Рик Рентон – Я [презираю] аристо (страница 41)

— Ты. — Я чуть наклонил голову, чтобы увидеть того, кто замер позади него с клинком, лишь наполовину покинувшим ножны. — Убей!

Тонкое остриё немедленно выскочило наружу. И тут же выпрыгнуло у первого охранника из шеи, брызнув его кровью нам под ноги.

— Теперь сам.

— Н-н… Н-нет… — Воля второго охранника ещё пыталась сопротивляться, когда речь пошла о собственной жизни. Инстинкт самосохранения…

— Теперь сам. — Я повторил и сжал кулак крепче.

Окровавленный клинок тут же покинул горло умирабщего. И вспорол брюхо своему владельцу. А мы выдвинулись дальше, перешагнув через быстро растущие багровые лужи.

Судя по звукам, бой за стенами окружённого особняка набирал интенсивность. Тяжёлые гранатные разрывы перемежались короткими, но частыми очередями. А крики раненых и приказы командиров звучали всё истеричней. Организованная атака и подготовленные мной амулеты не оставляли охране шансов. И подавление обороны было лишь вопросом времени. Правда уже через минуту или две здесь будет подкрепление из жандармов и спецназа чёрных. Как только поймут, что атака на соседней посёлок — ложная. Но мне хватит этого времени. Я же всё рассчитал.

Перед входом в просторную гостиную пришлось задержаться. Свободной рукой я подтянул рацию ближе к лицу:

— Третий, на позиции?

— Так точно!

— Вперёд!

— Есть!

И сразу после этого ответа притаившаяся за шикарной мебелью засада выхватила несколько длинных залпов со своего фланга. Залетая с улицы, крупнокалиберные очереди прошивали насквозь и стены, и двери, и дорогой интерьер. И притаившуюся охрану.

Но один из тех, кого пули настигли в гостиной, всё-таки смог принять их на псевдообсидиан своих боевых протезов. И, прикрывая искусственной рукой голову, выпрыгнул из-за мебели в нашу сторону. Свободной пятернёй он уже развернул наноструну. И спустя ещё секунду отрезал ею половину угловой колонны, за которой мы укрывались. А следующий взмах ударил мне в поднятый перед собой кулак.

Наноструна быстро оплелась вокруг раскалённой добела перчатки. И прежде чем ветеран смог освободиться от собственного оружия, я дёрнул его на себя.

Разбрасывая искры от рикошетов, пули безобидно врезались в искусственную половину тела моего противника. А преобразователь энергии уже сконцентрировал всю их силу на чёрной пятерне, летящей мне в голову вместе со своим владельцем.

Вот только этот полёт длился на секунду дольше положенного. Затормозить наполовину искусственное тело было сложнее, чем пули. Но этой секунды мне хватило. И когда чёрный кулак пробил стену рядом с моим лицом, я оплёл наноструной шею противника и, дёрнув на себя, пнул его в противоположном направлении.

— Третий! Занять оборону! — Я отпустил рацию и, перешагнув через отрезанную голову, указал сжатым кулаком на широкую лестницу. — Вперёд!

— Есть! — Голос из рации подтвердил приказ, когда мы уже поднимались по первым широким ступеням.

А когда достигли площадки между этажами, я обернулся к напарникам:

— Дальше я один.

— Есть! — Оба одновременно кивнули. И, укрывшись за поворотом перил, выставили оружие в сторону разгромленной гостиной. Над нами уже слышался стрёкот вертолётов чёрных. И эта последняя линия обороны мне скоро понадобится. Ведь после срабатывания сигнализации все окна закрыты бронированными ставнями.

В каждой комнате на пути в главную спальню — ещё минимум один телохранитель. С такими же имплантами, как и у командира отряда в гостиной. А козырей в моём рукаве осталось уже совсем мало.

Но мне хватит.

Поднявшись на верхний уровень, я помедлил, прежде чем шагнуть за угол — в коридор, ведущий ко входу в хозяйскую спальню. И, разжав раскалённый кулак, слегка дунул на горячий кристалл.

Небольшой рыжий вихрь, слетевший с поверхности портала, завернулся в несколько фигурных петель — таких же, как и огненная спираль внутри куска хрусталя. И едва эта полупрозрачная дымка достигла угла, как её тут же прошил целый рой пуль.

Стрельбу вели те, кто засел за дверями других спален — по обе стороны от прямого прохода.

— Сиз файе!!! — После это выкрика из дальнего конца коридора, стрельба остановилась почти мгновенно.

Смотри-ка. А ведь и правда, ближайшие телохранители — наёмники с запада. Почти никто не верил в эту версию. Казалось бы, наши злейшие враги… Но самая главная семья в Империи почему-то доверяет им больше, чем своим многочисленным вассалам.

Что ж… Их трудно в этом винить. Я сам живой пример того, что не стоит во всём доверять своим преданным слугам…

— Рилодин!!!

— Тэйк кавэ!!! — За углом снова выкрики и грузный топот. — Ригруп!!! Ригр… Экхэ… груп… Кхэ…

Резкие крики постепенно сменились надсадным кашлем. А топот и хруст оружейных затворов — звуком грузных падений. Вот теперь можно спокойно идти дальше.

Нужная мне дверь располагалась примерно в десяти шагах прямо по коридору. Осталось только перешагнуть через трясущиеся в агонии тела, покрытые непрерывно растущими гнойниками и язвами. Иммунная система телохранителей уже окончательно сдалась под напором бешено размножающихся микроорганизмов. Точно так же, как и охранные системы особняка и закрытого посёлка посходили с ума. И уже не могли остановить штурм в исполнении моих союзников:

— Третий на позиции. Держу оборону!

— Четвёртый на позиции! Держу оборону!

— Пятый — на позиции! Держу оборону!

— Второй — на позиции! Держу оборону!

Перешагнув через ещё одно заживо разлагающееся тело, я чуть наклонился к своей рации:

— Первый — у цели. Держитесь. Осталось недолго…

Шагая к двери, я прикидывал, как бы побыстрее вскрыть это последнее препятствие. Термитные шашки на петли? Электронная отмычка на замок? Или просто превратить всё в пепел с помощью той силы, что я ещё храню в сжатом кулаке?

Но тут дверь открылась сама. И из тёмного прохода на меня метнулась лохматая серая тень:

— Р-рав!!!

Нет. Всё-таки самые преданные охранники у Императора — из наших. И я сам когда-то был тому живой пример…

Метнувшись серой тени навстречу, я встретил когтистые лапы своими огненными пятернями. И когда мы на долю секунды замерли в напряжённом клинче, золотистые глаза заглянули мне в душу с испепеляющей ненавистью.

Вот только градус моей ярости был ничуть не ниже. И лохматый противник тут же кубарем откатился обратно в распахнутую дверь, оставив в воздухе лёгкий дымок и запах палёной шерсти.

Прежде чем двуногий волк успел опять вскочить на лапы, я снова оказался рядом. И, схватив зверя за шкирку, резко подкинул того к потолку.

Грохнувшись затылком о драгоценную отделку, зверь снова рухнул мне под ноги вместе с осколками мрамора. И на этот раз у меня было уже куда больше времени на то, что бы стреножить оглушённого противника трофейной наноструной. После этого уже можно отправить пленника пинком в дальний угол комнаты — прочь от моей главной цели. Подальше от широкого мягкого ложа, где под толстым одеялом тряслись последние представители рода, правившего Империей дольше тысячи лет.

А ведь мне даже не нужно их убивать…

— Да-а-а… Забери у них то, что они украли… И остальные воры уже никогда не смогут пользоваться нашей силой… А ты навсегда обретёшь то могущество, лишь малую часть которого ты сегодня отведал…

Я просто прикоснусь к этому дряхлому старику. И к этой трясущейся от страха девчонке, что обнимает его так, словно может защитить от неизбежного…

— Это принесёт свободу и отмщение для таких, как ты… Для тех, кто погибал от голода и чумы рядом с чужими пирами… Тех, кто считал свои долги там, где другие за секунду прожигали состояния… Тех, кто был вынужден продавать собственных детей в руки, готовые их использовать…

Но ведь сейчас они всего лишь могут трястись от страха… Жалкое зрелище…

— Этот страх достоин не жалости, а презрения! Забери своё, Низложитель! Уничтожь этих презренных воров. И…

«И»?

Что «И»?

Что будет дальше?

Что будет, когда прежний мир рухнет?

Что будет, когда эта гнилой, чванливый и бессовестный клубок червей перестанет существовать?

На пустое место тут же бросятся тысячи других паразитов?

А может, мы сами сожрём друг друга в горящем хаосе?

А может тогда на свободу выйдет что-то такое, что по сравнению с ним прежние времена покажутся детской сказочкой?

Что будет с моим миром тогда, когда я верну вам вашу силу?

Молчите?

Не знаете?