Рик Мофина – Формула зла (страница 8)
– Да, из-за скалы.
– Именно так ты и сказала?
– Да.
– А что было потом?
– Она развернулась и пошла спиной вперед, чтобы сделать классную фотку с обрыва. – Кэти заломила руки и облизнула губы. – Я сказала: «Будь осторожна», а она все повторяла, как тут красиво, и шла спиной, а потом… – Сделав глубокий вдох, Кэти выдавила из себя мучительные слова: – Она закричала, и больше ее там не было! – Девочка слепо смотрела прямо перед собой. – Но я услышала ее голос. Посмотрела вниз. Она повисла на дереве, которое торчало из скалы. Просила меня привести помощь. Я так испугалась! Не знала, как быть. И побежала.
Кэти заплакала, и ее голос стих до шепота.
– Я прибежала сюда и позвала на помощь. Джексон, Адам и Конни пришли, но, когда мы добрались до скалы… – Лицо Кэти сморщилось от боли. Она крепко зажмурилась. – Я увидела Анну внизу, на камнях. Это было ужасно!
Спустя какое-то время девочка заговорила снова:
– Хочу к маме! Пусть мама заберет меня домой!
– Мы почти закончили, – сказала Пирс.
– Пожалуйста!
– Осталась всего пара вопросов, солнышко, – успокоила Ким девочку. – Когда ты побежала за помощью, Анна еще держалась за ветку?
– Да.
– А был ли у нее в руке телефон, когда она упала?
– По-моему, нет.
– Ты видела, куда он упал?
Кэти покачала головой.
– А сама ты ничего не фотографировала на свой телефон?
– Нет, мой остался в рюкзаке. У Анны получалось лучше.
– Ты не слышала и не видела кого-то еще рядом с вами, когда Анна упала, или после того, как ты привела взрослых?
– Нет.
– Ты видела, чтобы она поскользнулась?
– Нет.
– Там было ветрено?
– Не знаю.
– Вы с Анной ни о чем не спорили и не ссорились перед тем, как это случилось?
– Нет.
– Даже по мелочи?
– Нет. Мы же подруги.
– Анна что-нибудь сказала перед тем, как упасть?
– Только сказала, что хочет сфотографироваться… – Кэти с трудом подбирала слова. – А я… а я просила… – Голос у нее сорвался. – Я просила ее быть осторожной.
Пирс выдержала долгую паузу, после чего похлопала свидетельницу по руке.
– Кэти, ты очень нам помогла. На сегодня все. Сейчас тебя осмотрят медики, а потом мы отвезем тебя домой.
Ким оставила Кэти с медиком и другим полицейским, отошла в сторону, чтобы просмотреть свои заметки, глубоко вздохнула и понаблюдала за другими детьми.
Они разделились на небольшие группы. Одни отвечали на вопросы помощников шерифа и патрульных, другие утешали друг друга на фоне всеобщего отчаяния.
Невинная прогулка обернулась трагедией. Так, по крайней мере, все выглядело со стороны, подумала Ким, когда у нее зазвонил телефон.
Это был Бентон. Она ответила:
– Пирс.
– Родители Анны Шоу приехали на парковку, – сообщил он. – Люди шепчутся. Им хочется знать правду.
– Ты ничего им не говорил, Карл?
– Нет. Ты здесь главная.
Она прижала смартфон крепче к уху и собралась с духом, готовясь к следующему шагу.
– Я еду.
Глава восьмая
С лица Линоры Шоу не сходила печать тревоги.
Одной рукой она прижимала к груди смартфон, а другой стиснула руку мужа.
Загорелые ладони Чака Шоу с тыльной стороны были сплошь в царапинах и засохшем цементе: он очень торопился с работы. Глаза буравили Пирс, точно пули.
Всякий раз, когда Ким оказывалась лицом к лицу с семьями жертв в тот страшный миг, который навсегда изменит их жизнь, в память ей вреза́лись мелкие детали. Царапина на подбородке, оставшаяся после бритья. Удар кулаками по кухонному столу. Протяжный стон матери, в ужасе отпрянувшей, отказываясь признать страшную правду.
Воспоминания преследовали Пирс и бессонной ночью, и днем, в тихие минуты отдыха.
Эта часть работы казалась ей самой трудной, но и самой важной, и сегодня она твердо решила сделать все, что было ей под силу в столь непростых обстоятельствах. Среди родителей, читающих сообщения от детей, которых по-прежнему не выпускали из лагеря, быстро разлетались слухи. Опасения и догадки буквально заполонили новостные ленты и публикации в соцсетях.
Пирс распорядилась, чтобы родителей Анны Шоу отвели в дальний угол парковки, между грузовиками и каретой скорой помощи, а также повесили полицейскую ленту, оградив их от журналистов и других посторонних лиц. Хоть какое-то личное пространство.
Бентон и Тилден проводили супругов и их родственников в означенное место. Там их уже ждали два медика, которых предупредили заранее. Через несколько минут подошла Пирс в сопровождении Гротовски и Хирано. Приблизившись к родителям Анны Шоу, она начала считывать их поведение, подмечать детали и настраиваться на тяжелый разговор.
– Я мать Анны Шоу, – обратилась Линора к Пирс. – Где моя дочь?
– Вы главная? – спросил Чак. – Что здесь творится, черт подери?
– Анна пострадала? Я тут такого наслушалась! – Глаза Линоры искали ответ во взгляде детектива. – Скажите нам, что случилось!
По лицам родителей жертвы Пирс поняла, что они уже знают правду.
От родственников никогда ничего не скроешь. Они всё понимают. Видят активную работу оперативников, ее масштабы и высокую интенсивность. Чувствуют, что в воздухе пахнет бедой. Родители Анны тоже знали правду, хоть и не хотели знать. Молили небеса о том, что ошибались. Ведь, как любые родители, в глубине души они надеялись, что все обойдется и самое страшное событие, какое только можно себе представить, не произошло.
Но знали, что худшее впереди.
И теперь Пирс должна была сообщить им об этом.
– Я детектив Ким Пирс… – начала она.
Но Чак Шоу не унимался.
– Послушайте! – Его лицо исказили страх и злость. – Линоре звонит один из родителей. Мол, с Анной что-то случилось. Я бросаю работу, забираю жену из банка. И пока мы сюда едем, нам никто ни черта не говорит! – Шоу поискал глазами вертолет, парящий далеко в небе. – Вы скажете нам правду или нет?
Пирс несколько раз моргнула, чувствуя, как на глазах выступают слезы. Затем достала из кармана и показала родителям водительские права Анны.