Принцесса отдернула руку. В воздухе сверкнуло что-то маленькое и с металлическим звоном упало на пол.
Девушка отшатнулась.
– Мне пора, – прошептала она.
– Инесса, что…
– Сохрани ее! – слетели с губ принцессы полные горечи слова, и она убежала.
Фокс наклонился. Дрожащими руками поднял маленькую заколку, оставленную Инессой, – силуэт лисицы, усеянный крошечными кристалликами.
Когда она закончила свой рассказ, принцесса Инесса и лорд Фокс молчали. Лорд Кален ушел проведать даанорийских солдат, а Халад вернулся к своей работе и теперь сидел, прилежно склонившись над станком.
– Принцесса Инесса хорошо о тебе позаботилась, Фокс, – пробормотала Темная аша. – В кои-то веки ты похож на солдата. Королевская униформа вместо потрепанных рубашек и брюк, которые ты так любил.
– Я не знала, что на том приеме ты видела нас, – прошептала принцесса с раскрасневшимися щеками.
– Меня это не касалось.
– Зато меня касался твой уход, и ты это знала. – На лице лорда Фокса не отразилось ни одной эмоции. – Ты воскресила монстров, потом захватила королевство, а теперь выступаешь против народа Инессы. Все это по-прежнему касается меня.
Избегая его взгляда, Темная аша опустила голову.
– У меня не было выбора.
– Не было выбора? – Его голос звучал спокойно, однако слова резали подобно ножу. – У тебя он был, но ты ушла, не оставив выбора мне. Ты закрыла от меня свои мысли, а я многие месяцы терпеливо ждал, потому что был дураком и думал, что хорошо тебя знаю. Так что не надо мне тут говорить про выбор, когда сама ты лишила меня его.
– Потому что ты не поверил мне! – с дрожью в голосе ответила она. Аша еле сдерживала слезы, слова давались ей с трудом.
– Старейшины сказали…
– Старейшины сказали! – выкрикнула она. – Старейшины сказали! Именно! Эти старейшины – трусливые лгуньи, а ты предпочел их слова моим!
– Я видел тебя, Тия. – Его маска равнодушия дала трещину, и у меня сжалось сердце от того, сколько боли прозвучало в его голосе. – Я видел, как ты убила ее.
Девушка задрожала.
– Я не убивала. Я не могла.
– Ты тоже не веришь мне. Не доверяешь мне, Тия. Потому что даже рядом со мной ты удерживаешь между нами руну Вуали.
– Нам с Инессой тут не место, – тихо отозвался Халад.
– Нет. Время секретов прошло. – Костяная ведьма сжала кулаки, приготовившись и одновременно страшась следующей битвы. Затем быстро закрыла глаза и расслабилась. Между ними завибрировали невидимые волны магии, которые мгновение спустя рассеялись. Лорд Фокс вздрогнул от удивления.
– Ее больше нет. – Послышался странный всхлип – необычно и печально было то, что он исходил от нее. – Я не знаю. Я не помню. В памяти только крик, но даже сейчас я не помню, кому он принадлежал: мне или ей. До сих пор я просыпаюсь по ночам и кричу, оттого что вижу кровь на своих руках. И она не исчезает – не помогает ни мыло, ни щетка. Ты можешь обвинить меня лишь в ее смерти. Если я и убила ее, то вскоре поплачусь за это. Но что бы тебе ни говорили, я больше никого не убивала. Клянусь могилой Калена, Фокс. Я не рассказывала тебе, потому что ты ненавидел меня, не доверял – и потому что, узнай ты обо всем, они бы выгнали и тебя тоже. Не отрицай, ведь это правда. Долгое время я ненавидела себя. Можно ненавидеть другого и все равно продолжать его ждать, а я не хотела, чтобы ты ждал меня. Мой уход означал, что я буду жить, что ты будешь жить. Но и этого недостаточно. Я не могу позволить тебе жить наполовину, Фокс. Вы с Инессой этого не заслуживаете. Потому я призвала дэвов, чтобы претворить свои планы без тебя, поскольку знала: ты меня остановишь. Клянусь могилой Калена. Клянусь.
Мужчина смотрел на нее глазами, столь похожими на ее собственные. Словно мог одним взглядом проникнуть в ее душу и отделить правду ото лжи.
– И что же это за планы? – тихо спросил он.
– Я не хочу воевать с Одалией или Кионом. Моя война касается старейшин и Дрихта. Я пробуду в Даанорисе еще несколько дней, оставив город в целости и сохранности. В доказательство своих честных намерений я не трону остальных аш. После того как я покончу с королем Аадилом, они больше не будут иметь для меня никакого значения. Инесса, отзови свою армию, отправь ее домой. У моих мертвецов от твоих солдат только боль в животе.
– Возвращайся с нами, Тия, – уговаривал мужчина. – Мы сможем поговорить с императрицей Аликс. Микаэла все поймет.
– Императрица Аликс и леди Микаэла – это еще не весь Кион, Фокс. Больше нет. Меня привлекут к суду за мои преступления и публично казнят на глазах у всего мира. Фокс, я зашла слишком далеко. Другого наказания мне не будет, что бы там ни говорила Микаэла, Зоя или кто-либо еще. – Стоящая рядом с ним Инесса оцепенела, ее страх можно было потрогать рукой. – А когда я умру, вместе со мной умрешь и ты.
– Но если ты погибнешь в войне с Дрихтом, то я тоже умру. Так какая разница?
– А разница в том, что здесь у меня больше шансов. – Костяная ведьма встала, в ее руке сверкнул нож. Она полоснула лезвием по пальцу, и на коже выступили капли крови. – Если в их горах я обнаружу то, что ищу, ты выживешь, Фокс. Или ты забыл об еще одном заклинании из книги Аены, которое запретил мне использовать?
Она подалась вперед и прижала окровавленный палец к щеке своего потрясенного брата. Я увидел, как маленькие ранки на его лице и руках затянулись и исчезли.
– И я воспользуюсь им, Фокс. Ты будешь жить. Независимо от того, как я умру.
– Хочешь, чтобы я их усыпила?
– Это самый быстрый способ.
Испытав сначала горечь разочарования, вызванного безразличием Калена, будто между нами ничего важного не произошло, я после поклялась себе, что ничем не выдам своих эмоций.
– Людьми без стеклянных сердец сложнее управлять.
– Их всего двое.
– Знаешь, для человека с твердыми принципами относительно принуждения ты довольно спокойно относишься к принуждению других.
– Значит, для тебя я ничем не отличаюсь от дворцовых стражников? – спросил Кален.
Я взглянула на него, но он уже обращался с вопросом к Халаду:
– Ты уверен, что сможешь его найти?
Юноша поправил на носу очки.
– Абсолютно. Если кузнец где-то в городе, я определю его местонахождение.
– Мы с Зоей останемся здесь, – заговорила Шади, – и немного осмотримся.
– Это не опасно? – встревожился Лик.
– Вряд ли мы вызовем подозрения, – с улыбкой ответила ясноокая аша, – но в случае чего я смогу защитить себя. Тем более со мной будет Зоя.
– А где принцесса? – спросил Фокс.
Зоя откашлялась.
– После нашей военной операции против саурва она все время находится под неусыпной охраной. Не думаю, что ей стоит идти с нами, кроме того, большую часть времени она проводит с императором Шифаном.
В сознание брата словно змея прокралась ревность.
– Фокс, оставайся во дворце, – предложила я. – Нельзя оставлять принцессу с людьми, которым мы не доверяем, – уж тем более с ее женихом. Она сказала ему, что ты – ее охранник. А какой охранник станет покидать дворец без своей подопечной?
Было видно, что в душе Фокс разрывается.
«К тому же, – добавила я, – вам есть что обсудить».
– Я не могу отпустить тебя без своего присмотра.
– Я позабочусь о ней, – тихо вызвался Кален.
Мужчины обменялись взглядами. Между ними установилось молчаливое понимание, после чего Фокс неохотно кивнул.
– Чтобы ни один волосок с ее головы не упал, – предупредил он.
– Я и сама могу прекрасно о себе позаботиться, – возразила я.
– Как скажешь, – ответил Кален.
Прогулка по городу внезапно принесла блаженное облегчение. Защитный барьер по-прежнему не давал мне возможности установить связь с ази, а когда Кален применил некоторые из своих рун, они вышли вполовину слабее должного – как выяснила Зоя в наш первый день в Сантяне. Однако это было лучше, чем ничего. Я нарисовала руну Принуждения и задержала ее на несколько секунд, наслаждаясь ощущением.
Попытка подчинить того, у кого нет стеклянного сердца, походила на погружение под воду против течения, и все это усложнялось слабой мощностью рун. Я медлила – в воздухе, с трудом сохраняя свою форму, повисла половинка символа.
– Тия? – прошептал Лик, когда стало ясно, что сопровождающие нас стражники продолжают шагать по своей воле.
Я по-прежнему не торопилась.
– Что случилось? – тихо спросил у меня Кален.
