Рин Серидзава – Monsta.com. Повышение без возврата (страница 100)
После некоторого раздумья я отрицательно замотала головой.
– Не думаю. Более отвратительного игрока, чем я, попробуй найди. Ты же знаешь. И я… пришла поговорить о… подарке.
Барбара смотрела на меня пристально прежде, чем мне удалось наконец подобрать слова.
– Бабушка, тебе не стоило, – я положила конверт и листок с завещанием себе на колени и непроизвольно разгладила бумагу. – Я… я не понимаю. Мне не подходит эта роль. Как я могу принять ее?
– Ты можешь принять ее с пониманием, что ты наша, Бересфордов, ниточка к будущему. И в этом будущем скоро начнется буря, которую, я верю, ты сможешь пережить.
От звучания ее голоса мне становилось тепло и легко. Но слова ранили.
– Миссис Ворд достойна куда больше… – начала я, когда Барбара неожиданно коснулась свои теплыми морщинистыми руками моих рук.
– Изабель больше не хочет иметь отношения к этой семье, – леди замолчала, словно сомневаясь, может ли она говорить дальше.
– Она не хочет, но мало ли, ее дети захотят…
– Кристина, моя племянница Изабель не может иметь детей.
Я уставилась на Барбару в ужасе. Но испытала не сочувствие. Перед глазами как лавина понеслись воспоминания прошлого. Сцена в токийском представительстве Комитета, как Изабель догоняет Драйдена в коридоре и обнимает его сзади.
– У женщин, ставших супругами влиятельных мужчин, всегда будет долг, – леди говорила так, словно рассказывала сказку, вот только мне она не нравилась. – Не только поддержка, необходимость вести себя определенным образом или демонстрации заботы и любви, но и рождение наследников.
Я склонила голову. Мне было тяжело смотреть бабушке в глаза.
– Как давно она узнала об этом? – только и хватило духу спросить.
– К тому моменту она была помолвлена с мистером Ван Райаном уже почти год.
Плечи обессилено опустились. Я искала слова, но не находила. Их отношения развалились из-за этого?
– Если ты думаешь, что мистер Ван Райан разорвал помолвку поэтому, – точно предугадав мои мысли, продолжала Барбара, – то ты ошибаешься. Все-таки он… человек чести. Так бы Драйден не поступил никогда.
Но возможно, поэтому ему было проще не бороться за нее до конца. Он уступил здравому смыслу, чтобы не спровоцировать скандала в обществе. А потом погрузился в работу, вернувшись к исходной точке, в которой сомневался, стоит ли пытаться восстановить собственный род.
– Но Изабель выдали замуж за другого…
– У мистера Ворда уже были дети. Ему была нужна супруга определенного воспитания и происхождения, чтобы она подавала правильный пример старшей дочери. А также супруга, которая, несомненно, стала бы украшением любого приема или мероприятия. Ее бездетность не вызвала бы осуждения в обществе. Или вызвала бы его гораздо меньше.
«Жена, которую выставляют как драгоценность…» – туманно мелькнуло в голове. Мне впервые стало по-настоящему жаль Изабель, и я поджала губы от обиды.
– Моя сестра Сиенна всегда быстро улавливала грядущие перемены. Она поняла, что просчиталась, устроив помолвку дочери с мистером Ван Райаном. Брак Изабель с высокопоставленным членом Комитета не только будет более прибыльным, укрепит позиции ее семьи, но и обезопасит их.
В библиотеке повисла тишина, нарушаемая лишь треском камина. Я поняла, почему Изабель не может быть наследницей, но все еще не понимала, почему ей должна стать я. Недо-демоница, родившаяся в Нью-Йорке. О чем и сказала Барбаре.
– Дагмара была старшей сестрой, а своих наследников у меня нет, Кристина, – с тяжелым вздохом ответила она. – Я не сожалею о прожитой жизни, но я вижу тебя перед собой и вижу в тебе кровь и Армана, и Дагмары.
– Но почему так вышло?.. – выпалила я и заткнулась, понимая, что лезу куда не следует.
– Что ж, – Барбара погладила мои руки скорее машинально и впервые опустила взгляд, – никогда не думала, что расскажу об этом хоть одной живой душе. Кажется, пришло время. Возможно, ты поймешь меня чуть лучше и разберешься в себе…
Как и мои сестры, я получала домашнее образование. Магия берегла нас от сражений и бомбардировок в Первичном мире, но так или иначе мы дети, рожденные между двумя Великими войнами. На закате нескольких империй. Наверное, поэтому я всегда хотела сделать что-то, а потом… я влюбилась. Когда была девочкой чуть старше нашей Бри. Но сама судьба уже прочно связала этого мужчину с другой, ради которой он… рискнул всем, что имел.
У меня ушло какое-то время, чтобы чувства остыли. Тогда во мне вновь разгорелось прежнее желание перемен. И я решила работать в Комитете, чтобы изменить его изнутри. Лорду и леди Бересфорд не понравилось то, с каким упорством я начала рваться к своей мечте, и, как только мне исполнилось шестнадцать, меня на два года отправили в Швейцарию в школу благородных девиц. За те годы я даже успела попробовать себя в обучении более младших воспитанниц и детей.
Когда я вернулась в родной дом, Сиенна выбрала свой путь, Дагмара уже несколько лет считалась официально погибшей, хотя мы продолжали обмениваться письмами. Отец заболел и почти отошел от дел, а мама… приняла выгодное брачное предложение для меня. Жених, хоть и успел прослыть повесой в определенных кругах, был знатного рода и служил в магической лейб-гвардии, формально прикрепленной к Комитету. По официальной версии он решил остепениться.
Единственным, чем он хоть немного напоминал мне… человека, которого я любила, были рыжие чуть вьющиеся волосы…
Мне показалось, что Барбара бросила взгляд на мои буйные локоны.
– По началу он был весьма обходителен и по-своему очарователен. Армейское чувство юмора давало о себе знать, но он умел его подать и не выглядеть при этом вульгарным. Помолвка была заключена, а дата бракосочетания назначена.
В какой-то момент… он стал настойчив, а я… уступила. Ведь это же мой будущий муж. Я поняла, что беременна, когда до свадьбы оставался всего месяц. Хотела сообщить ему это, когда гостила в доме его матери, в Лондоне, но случайно подслушала их разговор, где речь шла обо мне.
Он с упоением пил коньяк и курил сигариллы, сидя у камина в обществе своей матушки. И легко рассуждал о том, что скоро у меня не останется времени на то, чтобы заниматься общественной деятельностью, и мне никогда не войти в Комитет. А после того, как я рожу двух-трех отпрысков, меня можно будет отослать в какое-нибудь удаленное поместье.
Сидя рядом с Барбарой, чувствуя тепло ее рук и слушая рассказ, я ощутила, как по спине пробежал холодок. Образ Изабель снова встал перед глазами. Как и образ совсем молодой леди Бересфорд. Оби эти женщины были так похожи внешне. И обе оставались инструментами в руках общества, своих семей и мужчин.
Почему в конечном итоге все упирается в рождение детей и чертовы кровные узы? Разве это единственный возможный путь?
– Я почувствовала себя преданной и опустошенной, – продолжила бабушка после небольшой паузы. – Пожалуй, никогда в жизни я не чувствовала себя так. В каком-то забытьи я тихо поднялась в выделенную мне комнату, собрала чемодан, выбежала из дома и создала портал. В слезах рассказала все отцу, а потом со мной что-то произошло. Я пришла в себя в собственной комнате, через несколько дней после случившегося. Рядом был только лекарь. Своего ребенка я потеряла.
Здоровье моего отца резко ухудшилось, но он отменил свадьбу. А спустя шесть недель помолвка была уже официально расторгнута. После похорон… похорон лорда Бересфорда. Семья несостоявшегося мужа помалкивала, и история не утекла в газеты.
– Тот человек… – я развернула руки ладонями вверх и обхватила запястья Барбары.
Сейчас она выглядела так, словно у нее внутри все перевернули, перетрясли и вытащили на свет. Однако ни это, ни события прошлого не смогли сломить ее дух.
– Много лет как почетный член Комитета и завсегдатай клубов для джентльменов. Наслаждается курением сигарилл и коньяком, – она сказала это почти небрежно, но дальше тон голоса снова изменился. – Говорят, довел последнею жену до лечебницы…
– Но ты все-таки вошла в Комитет! – я попыталась смягчить тему разговора. Горевать больше не хотелось. Настало время для гордости, пусть с неприятным оттенком. Меня и так только что протащили через чужое время и жизни. – И даже руководила департаментом гуманитарных миссий…
– Да, – устало кивнула Барбара, хотя ее взгляд стал яснее, – только начинала я как самая рядовая магическая стенографистка на заседаниях, где еще долгое время почти не было места для женщин. А потом… стало некогда помыслить о детях.
– Мне жаль, – произнесла я немного заторможено. – Но я благодарна, что ты рассказала мне все это.
– Теперь ты понимаешь?
Я скупо кивнула и снова опустила голову. Потому что в глазах Барбары заметила кое-что еще. Особенные доверие и решимость.
– Кристина, я хочу, чтобы ты стала моей наследницей. Но еще я очень хочу, чтобы ты была счастлива.
Мне стало плохо. Руки задрожали на коленях. Совсем недавно я слышала, как Айрис говорит похожим тоном о счастье Драйдена. И сама сказала то же самое Бри.
Леди не закончила. Это было только начало ее просьбы. И, кажется, мне было известно наперед все, о чем она хочет сказать.
– Я видела, как ты изменилась. И как менялось твое отношение к мистеру Ван Райану… Только не отпирайся, прошу тебя! Но ты уверена, что не будь преграды между вами, ты смогла бы