Римма Пикалова – Братья судьбы: перерождение в мире магии (страница 3)

Я прогулялся мимо торговых мест, прикупил специи, лук, морковь, раздобыл немного зелени и рыбы. Кролика я тоже нашёл. Живого. Любезная женщина продала мне его за полцены, объясняя этот поступок тем, что она не способная на убийство животного. Как хорошо, что я способен! Я схватил за шиворот хвостатого и одним махом отрубил кролю голову. Кровь с этого маленького тельца сошла быстро. Обрубив ему конечности, я освежевал тушку прямо на улице. Затем обвалял мясо в соли и заботливо обернул его чистой тканью.

– Дело за малым. Осталось найти чан, – с задором в голосе произнёс я, пока бывшая хозяйка поминала зайку.

С очередной поставленной задачей я справился оперативно. Вломившись на кухню какой-то близлежащей забегаловки, я пригрозил повару жестокой расправой, если он не передаст мне в распоряжение свой котелок. Конечно, мужчина сразу же поднял руки в знак своей капитуляции и сдал мне помещение в аренду за щедрую плату. Да-да, я заплатил ему. Не мог иначе. Я, возможно и внушаю страх людям, но я не убиваю их без весомого повода и уж тем более не граблю. Эта работа – его хлеб. И я с лихвой компенсировал ему эту небольшую потерю клиентов большим количеством денег. Было убито три часа на это произведение искусства, но я остался доволен. И хоть это блюдо не вышло у меня так же вкусно, как у моей матушки, я съел всё до последней капли. Теперь, когда сыт, я готов горы свернуть.

Как раз, когда я вышел из таверны, Эрагон, мой ручной ворон, принёс мне новые вести. Я услужливо подставил руку для приземления своего друга.

«Это от родителей!» – сразу отметил я, опознав печать своего семейства.

Дорогой наш сын, Леон. Хотим поделиться с тобой благой вестью. Твоя сестра Сара жива! Мы вот-вот встретимся с ней. Наконец-то наша семья воссоединится, и мы снова будем счастливы! Надеюсь, что у тебя всё хорошо.

Целую. Люблю.

Твоя мама.

Лёгкая улыбка коснулась моих губ.

– Спасибо! Отличные новости, мой друг! – поблагодарил я ворона, который продолжал сидеть на моем предплечье.

– Ка-а-а-р! – словно понимающе дала ответ птица.

Я прикоснулся ладонью к чёрному, как смоль, оперению и погладил пернатого. Тот довольно прикрыл глаза, явно получая удовольствие.

– Ка-а-а-р! – резко прервал момент тишины ворон.

И тут же ловким и молниеносным рывком выудил за торчащий хвост рыбину из тряпичной сумки, висящей у меня на поясе. Я сам недавно сшил её. Эта наглая птица одним махом проглотила добычу и тут же взмыла в небеса.

– Вообще-то она тебе и предназначалась, глупый воришка! Можно было просто попросить! – выкрикнул я в ответ, задорно смеясь. Эрагон ещё немного покружил над моей головой, а затем отправился в дальний путь, обратно на юг, к моей семье.

Я не пишу письма матери, хоть мы и не виделись уже много лет. Не люблю рассказывать ей о своих приключениях. Её всегда расстраивают мои способы достижения целей. Её огорчает моя жестокость. А после того, как наш дом в ту ночь сгорел дотла вместе со всеми тёплыми и нежными воспоминаниями о детстве, я перестал отвечать на её письма даже простой фразой «Я ЖИВ». Она понимает это, потому что мой ворон прилетает к ней каждые несколько дней и терпеливо ждёт момента, когда ему снова выдадут очередное почтовое поручение. Пока Эрагон возвращается к ней пустым – я жив. Мать об этом прекрасно знает.

Я провожал взглядом своего друга. Когда он слился с облаками, я вернулся в реальность, и мой юношеский задор меня покинул. Пламенное солнце с каждой минутой всё больше и больше плавилось, растворяясь на линии горизонта. «Дело близится к ночи. Пора отправляться на позицию», – подумал я, настраиваясь на негативный лад.

Глава 4

Данатес

Узнать место обитания этого щенка из семейства Груберов не составило особого труда. Пара десятков пересчитанных зубов, несколько разбитых носов, равное количеству трупов, которые я оставил за собой. Поиск информации – одно из моих любимых занятий, не считая сражений. И сегодня мне в очередной раз придется сразиться и победить! Иного исхода быть не может! Воспоминания нахлынули внезапно, застилая разум пеленой.

С раннего детства я проявлял маниакальную одержимость изучением всех видов оружия ближнего боя. Тренировался с утра до ночи, совершенствуя свои навыки владения мечами, кинжалами, топорами и другими видами холодного оружия.

– Сын мой, ты не можешь проводить столько времени за тренировками. Тебе нужен отдых, – с беспокойством говорила моя мать.– И как же другие занятия?

– Маму-у-уль, что касается отдыха, то мы это уже обсуждали. Я полон энергии! Поэтому делаю всё, чтобы стать сильнее. Я должен быть готов ко всему! – отвечал Данатес, не прекращая своих упражнений. – А что касается других занятий, то я поглядываю на старую лютню, которая висит на стене. Я уже в состоянии сыграть пару мелодий?– поинтересовался мальчик. «Только так я смогу достичь своих целей и стать непобедимым! А заодно кайфовать на полную катушку в этом уникальном мире, чтобы ни одна гнилая душа мне не помешала!!!» – мысленно закончил свой монолог.

Родители с тревогой наблюдали, как я всё больше наслаждаюсь свой одержимостью к становлению силы и совершенства. Они уговаривали больше времени уделять отдыху и другим интересам, но я был непреклонен.

«Я должен стать лучшим во всём: в магии, в бою, в познании мира, в алхимии. Только так я смогу изменить этот мир! Энчантами и харизмой, если потребуется! Я должен быть готов!» – размышлял я, оттачивая свои навыки ежедневно.

Отец с матерью переживали. Ведь я всё больше отдалялся от них, от обычной жизни, погружаясь в свою одержимость совершенствованием. Они пытались вразумить меня, но все попытки были тщетны. Я был непоколебим в своем стремлении к силе и независимости!

Эта пелена быстро исчезла. Так же внезапно, как и появилась. Я услышал голоса. Ночь почти скрыла город под своим покровом, освещая путь каждому страннику мириадами звёзд. Эти маяки вселенной сейчас были едва ли заметны, но уже через пару десятков минут они засияют во всю мощь, словно россыпь бриллиантов.

Моя потенциальная цель двигалась впереди колонны. Я не стал прятаться как крыса. Наоборот, я вышел из тёмного переулка прямо на середину улицы и приготовился к встрече. Меня заметили не сразу. Шеренга, движущаяся клином, что-то бурно обсуждала. Их глупый смех быстро утих, когда они в прямом смысле слова наткнулись на меня.

– Кто ты!? – подал голос их кондотьер.

Лукавая улыбка коснулась моих губ. Обожаю, когда мне задают это вопрос.

– Я тот, кто несёт смерть, – равнодушно ответил я.

Глупцы за спиной Остина в очередной раз громко рассмеялись. Они ещё даже не представляют, что их ждёт в ближайшем будущем. Я тоже рассмеялся, поддерживая мотив веселья. Я в предвкушении. Я, конечно, не маньяк, но жажду свежей крови.

Грубер младший первым обнажил клинок. Наверное, это его первая и последняя фатальная ошибка! Когда он медленно приближался ко мне, размахивая оружием по кругу, а затем крест-накрест, я лишь усмехнулся:

– Ты правда думаешь, что сможешь запугать меня этим?

– Мне не нужно тебя пугать! За твою дерзость я убью тебя! – последовал ответ.

«Что? Опять?» – прорычал я сам себе своей голове.

– Удачи, – усмехнувшись, бросил я.

Когда Остин сделал первый выпад, я, даже не напрягаясь, смог уклониться. Когда он напал во второй раз, мой меч был уже в полной боевой готовности.

– Маленький хлипкий клинок против большего и крепкого меча. Не равные силы. Согласен? – слетел вопрос с моих уст.

– Ты предлагаешь поменяться? – съязвил мужчина.

– Я предлагаю бой на кулаках!

Грубер сглотнул нервный ком. Я видел это. Ему страшно. Он знает, что в честном бою ему меня не одолеть. Но упасть в грязь лицом перед своими подчинёнными он не мог, поэтому согласился. Но когда я сложил своё оружие и приблизился к нему, он бросил мне в лицо горсть снега и пошёл в очередную атаку, не оставив оружие в стороне. «Обман. Кругом обман», – подумал я. Мой внутренний демон злился, но я всё ещё был в силах его контролировать.

Да, у меня есть собственный карманный демон. Он подпитывает меня магическими силами, когда мне это нужно. Взамен он безнаказанно буйствует, орудуя моей плотью, как маньяк в минуты, когда моя злость доходит до точки кипения.

Оппоненту удается ранить меня. Тонкое остриё его оружия наносит не значительные, но ощутимые повреждения. Кровь тонкой струйкой сочится из раны на левой скуле. «Останется шрам», – подумал я, попутно предпринимая ответные действия. Когда Остин снова замахивается для очередного удара, я голой рукой перехватываю его клинок. Вижу недоумение на его растерянном лице и радуюсь.

– Не ожидал? – с ухмылкой произнёс я, поджигая холодный металл в своей ладони.

Перепуганные лица его союзников будут жить в моей памяти, как новоиспечённая фотография. А страх, исходящий от человека, стоящего напротив, будет тешить моё эго до скончания дней. Его или моих? Я ещё не решил.

– Ты, глупый мальчишка, решил бросить мне вызов, даже не удосужившись узнать обо мне хоть что-то? Бестолковый идиот! – зло рычал я, пока мой лик подсвечивало пламя.

– Да кто ты, мать твою!? – его голос дрожал.

– Я тот, кто отрубил голову твоему безумному папаше! – яркие искорки гнева плясали в моих глазах.

– Я убью тебя! – во всю глотку яростно прокричал мужчина.