Рин Дилин – История Древнего бога 2 (страница 5)
– Подменыш днём и ночью кричит, вот хозяева и устали… Разлад пошёл в семье.
– Так, ладно. С этим позднее разберёмся, – сердился Кот.
Хозяйский домовой открыл дверь, и они вошли в дом. На втором этаже в одной из комнат рядом с двуспальной кроватью к потолку была подвешена кроватка-зыбка. В ней кто-то ворочался и кряхтел, отчего люлька мерно покачивалась.
– Ты же говорил, что в этом мире нет людей, – прошептала Василиса. – Если там не ребёночек, тогда кто?
– Сейчас узнаем, – ответил Кот.
Все с любопытством заглянули в неё.
На белой кружевной подушечке, укрытый лёгким детским одеяльцем, лежал… не пойми кто. Размером с обычного младенца, существо было покрыто серовато–зелёной влажной кожей с бородавками, как у жабы. На руках и ногах между пальцами виднелись перепонки. Лицо его было круглое, с маленьким носом, огромным безгубым ртом, большие жабьи глаза выступали вперёд, а на голове вместо волос пушились тёмно-зелёные водоросли.
Существо посмотрело на гостей, вразнобой моргнуло большими глазами и закричало нечеловеческим голосом, широко открывая рот. От его пронзительного булькающего крика зазвенели стёкла в окнах и задрожали стены. Все бросились из дома, прикрывая уши руками и боясь оглохнуть.
– В Яви его крик звучит как обычный плач младенца, – сказал мужичок, когда все оказались во дворе, приходя в себя от увиденного.
Но даже здесь крик подменыша слышался всё равно очень громко. Шептуны оживились, и стали активнее раскачиваться:
– Опять плачет… сделай что–нибудь… сколько можно… – забормотали они с новой силой.
– Так как же ты, вымя бешеной коровы, русалку в дом к себе впустил?! – грозно надвинулся на мужичка Кот, засучивая рукава рубахи и давая понять, что его сейчас будут бить. – Где ж твои глазоньки-то были?! А?! Я тебя спрашиваю! Развёл в хозяйстве бардак, а мы расхлёбывай?!
Мужичок испуганно мигнул и исчез.
– Прятаться вздумал?!! – прорычал, выходя из себя Кот, принимая
Шептуны в испуге испарились со двора. Мужичок появился и бухнулся Коту в ноги.
– Не казни, барин! Не виноват я! – завыл он. – Старшой хозяйский сынок домой какую–то книжицу притащил и как давай меня тиранить! Я уж думал всё, со свету меня сживёт, пакостник мелкий!
– Какую ещё книгу? – заинтересовался Кот.
– Так вот она, – мужичок перестал выть и протянул Коту небольшую книгу в чёрном кожаном переплёте. – Всё пытался у меня про какой-то клад выведать. Измывался надо мной, заклинания из неё использовал, я аж себя помнить перестал. А когда очнулся, вот что с хозяйством моим стало! Полон двор шептунов и подменыш в люльке!
Кот принял обычный вид и стал рассматривать книгу.
– Не наша. Тут всё на чёрной магии замешано. И откуда он её только взял, интересно? Фолиант-то древний, такие в книжном магазине не продаются, – рассуждал домовой.
– Кот, а это что, русалка что ли? – спросила Василиса, тыча пальцем в сторону дома, из которого по округе разносились крики нежити-подменыша.
– Не совсем. Это ребёнок русалки. Или навки, кому как удобно, тот так и называет, – объяснил Кот, сунув опасную книгу в подмышку. — Вот ты знаешь, что русалками становятся девушки-утопленницы, так? И то, что есть ещё водяной? Ну, так вот, такие «крикуны» – это их дети. Русалки заменяют своими детьми человеческих младенцев, а осенью, когда они подрастут, забирают их обратно.
– А младенцы?
– Что – младенцы?
– Ну, что с ними происходит? С теми, что русалки забирают?
– А, ничего не происходит. Русалки оставляют их себе, выкармливают червяками да слизнями. Тело этих детей покрывается бородавками и водорослями, и они тоже становятся нежитью.
– Ф-фу-у! Гадость какая! Червяками кормят! – девочку передёрнуло от отвращения.
– Ну, это-то понятно, – вмешалась Аой. – А что делать-то будем? Как ребёнка вернуть матери?
Кот в раздумии почесал голову.
– Нужно найти русалку, которая совершила подмену, и требовать обмена обратно, угрожая убить её детёныша. По крайней мере, так легенды говорят.
– А как же мы её найдём-то? – недоумевала Настя. – Где они здесь у нас вообще водятся?
– Первые три дня после подмены русалка ходит к своему чаду, кормит его. А потом всё, приходит только тогда, когда забирать пора наступает. Только человеческий младенец к тому времени уже безвозвратно становится нежитью.
– Зачем вообще они подменяют детей?! – в сердцах воскликнула Настя. – Своих бы и кормили червями да слизнями!
– Если их новорождённые питаются человеческими страданиями, то быстро растут и становятся очень сильной нежитью, – Кот повернулся к мужичку. – Сколько дней прошло с момента подмены?
– Не знаю, много уже, – развёл руками тот. – Говорю же, не в себе я был. Потом пока-пока это только в себя пришёл… неделя где-то, не меньше.
– Поздно. Теперь ищи ветра в поле! – пробурчал Кот. – Не найти нам её уже…
– Барин! Попытайся! – снова бухнулся в ноги домовому мужичок. – По гроб жизни тебе обязан буду!
– Да встань ты… – недовольно скривился Кот. – Думаешь, я не хочу мальца вашего вернуть? Но это всё равно, что иголку в стоге сена искать.
– Может, у бабушки в книгах что-нибудь найдётся? Жалко ребёночка-то… – распереживалась Василиса.
– Ладно, идёмте домой, – дал указание Кот и обратился к мужичку. – Книгу эту я забираю, нечего ей тут валяться. Так что никто тебя больше тиранить не будет. Но ты следи за подменышем, глаз с него не спускай. Вдруг его мамаша объявится, чадо своё навестить. Пришлёшь шуни тогда.
– Сделаю, барин, – поклонился мужичок.
По угрюмой деревенской улочке Сумеречного мира команда отправилась домой. Убежавшие со двора шептуны жались между кустов, но всё же далеко от него не отходили.
Василиса держалась за сестру и тревожно озиралась по сторонам.
«Всё же ей ещё рано постигать эту науку», — размышляла Настя.
– Я думаю, нужно ещё и мальчика найти, который эту книгу домой принёс, – поделился мыслями Акира, нарушая молчание. — Неплохо было бы узнать, откуда он её взял.
«Или кто ему её дал», – он всё больше склонялся к идее, что вся эта история – дело рук Морока.
– Я знаю его, – обнадёжила Василиса, – это Мишка. Мы с Аой его можем поискать и расспросить. Он в последнее время с утра до ночи на улице пропадает.
– Добро, – согласился Кот. – Хотя я, по-моему, знаю, чья это книга.
Домовой жестом остановил кицунэ, которая первой подошла к калитке их дома и уже собралась её открыть:
– Постой. Я открою проход в Явь.
Он распахнул калитку и, стоя в проходе, пропустил всех мимо себя.
Они сразу оказались в залитом ярким солнцем дворе с щебечущими птицами в ярко-зелёных кронах деревьев. Солнечный свет и звуки бурлящей вокруг жизни так внезапно обрушились на Настю, что в первое мгновение она замерла, зажмурившись, словно ударенная пыльным мешком по голове.
«И всё же как хорошо очутиться дома!» – она быстро пришла в себя и чувствовала, как холод от страха перед Сумеречным миром покидает её, и тело радостно вбирает в себя животворное тепло солнечного света.
– Ты знаешь, откуда могла эта книга взяться? – спросил Акира домового, который закрыл калитку вместе с проходом и принял кошачью форму.
Фолиант с заклинаниями был отправлен Котом в собственные «великие закрома».
– Был когда-то в этих местах один маг-чернокнижник, – рассказал он, когда все расселись за столом на веранде, – жил он на мельнице. Как сейчас помню, Янушем его звали. Моя хозяйка, Марина, тогда ещё совсем молоденькая была, чуть постарше Насти.
Повадился этот Януш приворотными зельями да порчами умы местных баб смущать. Лихие дела начали в деревне твориться. Вот тогда-то я, Марина да Пелагея с Митричем против него и выступили. Пришли вечером на мельницу, чтобы просто поговорить, а он сразу за боевые заклинания схватился. Всю ночь бились. Сильный оказался, паскуда, по старым книгам ученный. Но ничего, мы тоже не из носа достаты и пальцами скатаны – сдюжили всё же.
Рано утречком собрал чернокнижник узелок и отбыл в неизвестном направлении. С тех пор на мельнице не появлялся. Люди потом поговаривали, что он в Москве осел, магический салон открыл. Так вот, я думаю, что эта книжица с мельницы и есть. Не всё тогда он с собой смог за раз забрать.
– Думаешь, стоит сходить туда? – спросила Настя, и Кот кивнул в ответ.
– Я туда не пойду! Ребята говорят, что там черти водятся! – испугалась Василиса, ещё не готовая после знакомства с шептунами снова сталкиваться с незнакомой нечистью. – Мы с Аой лучше Мишку разыщем и расспросим.
– Добро, – кивнул домовой. – Тогда прямо сейчас и идём. Вечером-то на мельнице, и правда, делать нечего, уж больно сильно пропитана чёрной энергией. Всякое может встретиться.
Аой провела у себя над головой и обернулась девочкой одного возраста с Василисой.
– И мы тогда пошли, – сказала она, беря девочку за руку и направляясь к калитке.
Василиса невольно замерла перед ней и нерешительно потопталась на месте, оглядываясь на Кота.
– Иди-иди, не бойся. Проход в Сумеречный мир я закрыл, – подбодрил тот.