Рин Рууд – Измена. Право на истинную (страница 6)

— Какая послушная девочка, — Вестар щурится на меня, — не то что жена, да? Как там твой волчок?

— А твой? — поскрипываю зубами. — Ты ведь уже с утра закинулся, да?

— И тебе советую.

— Точно, — усмехается. — Ты же у нас любишь ходить по краю лезвия.

— Зверь под моей волей.

— Да неужели? Ты поэтому Кристалл Забвения использовал? — выуживает из кармана узких штанов из лосиной кожи золотую табакерку, с щелчком ее открывает и шумно, будто издеваясь, втягивает левой ноздрей желтоватый порошок, пристально глядя на меня.

— Какой же ты мерзкий, Вестар.

— Кто бы говорил, — прячет табакерку в карман и вытирает нос шелковым платком. Откидывается назад и закрывает глаза. — Это ощущение того, что я один без капризной шавки… Заводит. И не криви морду, ты ведь сам пытаешься достичь этого состояния. Только мне не приходится мириться и подыгрывать зверю. Я просто его затыкаю.

Илина плачет. А зверь рвется в бой, и ему начхать, что после разорванного на клочки Вестара последуют проблемы. Перед ним его и мой враг, и какого черта я медлю? Тут все должно быть в крови и внутренностях.

— И ведь это совсем нелогично, что тебя леса признали, как Альфу, — Вестар ухмыляется. — Ты же неуравновешенный. Тебя из стороны в сторону кидает, братец, и ты принимаешь неосторожные решения. Получить артефакт, и вот так его бездарно слить буквально ради шлюхи.

— Согласен, стоило его на тебя потратить и превратить в болванчика, — по рукам прокатывается судорога боли, — и никто бы ничего не заподозрил. Сорвало крышу у Маркиза Вестара после очередной пьянки и оргии.

— Голова у тебя, оказывается, соображает, но ты все же под каблуком своей ненаглядной женушки. Как же это неприятно, да, когда мощная зверюга, которая может голову откусить, на спинку валится перед капризной девкой и хвостиком машет, как собачонка?

— Чего ты хочешь?

— Твою жену, — Вестар скалится в улыбке. — Я тебе возвращаю камушек, а ты мне Илину на одну ночь. Отымею ее во все щели и верну удовлетворенной. А еще очень виноватой. Можно сказать, я даже сделаю тебе одолжение. Будет твоя крошка после меня послушной, тихой и не отсвечивать лишний раз, ведь как она могла брату своего нареченного отдаться? Стыд и позор.

— Ты ее плохо знаешь, — глухо рычу.

— Есть множество способов соблазнить строптивую дрянь да так, что своего имени не вспомнит. Настоечки, курительные смеси, особый парфюм… И, кстати, ничего так не укрепляет брак, как тайная интрижка жены, Ивар. Чувство вины меняет женщин.

Сжимаю переносицу и медленно выдыхаю. Я должен держать себя в руках. Вряд ли Кристалл Забвения сейчас у Вестара. Он не тупой явится с ним ко мне.

— И ведь во втором варианте, в котором ты гордо прогоняешь меня, оскорбленный и разгневанный, я все равно наскочу на твою жену. Вашу связь разорвут, братец, а тут я приду утешать, но… дело в нюансах, понимаешь? — Вестар посмеивается.

О, я прекрасно понимаю, что подразумевает мой брать под нюансами. Он хочет унизить меня. Это человек примет решение отдать жену в его лапы, а после вернуть своему зверю, который никогда и ни при каких обстоятельствах так не поступил. Он бы до смерти бился и не подпустил никого к своей самке. Однако, если связь разорвут…

Поднимаю взгляд и убираю руку с лица. Вестар пропускает волосы сквозь пальцы и массирует голову с ехидной улыбкой. Как же его все любили в детстве и каким сладким ангелочком он был в глазах нашей матери. И как она была не рада тому, что из нас двоих Лес признал меня. Он бы мог быть на моем месте, но земля нашего отца его отвергла.

— Ну, что думаешь? — Вестар вытягивает из своей шикарной шевелюры волосок и отбрасывает его в сторону. — Дашь полакомиться твоей милой женушкой?

Глава 8. Да как ты смеешь...

Ивар зовет меня. Замираю. В его зове я улавливаю что-то черное и холодное. Отмахиваюсь от платка, который мне протягивает Гриза, и он сердито поджимает губы. Хочу проигнорировать мужа, потому что он меня обидел, но имею ли я право сейчас на капризы?

— Господин вас зовет, — шепчет Гриза.

— Я знаю, — раздраженно отвечаю я ей.

Я не могу понять, почему младшая чародейка меня так бесит. Я к ней всегда хорошо относилась и даже восхищалась ее даром. Например, свечи, которые она заговаривает, могут гореть разноцветными огоньками.

— Может, носик припудрите, миледи? — говорит Гриза, когда я встаю с кровати и шагаю к двери.

Я оглядываюсь.

— Нет, спасибо.

Мило улыбается, и я чую в ее вежливости подвох и лицемерие, которого раньше не видела.

— Гриза, у тебя дел нет?

Вышло слишком грубо. Я в подобном тоне никогда и никем не говорю. Торопливо покидаю комнату. Гриза ведь не виновата в том, что Ивар сорвался на мне. Вхожу в гостину и буквально задыхаюсь от миазмов животной ярости и человеческого гнева, что исходят от Ивара. А вот Вестар расслаблен. Только глаза у него с подозрительной поволокой.

— Сядь, Илина, — шипит Ивар, а его брат хлопает по софе.

— Иди сюда.

Я все же доверюсь мужу и его агрессии, поэтому сажусь в кресло. Что это за шнурок такой, если Ивар готов любой момент наброситься на брата?

— Ивар…

— У меня связь с младшей чаровницей Гризой, — переводит на меня тяжелый взгляд.

— Вот так номер, — охает Вестар.

— Что? — не чувствую рук.

— Вчера ты вернулась и застала меня с ней, — Ивар не опускает взора и не моргает. — После попыталась сбежать, и мне пришлось прибегнуть к помощи одного артефакта. Кристалл Забвения, Илина.

— Я… что? — голос у меня сиплый и подрагивает. — Это шутка такая?

— Видишь ли, я наивно полагал, что чародей, который создал этот артефакт, мне верен, однако… — недобро ухмыляется, — он еще и с моим братом ведет дела. И Вестар тут лишь для одной цели. Он явился меня шантажировать, а я к шантажу отношусь отрицательно.

Мысли слипаются в черный склизкий комок. Он не шутит и говорит правду. Пустья не помню его в объятиях Гризы и свой побег, но мне знакомо это чувство беспомощности перед супругом.

— Мой волк со всеми потрохами твой, Илина, но…

— Не мужское сердце, — ухмыляется Вестар.

— Замолчи… — шепчу я. — Милостивая Луна…

— Что же, — Вестар встает, небрежно подхватывает шубу и перекидывает ее через руку. — Ты свой выбор сделал, братец. Камушек на пути к Жрецам, — разворачивается в мою сторону, награждает легким поклоном и улыбается, — миледи.

Вальяжно и неторопливо выходит, а я уже и ног не чувствую. Я как кусок желе на кресле, и кажется, что я сейчас растекусь склизкой лужей на ковер.

А еще меня шокирует тот факт, что Вестар пришел к нам с тем, что знал о происходящем и попытался вывернуть ситуацию в своих интересах. Я бы приняла от него попытку скрыть от меня измену брата, помочь ему в таком отвратительном вопросе с загадочным артефактом из-за семейной солидарности, но не шантаж.

Я не знаю, что он потребовал от Ивара, но раз мой муж вызвал меня и при нем открыто сознался, то, вероятно, интересы гостя касаются меня. Как же мерзко.

— Почему… — никак не получается выровнять сердцебиение и голос. — Я же… Почему?

— У нас уже был этот разговор, — Ивар устало вздыхает. — Повторять я не буду.

— Как долго?

— Еще до встречи с тобой у нас уже были отношения, — откидывается назад и смотрит в сторону на окно, сквозь которые льется солнечный свет.

— Так долго? — едва слышно отвечаю я. — И все это время… Она всегда была рядом…

— Ей тоже было нелегко, Или, — хмыкает, — но она приняла ситуацию. Возможно, и тебе стоит?

— Что?

— Камень сам по себе жрецам ничего не даст, — вновь смотрит на меня. — Разобьют они его, вернут осколки памяти…

— К чему ты ведешь? — сжимаю кулаки.

Я все это время жила в иллюзии любви и счастья. Восторгалась талантами Гризы, была с ней приветливой и дружелюбной, а за ее улыбками она скрывала связь с моим мужем. Как можно быть такой пронырливой и хитрой гадиной?

— К тому, что ты должна оставить все как есть, — Ивар холодно улыбается. — Интрижки на стороне случаются, и Вестар сейчас делает ставку на твою гордость и глупую и наивную порывистость.

— Да как ты смеешь предлагать мне… — замолкаю на несколько секунд и продолжаю, — смириться с тем, что у тебя любовь с Гризой?

— И тем не менее ты в выигрышном положении, — Ивар смеется. — Разве нет? Ты моя жена, ты повысила свой социальный статус, — ухмыляется и едко добавляет, — Ты теперь леди. Мать Луна и мой зверь решили, что ты будешь со мной, Илина.

— Тогда они ошиблись… — цежу сквозь зубы. — Если ради истинной ты не готов был отказаться от других женщин…

— О, милая, если я начну отказываться от всего, что не по нраву моему зверю, то место мне в дикой стае, — рычит на меня, и ноздри у него раздуваются от гнева, — в грязи, блохах и прочем дерьме. Ты рядом со мной лишь потому, что без тебя он взбесится. Я понятия не имею, почему именно тебя выбрали! Тебе сарай в лесу подавай, мышей на ужин и бусы из зубов, а большее тебя не волнует. Да! У меня есть любовница, и она осталась рядом даже тогда, когда я привез тебя сюда босую! А тебя волнуешь только ты!