Рин Скай – Каникулы с невыносимым боссом (страница 6)

Андрей делает шаг вперед.

— Мам, пап.

И берет меня за руку. Спокойно, будто так и должно быть, будто мы не репетировали легенду. От тепла его ладони мне становится чуть легче и одновременно страшнее, ведь слишком настоящим кажется этот жест.

— Это Карина, — говорит он.

Мама переводит взгляд на меня и тут же берет инициативу на себя - легко, по-своему.

— Карина, здравствуй. Рада познакомиться.

— Здравствуйте, — выдавливаю я.

Отец кивает.

— Добрый день.

Я успеваю выдохнуть… ровно на секунду.

Потому что чуть в стороне, у выходов из общего зала, я замечаю Владика.

Моего бывшего.

Он стоит растерянно, с кучей чемоданов, рядом - его мамаша. Владик нервно переминается, а Наталья Ивановна спорит с кем-то по телефону.

И самое ужасное, что они тоже замечают меня.

Я вижу, как глаза Владика расширяются. Он дергает маму за рукав, показывает на нас, и она, обернувшись, моментально включается в ситуацию.

— О-о! — тянет она, и в этом «о» уже слышится беда. — Владик, смотри! Твоя… твоя-то фифа тоже в Дубай прилетела! Одна! Без нас! А я тебе говорила!!!

Я белею, потому что понимаю, сейчас что-то будет.

Владик, конечно, идет за ней, и они направляются прямо к нам. Туда, где я стою рядом с Андреем и его родителями. Словно специально, в самый неподходящий момент.

— Карина! — Владик пытается улыбаться, но выходит криво. — Ну ничего себе… А ты говорила не полетишь…

Его мама даже не пытается держать приличия. Она повышает голос на весь зал прибытия:

— Вот она! Владик, смотри! Твоя тьфу, невеста… — она окидывает неприязненным взглядом меня, потом Андрея, его родителей, мою руку в руке Андрея и делает вывод мгновенно и громко, — …эскортница! Она тебя бросила, чтобы в Дубае с богатыми мужиками…

У меня в ушах звенит. Мне кажется, люди вокруг поворачиваются. Я не знаю, куда смотреть, на пол, на стену, на босса. Я чувствую, как мама Андрея чуть застывает, как отец становится жестче. И я понимаю, еще секунда и все, игра закончится, моя репутация, мое место в компании, моя жизнь - все летит под откос. Из-за этих уродов!

Но Андрей реагирует мгновенно.

Он отпускает мою руку ровно настолько, чтобы сделать шаг вперед, и закрывает меня собой. Его голос спокойный, но в этом спокойствии арктический лед.

— Вы кто такие? — спрашивает он.

— Мы… — начинает Владик.

— Неважно, — обрывает Андрей. — Вы ведете себя неадекватно. Вы сумасшедшие. Сейчас же уходите.

Мамаша Владика пытается взять громкостью.

— Да ты кто вообще такой?!

— Я тот, — говорит Андрей ровно, — кто сейчас вызовет службу безопасности аэропорта, если вы не исчезнете.

Он показывает в сторону ближайшего сотрудника, и это срабатывает лучше любого крика. Владик резко теряет уверенность, а мамаша, еще пытаясь что-то выкрикнуть, начинает пятиться, потому что к ним действительно поворачивается охрана.

— Владик! — шипит она. — Пойдем отсюда, с ними спорить бесполезно!

И они уходят быстро, дергано, с этой нелепой кучей чемоданов.

Я стою каменная. Мне хочется провалиться.

Мама Андрея смотрит на меня уже иначе - не недоброжелательно, но настороженно. Отец, тем более. Их выражения очень сдержанные, слишком.

Андрей поворачивается к ним и говорит так, будто ничего страшного не случилось.

— Извините. Сумасшедшие люди. Бывает.

Он произносит это легко, но я вижу, как он напряжен.

Мама Андрея кивает, пытаясь вернуть улыбку.

— Кого в аэропорте только не встретишь…

Отец молчит секунду дольше, чем мне нравится.

— Андрей, вечером ждем вас, — наконец говорит он. — В ресторане. Столик на восемь, как обычно. Карина, буду рад продолжить знакомство в нормальной обстановке.

— Конечно, — выдыхаю я. — Спасибо.

— Отдохните. И не переживайте. – добавляет мама.

Но в ее тоне уже меньше теплоты, чем было минуту назад.

Они прощаются быстро, без лишних объятий. С ними рядом появляется водитель, все организовано до автоматизма, и через минуту родители Андрея уже уходят.

И только когда они исчезают из поля зрения, мы с Андреем одновременно выдыхаем.

Я прижимаю ладонь к груди, как будто проверяю, на месте ли сердце.

— Господи… — шепчу я. — Андрей Викторович, простите. Я не знала, что они заметят нас. Я вообще не… Это кошмар. Мне так стыдно.

Он не отвечает сразу. Он смотрит куда-то вперед, будто прокручивает в голове последствия. И это его молчание пугает сильнее, чем крик мамаши Владика.

К нам подходит встречающий, и следом, к самому выходу, подкатывает черный Майбах. Невозможный, глянцевый, как кадр из фильма. Водитель выходит, открывает двери, берет чемоданы так, будто они ничего не весят.

Я сажусь внутрь, и меня обволакивает запах кожи и прохладный воздух. Дубай снова напоминает о себе жарой за стеклом, но здесь — комфортная прохлада и тишина.

— Куда мы едем? — тихо спрашиваю я, больше чтобы сказать хоть что-то.

— В …, — отвечает Андрей так же тихо.

Самый роскошный отель. Конечно.

Я сглатываю.

Машина трогается, и город начинает течь за окнами: пальмы, стеклянные небоскребы, солнце, дороги. А у меня внутри все еще стоит сцена в аэропорту, будто кто-то поставил ее на паузу и забыл выключить.

— Андрей… — снова начинаю я, потому что не могу молчать. — Мне правда очень стыдно. За Владика. За его маму. Это не… это не моя жизнь. Я не такая. Я просто… я не ожидала.

Он поворачивает голову, смотрит на меня внимательно, долго.

— Я знаю, — говорит он наконец.

И снова замолкает. Задумчивый, тяжелый.

Я откидываюсь на спинку и закрываю глаза на секунду. Мы едем в самый дорогой отель, вечером ресторан, а у меня ощущение, будто я только что чудом не утонула.

И самое странное, что мой босс рядом. Он вытащил меня из этого. Но теперь мне страшно другое, что он начинает сомневаться, стоит ли вообще продолжать.

ГЛАВА 9

КАРИНА