Рик Риордан – ПЕРСИ ДЖЕКСОН И ОЛИМПИЙЦЫ. СЕКРЕТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ (страница 2)

– Я помогу тебе, – сказал я.

Она нахмурилась.

– С чего бы это? Я ведь не твой друг.

С этим трудно было поспорить. Кларисса миллион раз делала мне всякие гадости, и все же мне не хотелось, чтобы ее или кого-либо другого побил могучий Арес. Я задумался, подбирая слова, чтобы объяснить ей это, но тут послышался чей-то голос:

– Ух ты! Кажется, она плачет!

Неподалеку, прислонившись к телеграфному столбу, стоял какой-то парень. На нем были серые джинсы, черная футболка и кожаная куртка, на голове – бандана. За поясом торчал нож. Глаза у него были цвета пламени.

– Фобос, – Кларисса сжала кулаки. – Где колесница, придурок?

– Откуда мне знать? – издевательски ответил он. – Это же ты ее потеряла.

– Ах ты мерзкий…

Кларисса вытащила меч и замахнулась на него, но Фобос тут же растворился в воздухе, и меч полоснул по столбу.

Фобос появился на скамейке рядом со мной. Он хохотал, но тут же посерьезнел, когда я приставил меч к его горлу.

– Ты бы лучше вернул колесницу, – рявкнул я. – А не то я рассержусь.

Он фыркнул и нагло посмотрел на меня – насколько это возможно, когда к горлу приставлен острый клинок.

– Ой, а это что за малыш? Твой парень, да, Кларисса? Сама теперь не можешь справиться?

– Он не мой парень! – Кларисса потянула меч на себя и выдернула его из столба. – Он даже не друг. Это Перси Джексон.

Выражение лица Фобоса слегка изменилось. Казалось, он удивился и даже, может, немного занервничал.

– Сын Посейдона? Это ведь он разозлил нашего папашу? Умничка, Кларисса! Ты теперь дружишь с нашим заклятым врагом?

– Я с ним не дружу!

Глаза Фобоса полыхнули огнем.

Вскрикнув, Кларисса стала размахивать мечом в воздухе так, будто ее атаковали невидимые жуки.

– Хватит! Пожалуйста!

– Что ты с ней делаешь? – рявкнул я.

Кларисса отступила на улицу, отчаянно размахивая вокруг себя мечом.

– Прекрати! – велел я Фобосу и плотнее прижал клинок к его шее, но он вдруг исчез и снова возник возле телеграфного столба.

– Да не волнуйся ты так, Джексон, – сказал Фобос. – Я просто показал ей то, чего она боится.

Огонь в его глазах потух.

Кларисса рухнула на землю, тяжело дыша.

– Ах ты сволочь, – выдохнула она. – Ничего… Я до тебя еще доберусь!

Фобос повернулся ко мне.

– А ты, Перси Джексон, – чего боишься ты? Я ведь все равно узнаю. Рано или поздно.

– Верни колесницу, – сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и спокойно. – Как-то раз я разозлил твоего отца. Так что тебе меня не напугать.

Фобос рассмеялся.

– Не стоит бояться ничего, кроме самого страха. Так иногда говорят, да? Я открою тебе один маленький секрет, полукровка. Я и есть страх. Если тебе нужна колесница, иди и забери ее. Она на другом берегу. Там, где живут маленькие дикие зверушки, – самое место для такого, как ты.

Он щелкнул пальцами и исчез в облаке густого желтого тумана.

Знаете, я встречал немало полубогов и чудовищ, но такого отвратительного, как Фобос, еще не видел. Терпеть не могу задир. Я никогда не входил в «верхушку» класса, поэтому мне всю жизнь приходилось защищать себя и своих друзей от уродов, которые пытались нас запугать. А как этот Фобос смеялся надо мной, как он одним взглядом заставил Клариссу упасть… В общем, мне очень захотелось преподать ему урок.

Я помог Клариссе подняться. На ее лице все еще блестели капельки пота.

– Ну что, теперь не откажешься от помощи? – спросил я.

Мы зашли в метро, настороженно оглядываясь и ожидая очередного нападения, но нас никто не тронул. По пути Кларисса рассказала мне о Фобосе и Деймосе.

– Они младшие боги, – сказала она. – Фобос означает «страх», Деймос – «ужас».

– А какая разница?

Она нахмурилась.

– Ну, Деймос больше и ужаснее. Он пугает массы. Фобос имеет дело с отдельными людьми. Он может, например, покопаться в твоей голове.

– Отсюда и слово «фобия», да?

– Да, – проворчала она. – Он так гордится этим. Ну, что фобии названы в его честь. Придурок.

– А почему они не хотят, чтобы ты правила колесницей?

– Просто это особый ритуал для сыновей Ареса, когда им исполняется пятнадцать лет. А я – первая из дочерей, которой разрешили участвовать в этом ритуале за очень долгое время.

– Тебе повезло.

– Скажи это Фобосу и Деймосу. Они меня ненавидят. Мне обязательно надо вернуть колесницу в храм.

– А где этот ваш храм?

– На пирсе 86. «Отважный».

– Ух ты!

А что, не так уж и странно, если подумать. Я сам ни разу не был на борту этого старого авианосца, но, насколько я знаю, в нем устроили что-то вроде музея вооруженных сил. Наверняка там немало самого разного оружия, бомб и прочих опасных игрушек. Вполне подходящее место для бога войны.

– До заката еще часа четыре, – задумчиво сказал я. – Так что должны успеть. Главное, найти эту колесницу.

– Но почему Фобос сказал, что она на другом берегу? Мы ведь на острове, во имя Зевса! Куда ни посмотри – везде другой берег!

– Он еще говорил про диких зверушек, – вспомнил я. – Маленьких диких зверушек.

– Зоопарк?

Я кивнул. Зоопарк есть в Бруклине – как раз на противоположном берегу. А может… это какое-то другое место, – там, где держат именно маленьких диких зверушек. Это должно быть укромное убежище, чтобы никто не догадался, что там можно спрятать боевую колесницу.

– Стейтен-айленд, – сказал я. – Там есть небольшой зоопарк.

– Может быть, – отозвалась Кларисса. – Похоже на то. Фобос и Деймос вполне могли спрятать колесницу там. Но если мы ошибаемся…

– У нас нет времени на ошибки.

Мы вышли на Таймс-сквер и сели на номер 1, чтобы добраться до парома.

В половине четвертого мы уже были на пароме, вместе с группой туристов, которые выстроились у поручней на верхней палубе и увлеченно фотографировали статую Свободы.

– Он сделал ее похожей на свою маму, – сказал я, взглянув на статую.

Кларисса нахмурилась:

– Кто?