Римма Кульгильдина – Вампирам здесь не место (страница 3)

Малинка сидела на полу и, обнимая Агнессу, слегка покачивалась из стороны в сторону. Они выглядели словно внезапно осиротевшие сестры. Тонкие пальчики феечки нежно массировали затылок всхлипывающей Агнесс. А когда Малинка посмотрела на вошедшего в комнату Даньку, рука его дрогнула. По щекам девушки текли слёзы. В этот момент в голове Даниила словно лопнула струна, резко и больно. И навалилась пустота.

– Феликс? – хрипло спросил он.

Малинка кивнула.

– Мы больше не чувствуем его.

Агнесс зарыдала ещё сильнее, вцепившись в плечи феи, сминая в кулаках ворот шёлковой блузки. Данька присел рядом с девушками.

– Выпей. Выпей, пожалуйста.

По-детски шмыгнув носом, Агнесс повернулась и взяла протянутый стакан. Данька не отпустил его и продолжал поддерживать со своей стороны, видя, как дрожат пальцы его строгой начальницы. Зубы стучали о стекло и далеко не с первого раза ей удалось сделать глоток.

– Какая гадость, как он это пил? – сморщившись проговорила Агнес, а потом глубоко вдохнула и медленно выдохнула. – Но работает. Спасибо, Даниил.

Уже более спокойно она сделала второй глоток. А потом зажмурившись и не отрываясь выпила весь стакан.

– Фух! – выдохнула она и прикрыла пальцами рот.

Агнесс встала с пола, попутно ободряюще похлопав Малинку по плечу и одёрнув юбку, ещё раз глубоко вздохнула и выдохнула.

– Закрывайте портал, ребята. И не уходите сегодня домой, останьтесь здесь. А я попробую узнать, что с нами теперь будет.

Даня стоял за стойкой и меланхолично натирал чистые бокалы. Зал был пуст. Портал заблокирован. А на двери, что вела на улицу, понуро висела табличка «Закрыто». Малинка погасила в кофейне свет, оставив только подсветку над стойкой, и сидела на высоком стуле напротив. Они молчали. Каждый думал о своём. Девушка ожесточённо выстукивала рваный ритм, а Даниил пытался унять тупую боль в затылке.

– А почему мы решили, что он умер? – внезапно спросил Данька.

Малинка перестала стучать пальцами по столешнице и с удивлением посмотрела на парня.

– Потому что пропала связь? А это бывает только в одном случае, – пояснила она.

– Нет, нет. Подожди, – силясь не упустить мелькнувшую мысль, перебил её Даня и даже зажмурился. – Погоди. Я, конечно, всех вот этих ваших заморочек не знаю, но смотри… А если, ну, предположим, только не говори с ходу, что такое невозможно… Что если есть такие места, где подобная связь прерывается. Ну, знаешь, как у телефонов – слепая зона покрытия. Вдруг есть такие места?

Даниил открыл один глаз и с опаской посмотрел на Малинку. Та сидела открыв рот. Даня открыл второй глаз и заторопился сказать всё, что думал, пока не остановили.

– Почему мы сразу решили, что он погиб? Феликс, конечно же, косячил в последние дни по-всякому, но он опытный путешественник. Да и вообще древний же как не пойми что. Не мог он просто взять и помереть. Блин, Малинка! Очнись! Не верю я в это! Хоть что делай, а не верю. Надо искать его. Как это у вас делается-то?

Малинка резко крутанулась на стуле, соскочила с него и понеслась в темноту кофейни.

– Агне-е-сса!

Данька обогнул стойку и помчался следом за ней.

Распахнув дверь в кабинет, они ввалились к Агнесс и были остановлены на пороге ледяным взглядом своей начальницы.

– Есть такие места, где может прерываться магическая связь? – выпалила Малинка.

– Мы думаем, он жив! – одновременно с ней крикнул Даниил.

– Да. И да, – спокойно ответила Агнесса.

От её фигуры привычно веяло холодом, и Данька мысленно возликовал. Видеть растерявшуюся и рыдающую Агнесс было страшно. Как будто мир рушился, хотя так примерно всё и было. Мир, ставший для него уже привычным, трещал по швам. А ведь всё так безобидно начиналось, Феликс всего лишь начал совершать ошибки. Одну за другой, как будто его кто-то проклял.

– Но сначала нам надо проверить очевидную версию. Кто-то сильно хочет нас убедить в этом. Мы подыграем, – задумчиво проговорила старейшая напарница Феликса. – И ребята. Никто из вас на улицу не выходит. Ни сегодня, ни завтра. Особенно это тебя касается, Даниил.

Данька кивнул.

– Мы в осаде? – деловито уточнила Малинка.

– Да, – покачала головой Агнесс. – На территории кофейни мы защищены законом, магией и охранными амулетами. Идите. С Жужей я уже связалась, ждём новостей.

Ребята вышли из кабинета, и Малинка плотно прикрыла за собой дверь. Но не успели они пройти и двух шагов, как услышали глухой стук об стену.

– Канделябр, – со знанием дела прокомментировала Малинка.

– Что «канделябр»? – не понял Даня, дёрнувшись на ещё один такой же глухой звук.

– Кидает. В стену. Когда она размышляет о чём-то, и мысли эти её злят, кидаться канделябрами самое милое дело. – Малинка прыснула, увидев, как вытянулось лицо у её напарника. – Я не шучу. Ты просто ещё не видел её в гневе.

– Я не хочу это видеть, – потрясённо ответил Даня и, развернувшись на пятках, быстро ушёл в зал.

– Что такое «жужа»? – спросил он, снова обосновавшись за любимой барной стойкой.

– Не «что», а «кто». Ты видишь его каждый день. Это мусорщик, – Малинка устроилась напротив. Стрекозьи крылышки снова весело трепетали у неё за спиной.

Даня прикрыл глаза. Похоже, сегодняшний день бьёт рекорды по самым необычным новостям.

– Мусорщик?

– Угу.

– И с ним Агнесс связалась, чтобы узнать про Феликса.

– Ну да.

– С мусорщиком?

– А что в этом необычного? – удивилась Малинка, болтая ногами. – Гильдия мусорщиков самая большая и обширная во всех мирах. И самая уважаемая, кстати. Ну, негласно, конечно же. Никто не хочет с ними ссорится, потому что у них самый жёсткий профсоюз. Обидел одного мусорщика – задел всю гильдию. А так они же везде вхожи, всё видят, всё замечают. И запоминают. Если нужно кого-то найти, то лучший и самый быстрый способ – спросить мусорщика. Они как-то там своими способами передают нужную информацию. Не знаю как именно. Никогда не интересовалась. Но узнать, в какой мир ушёл тот, кто тебе нужен, или даже следить за его перемещениями, лучше всего с помощью гильдии.

– М-да, дела, – протянул озадаченно Даня.

– Ты просто не так уж долго здесь работаешь. Покрутишься с моё, ещё и не такое узнаешь.

– А почему Жужа?

– Ой, – махнула рукой Малинка. – У них такие сложные многоярусные имена, не только запомнить – выговорить невозможно.

Глава вторая

Жужа пришёл поздно вечером. Зашёл, как обычно, со стороны подворотни. Малинка говорила, что мусорщики никогда не заходят с улицы, только через порталы перемещаются.

Молча пересёк тёмный зал. Взобрался на высокий барный стул и дважды постучал пальцем по стойке. Малинка кивнула Даньке, чтобы сгонял за Агнесс, а сама метнулась к бутылкам и без слов налила в широкий стакан с толстым дном рубиновое пойло, смачно пахнущее дубовой бочкой. Ровно на два пальца.

Жужа выпил залпом, крякнул и утёрся рукавом. В этот момент в зал быстрым шагом вошла Агнесс и встала рядом с Малинкой. Даня молча прошёл чуть дальше за стойку и притулился в углу.

– Его нет нигде, – погладив длинную, заткнутую за пояс бороду, сказал мусорщик. – Ни в один из связанных силой миров он не проходил. Но из этого мира ушёл.

– Сколько мы тебе должны? – не изменившись в лице, спросила Агнесс.

Жужа помолчал, продолжая наглаживать бороду.

– Гильдия не возьмёт с вас ни денег, ни услуг.

После этого он слез со стула, подхватил приготовленный мешок с мусором и вышел за дверь.

– Первый раз слышу, чтобы Гильдия что-то делала бесплатно, – потрясённо прошептала Малинка, прижав ладошки к щекам.

– И что это значит? – настороженно поинтересовался Даня.

– Мы в жопе, – хором ответили девушки.

Даже когда Жужа ушёл, Агнесса не сдвинулась с места. Она так и стояла столбом, опираясь на стойку бара, кусая губы и бессмысленно разглядывая свои пальцы. Малинка смотрела на неё, и с каждой секундой взгляд феечки становился всё более и более беспомощным. Казалось, ещё немного, и она заревёт в голос. Данька решительно тряхнул головой, сдунул чёлку и выбрался из своего угла. Подойдя к Агнесс, он твёрдо положил руку ей на плечо. Вампирша вздрогнула и словно очнулась.

– Что будем делать, Агнесса? – спросил Даня, не убирая руку с её плеча, словно поддерживая свою ледяную начальницу. – Теперь ты босс. Пока не вернётся Феликс.

– Если вернётся, – всхлипнула Малинка.

Даниил помедлил с ответом, словно раздумывая или прислушиваясь к себе.