Рик Рубин – Из ничего: искусство создавать искусство (страница 7)
Зайдите в музей изобразительного искусства. В основном вы увидите картины на холстах, в прямоугольных деревянных рамах, будь то «Смерть Сократа» Жака-Луи Давида или «Алтарь» Хильмы аф Клинт. Содержание меняется, материал неизменен. Общепринятый стандарт.
Если вы хотите писать картины, скорее всего, вы первым делом натянете холст на прямоугольный деревянный подрамник и установите его на мольберт. На холсте еще нет ни капли краски, а вы, просто избрав такие материалы, уже сильно сузили спектр возможностей.
Мы исходим из того, что инструменты и формат – часть изобразительного искусства как такового. Но любая окрашенная поверхность может быть картиной, если несет эстетическую или коммуникативную функцию. Все прочие решения зависят от художника.
И в любом искусстве те же условности. В книге определенное количество страниц, и она делится на главы. Игровой фильм – от 90 до 120 минут, и в нем чаще всего три акта. Все эти нормы ограничивают наше творчество, хотя мы к нему еще даже не приступили.
В жанрах правила очерчены особенно четко. Фильм ужасов, балет, кантри-альбом – с каждым связаны определенные ожидания. Стоит навесить на свою работу жанровый ярлык, и тут же возникает соблазн подчиниться правилам.
Шаблоны прошлого могут вдохновлять поначалу, но полезно выходить за их рамки. Все то же самое миру не нужно.
Часто самые новаторские идеи появляются у тех, кто овладел правилами настолько, что может ими пренебречь, или у тех, кто вообще никогда их не учил.
Самые обманчивые правила – не те, что мы видим, а те, что незаметны. Они скрываются в глубинах разума, прямо за гранью осознанности – зачастую мы их даже не замечаем. Они проникли туда из детских установок, позабытых уроков, окружающей культуры и подражания художникам, которые и вдохновили нас творить.
Эти правила могут пригодиться, но могут и помешать. Остерегайтесь любых общепринятых допущений.
Бессознательные правила намного сильнее тех, что приняты осмысленно. И скорее всего, они и помешают вашей работе.
Любое новаторство рискует превратиться в правило. И стать самоцелью.
Мы делаем полезные открытия, а потом нередко выводим из них формулы. Иногда полагаем, что эта формула и определяет нашу роль в искусстве. Где наш голос, а где – нет.
Одним творцам это на пользу, других ограничивает. Порой за формулой следует снижение отдачи. Бывает, мы не понимаем, что формула – лишь малая толика того, что придает работе силу.
Полезно снова и снова сомневаться в процессе. Если вы добились хороших результатов в каком-то стиле, определенным методом или в особой обстановке, не думайте, что это и есть оптимальный путь. Или ваш путь. Или единственный путь. Религиозное рвение тут ни к чему. Может, есть и другие стратегии, и они подходят ничуть не хуже, открывают новые возможности, направления и перспективы.
Это не всегда так, но стоит иметь в виду.
Здравый подход художника – знать, что любое правило можно нарушить. Тогда ослабевают путы, а методы становятся непредсказуемыми и разнообразными.
По мере развития карьеры формируется стабильность, а она не так интересна. Вы воспринимаете творчество как долг или ответственность. Поэтому полезно бывает заметить, что вы давно уже работаете с одной и той же палитрой.
Начните следующий проект с очищения старой палитры. От этого возникает неопределенность – от этого бывает увлекательно и страшно. Как только у вас появится новый план работы, в творчество могут просочиться элементы прежнего подхода, и это нормально.
Полезно помнить, что, даже если выкинуть старые правила, приобретенные навыки никуда не денутся. Эти трудом наработанные умения превыше правил. Они остаются с вами. Представьте, что получится, если взять совершенно новый материал, новые принципы и наложить их на накопленный опыт.
Отказываясь от прежних правил, можно столкнуться с новыми, скрытыми, которыми вы руководствовались, даже не подозревая об этом. Как только вы эти правила распознаете, их можно будет отбросить или использовать намеренно.
Любое правило – осознанное, неосознанное – стоит опробовать. Сомневайтесь в своих допущениях и методах. Может, найдется способ получше. А если и нет, вы получите полезный опыт. Все эти эксперименты – как штрафные броски. Терять-то вам нечего.
Опасно полагать, что ваш подход – лучший лишь потому, что вы всегда им пользовались.
Верно обратное
Допустим, вы скульптор и отталкиваетесь от мысли, что создаете нечто материальное. Такое правило.
Исследовать обратное – значит принять в расчет, что скульптура может и не быть физическим объектом. Возможно, ваша лучшая работа будет воплощена в цифровой или концептуальной форме и не оставит материального следа. Или это будет не лучшая ваша работа, но мыслительный процесс приведет в волнующее неведомое.
Считайте, что правило – это противовес. Смысл тьмы и света ясен, только если их сопоставить. Без одного нет другого. Это слаженная динамическая система, как инь и ян.
Проанализируйте свои методы и подумайте, что было бы их противоположностью. Что привело бы их в равновесие? Каков свет для вашей тьмы, что тьма для вашего света? Нередко художники всецело сосредотачиваются лишь на одной чаше весов. Даже если творить на другой мы не станем, полезно понимать эту полярность – от этого может зависеть ваш выбор.
Другая стратегия – утрировать, выкрутить все цвета на максимум.
Лишь экспериментируя с балансом, вы поймете, к чему склоняетесь. И тогда можно перейти на другую чашу весов, обрести равновесие или остаться на своей и усилить эффект рычага.
На каждое правило прикиньте обратное, – возможно, оно не менее интересно. Необязательно лучше, просто другое. Все, что написано на этих страницах, тоже можно довести до крайности – или перевернуть вверх ногами, и выйдет не менее плодотворно.
Слушать
Когда мы слушаем, есть только сейчас. В буддистской практике во время обряда звонят в колокол. Звук тотчас возвращает участника в текущий момент. Такое небольшое напоминание: проснись.
Глаза и рот можно закрыть, а у ушей нет заглушек, их не закроешь. Они вбирают все звуки вокруг. Принимают сигнал, но не могут передавать.
Ухо просто открыто миру.
Когда мы слышим, звуки проникают в уши сами. Зачастую мы даже не сознаем каждый отдельный звук и весь их спектр.
Слушать – значит обращать внимание на звуки, включаться, сливаться с ними. Хотя неверно говорить, будто мы слушаем ушами или разумом. Мы слушаем всем телом, всем своим существом.
Вибрации в пространстве, соприкосновение звуковых волн с телом, пространственное восприятие, которому они сопутствуют, внутренние физические реакции на звук – все это происходит, когда слушаешь. Некоторые басы ощущаются только телом – слух их не улавливает.
Разница заметна, если слушать музыку в наушниках, а не через колонки.
Наушники создают иллюзию – внушают органам чувств, что вы слышите музыку целиком. Многие музыканты отказываются надевать в студии наушники, потому что это жалкое подобие слушания в реальном мире. Колонки же создают подобие звучания инструментов в комнате – мы физически погружены в полный звуковой спектр вибраций.
Многие из нас проживают жизнь как будто через наушники. Мы урезаем полный регистр. Слышим информацию, но не распознаем более тонкие вибрации чувств в теле.
Когда практикуешь слушание всем своим «я», расширяешь сферу сознания, вбирая в него массу информации, которую иначе упускаешь, – и добываешь очередную дозу материала для творчества.
Если вы слушаете музыку, закройте глаза. Возможно, вы растворитесь в этом опыте. Произведение закончится, и вы удивитесь возвращению. Вы побывали в другом месте. Там, где живет музыка.
Коммуникация идет в обе стороны, даже когда один говорит, а другой молча слушает.
Когда слушатель предельно внимателен, у говорящего даже меняется речь. Большинство людей не привыкли к тому, чтобы их выслушивали полностью, и это может их шокировать.
Порой мы блокируем поток информации и перестаем слушать по-настоящему. Вмешивается критическое мышление: оно фиксирует, с чем мы согласны и не согласны, что нам нравится и не нравится. Мы ищем основания не доверять говорящему или с ним поспорить.
Выражать мнение – не значит слушать. Готовить ответ, отстаивать свою позицию или оспаривать чужую – тоже не значит слушать. Слушать нетерпеливо – значит ничего не слышать.
Слушать – значит отложить недоверие в сторону.
Мы открыто внимаем. Мы сосредоточенны и непредвзяты. Единственная цель – полностью и ясно понять сообщение, всецело присутствуя при высказывании – и принимая его как есть.
Все прочее – медвежья услуга не только говорящему, но и себе. Создавая и мысленно отстаивая свою версию, мы упускаем информацию – а ведь она могла бы изменить или развить наши мысли.
Если не реагировать рефлекторно, порой где-то в глубине обнаруживается то, что нам созвучно или помогает понять. Новая информация может укрепить идею, подкорректировать ее или перевернуть с ног на голову.
Слушая без предубеждений, мы растем и учимся. Как правило, верных ответов нет – есть лишь разные точки зрения. Чем больше точек зрения мы видим, тем лучше понимаем. Наш фильтр учится точнее улавливать истинное, а не жалкие крохи пристрастных мнений.
Конец ознакомительного фрагмента.
Продолжение читайте здесь