Рин Рууд – Измена. Право на истинную (страница 41)

Жрец подходит, наклоняется и едва слышно говорит:

— Это большой секрет.

— Я никому ничего не скажу, — горячо уверяю я.

— Помощника пекаря в булочной, — отвечает Жрец. — Раз в месяц Гриза выбиралась в город, забегала в эту булочную и гордо уходила с маковой булочкой.

Вглядывается в глаза и шелестит:

— Только не задавай мне вопроса, почему она поступила так, как поступила.

— Но почему? Если она была влюблена… Если она хотела быть с другим… Я не понимаю… Ивар ей тогда зачем?

— Золото, шелка и перспектива стать однажды Главной Чародейкой перевесили ценность маковых булочек.

— А теперь… — поднимаю взгляд. — Будет ли шанс для помощника булочника?

— Почему ты так за нее беспокоишься? Она хотела мужа у тебя увести.

— Все это случилось с его позволения, — хмурюсь. — Свечи лишь волка отвлекали, а сам он… не понимал, кто он и чего хочет.

— А сейчас понимает?

— Я вас про Гризу спрашиваю и ее булочника, — сердито отзываюсь я.

— Не знаю.

— Все вы знаете, — встаю на носочки и всматриваюсь в ехидные глаза. — А если не знаете, то в силах подтолкнуть их друг к другу.

— Возможно.

— Если вы тут решили раскрывать алчную ведьму с другой стороны, то давайте-ка раскопайте в ней романтичную особу, которая любит маковые булочки, — зло цежу я сквозь зубы.

— Посмотрим, — разворачивается и уходит, с хрустом костей потягиваясь.

Провожаю его взглядом и вздыхаю. Я бы была рада злиться на Гризу и записать ее во враги, но не могу. Даже после ее фокусов с письмами, сплетнями и оскорблениями в мою сторону. Разве можно быть доброй и хорошей, если ты сама себе отказала в счастье быть рядом с тем, к кому взывает сердце, ради сомнительных целей стать богатой и у власти? Если она саму себя предала, то к другим у нее точно не осталось симпатии.

— Ты действительно слишком много беспокоишься о чародейке, — раздается тихий и злой голос Ивара.

Глава 57. Спой мне

— А я должна сделать вид, что не было у нас в замке чародейки Гризы? — вхожу в библиотеку и торопливо поднимаюсь на второй ярус, чтобы оторваться от Ивара, который преследует меня.

— Но она и не подружка тебе.

— А кто-то, помнится, очень хотел, чтобы я стала ее подружкой, — подхожу к перилам и смотрю на Ивара сверху. — То, что Гризе стерли память, не значит того, что я обо всем забуду.

— Илина…

— И вся эта история раскрывается с новых граней, — усмехаюсь я. — Она тебя не любила. И была с тобой из-за твоего статуса и золота.

Ивар прячет руки в карманы. Он не хочет этого разговора, ему не нравится мой тон и он бы с удовольствием сейчас гаркнул на меня и вышел из библиотеки, но он не уходит.

— Вероятно, не любила, — соглашается Ивар.

— И смысл всего этого тогда?! — охаю я. — Ты ведь тоже, выходит, не любил ее!

— Что ты завелась?

— Я хочу понять, какого черта ты устроил тогда?! — рявкаю я. — Меня ты не любил, но и был ты с женщиной, к которой не было глубоких чувств!

— Что ты хочешь от меня услышать?

— Объяснись!

— Ты бы смогла оправдать мои измены, если бы я любил Гризу? — вскидывает бровь.

— Тебя же от меня аж тошнило!

— А вот это ты придумала, Илина, — повышает голос на полтона и сводит брови вместе. — Да, я был очарован Гризой. И я сейчас не про свечки говорю! С ней было легко! Рядом с ней меня ничего не беспокоило, не лезли мысли, не тревожили сомнения.

Сжимаю пальцы на поручни деревянных перил. Просыпается ревность и царапает сердце коготками.

— А с тобой мне сложно!

— Ах вот как?! Сложно ему! — кидаюсь к книжной полке и швыряю книгу, от которой он уворачивается.

— И стало куда сложнее!

— Ох, простите, Альфа, что я не хитрая ведьма, которая очаровывает милым голоском и свечки волшебные не лепит! — кидаю вторую книгу. — Вот урод!

— А мне и не надо, чтобы ты была ведьмой! Да! Мне страшно, сложно, и я растерян! — отскакивает от очередного снаряда и с отчаянием говорит. — Я хочу сейчас подняться к тебе, обнять, поцеловать и чтобы не было никакой Гризы!

— Но она была! — сжимаю кулаки. — Да и не в ней дело! А в тебе, Ивар!

— Я знаю, — поднимает взгляд. — И да, я не любил тебя и цеплялся за это равнодушие, потому что я думал… Думал, что так я смогу не утонуть, но я сейчас тону, Илина, и мне прошлого не изменить. И мне нравилось в Гризе то, что она могла убедить меня, что есть я, я и только я, а в твоих мыслях были мы. И я боялся это “мы”. “Мы” это больше чем “я” и глубже.

Роняю книгу, отворачиваюсь и оседаю на пол, привалившись спиной к перилам.

— И я не отпущу тебя. Ни зверем, ни человеком. Сбежишь, верну. Везде найду, Илина, чтобы ты была рядом. Я буду рад твоим истерикам, скандалам, презрению и обидам в ожидании того, что однажды ты меня позовешь…

— Если бы у нас был шанс разойтись, то все было бы проще…

— Я хочу быть с тобой. И мужчиной, и зверем. Я хочу быть твоим мужем, любовником, отцом твоих детей…

— А если ты опять ошибаешься? — едва слышно спрашиваю я и закусываю губы, чтобы не расплакаться.

И ведь уже неважно, ошибается он или нет. Я не хочу никуда убегать. Я хочу поверить Ивару, его словам и быть его женой, которую он любит и за которую он будет бороться против всего мира, потому что я его сокровище.

— Я не хочу тебя терять, — вздрагиваю, когда слышу тихий голос Ивара рядом.

Садится, берет мою руку и мягко ее сжимает, вглядываясь в глаза:

— Я бы хотел, чтобы все было иначе, Илина. Ты доверилась мне, без оглядки ушла со мной, ты была полна прекрасных наивных фантазий, которых я не оценил, а теперь я вновь хочу увидеть во снах твои мечты, призрачные и светлые видения и растворится в них.

Он не лжет и впервые открыт передо мной. Я могу нырнуть в его мысли, страхи и воспоминания.

— Именно этого я и боялся, — шепчет он. — Открыться. И я ни с кем не был таким, как сейчас.

Я касаюсь его мыслей, в которые вплетено сожаление. Он признает свои ошибки, которые привели к моей боли и разочарованию.

— Я не могу тебя оставить, — слабо улыбается он. — Не могу от тебя отказаться. И теперь разрыв связи никак мне не поможет, Или. Только смерть, но и призраком я буду преследовать тебя. Буду приходить в твои сны, следить из ночных теней в лесу…

— Да, Милостивая Луна! — раздается возмущенный голос Вестара, — сколько можно?! Сколько пустых слов! Вокруг да около! Что за словоблудие?! Ты этому в своих тупых книжках научился?! Это там любят мужики говорить, говорить, говорить и говорить!

Ивар сжимает мою руку и глухо рычит, прикрыв веки:

— Я тебя убью!

— Это я тебя убью! С особой жестокостью, если ты сейчас же не скажешь три, ежа тебе под хвост, простых слова! — голос Вестара вибрирует гневом. — Говори! Ты так вечность потратишь! Я тут уже почти родил с вами! Ладно я! Пожалейте Жреца! Он старый и у него колени больные! Сейчас весь рассыпется!

— Ты как меня заметил? А, маркиз?

— Это сейчас неважно! И тихо, мы их отвлекаем.

— Действительно.

Воцаряется тишина, в которой я слышу, как медленно и напряженно дышит внизу Вестар, который именно сейчас готов порвать брата на клочки.