможденной толпы и прочих – я провела несколько часов, изрядно прожарившись под лучами палящего солнца.
Заплатив пошлину за въезд из тех денег, что дал мне Инар, мы спокойно минули стражу Западных ворот и ступили на мощенные каменным бутом улочки, которые словно стрелы рассекали мирный город.
Дело оставалось за малым – найти неизвестного мне Хонора Ригхеста и надеяться на милость духов. Мысли о еде и скором отдыхе приятно взбодрили и я пощелкала языком, вынуждая рыжую поспешить.
Прохожие любезно указывали, в какой стороне мне искать нужный адрес.
К вечеру жара ощутимо начала спадать. Ранее неприглядные дома обливались золотым светом. Медленно налетали на землю густые графитовые тени. Сверившись с корявой надписью на грязно-белом конверте, я протянула его стражу. Принадлежность парня к воинскому званию подчеркивали пояс с накладками, покрытыми серебром, и кинжал с крестовидной рукоятью, украшенной гравировкой. Не сложно догадаться по синей тунике, что путь мне заградил маг воды, у которого мой жуткий запах не вызвал никаких эмоций.
– Мне туда! – я указала на здание – очередной шедевр архитектуры в этом районе – и премило улыбнулась, игнорируя стекающий со лба пот.
Страж-мерзавец придержал рыжую за нащечный ремень и начертил незамысловатый знак в воздухе, сопроводив его слабым импульсом своей силы. Спустя мгновение из здания вышел служащий, взял мой конверт и вернулся в здание, которое всецело завладело моим вниманием.
– Может, э-э-э… я пойду, а вы сами ему кобылку-то передадите? – сипло прошептала я в с надежде избежать «душевной» встречи. (Как-то не планировала я закончить свою жизнь молодой и некрасивой).
«А подарок на свадьбу передам в другой раз… может быть», – подумала я.
– Стоять! – гавкнули мне. – Командор Хонор Ригхест – хронически занятой человек, в его положении не обременяют себя игрой в прятки. Побереги силы.
– Ко… кто? – я испуганно замахала руками, но было уже поздно. Одно дело обмануть деревенских простаков, совсем иное – ошиваться перед носами магов с прирожденной чуйкой и наивно верить в светлое будущее.
– Птенчик, – уголки губ водника приподнялись, находя мою реакцию забавной и вполне ожидаемой, – слезай. В первый раз всегда страшно.
– Очень смешно! – пробубнила я и сползла с кобылы.
Тут же мужская рука легла мне на плечо, заставляя встать по стойке смирно. В ожидании худшего, я нервно теребила плетеную, ни в чем не повинную сумку с аппетитным содержимым.