Риган Хэйс – Пробуждение Тьмы (страница 8)

– Так ли уж он разрушен, как тебе видится? – спокойно спросила Керидвена, после чего взяла ее за руку. Вместе они сделали шаг за ворота, и тут же картинка перед Региной начала стремительно меняться: дыры в стенах заполнились недостающими камнями, выбитые витражные стекла снова засверкали в оконных проемах, словно из земли выросла новенькая каменная лестница. Прямо на глазах замок обретал черты обжитого, целостного здания. В некоторых окнах горел теплый свет, а по фасаду тянулся вверх кудрявый плющ, обвивая эркеры. Из груди Регины вырвался вздох восхищения. Магия, до этого ей неведомая, могла быть не только разрушающей, но и созидающей.

– На замок наложены чары обманчивости, – объяснила Керидвена. – Простой человек видит лишь то, что мы хотим ему показать, то есть – необитаемые руины некогда величественного замка. Ведьмины чары способны одурманить кого угодно и как угодно, если уметь правильно их применять. Однако уже много лет никто из людей не заходит в наши владения.

– Почему?

– Леса в округе приобрели у людей дурную славу: в них человеку неуютно и жутко. Многим не посчастливилось повстречаться с тварями, обитающими издревле в этих землях. Коренные жители местных окраин рассказывают друг другу страшные легенды и не осмеливаются забредать в густую чащу, охраняемую недружелюбными фейри: уж кто-кто, а они своего не упустят. Много людей сгинуло по их прихоти в этих зарослях. Для нас, ведьм, этот лес – место силы, но даже нам в него заходить позволено только в исключительных случаях, в иное же время находиться там небезопасно, – ответила Керидвена, и по щелчку ее пальца парадная дверь замка распахнулась перед ними.

Как только Регина с сопровождающими вошла внутрь, Керидвена взмахнула ладонью: свечи в настенных канделябрах по обе стороны от них озарились ярким свечением пламени и окрасили помещение в красновато-оранжевые тона. Регина ощутила, как по телу разлилось благодатное тепло, а кровь шустро побежала по венам. Перед ней предстала большая зала с изящными каменными сводами потолка. Вниз свешивалась большая люстра с серебристыми подвесками из хрусталя. Регина обернулась: над входной массивной дверью арочного типа висел гобелен с изображением замкового герба – полумесяц, увитый вязью из гибких стеблей и бутонов на кельтский манер. Впереди располагалась широкая лестница, покрытая бордовым ковром с цветочным орнаментом, а на ступеньках стояла высокая молодая женщина, явно поджидая гостей.

– Керидвена, с возвращением! – пропела она бархатным голосом, текучим, словно растопленный мед. – Добрый вечер, Ровена, Идальга.

Женщина почтительно склонила голову, а подняв, остановила взгляд на Регине. Подтянутое лицо приятного персикового оттенка очерчивали точеные скулы. Длинные каштановые волосы волнами струились по плечам, блистая даже в приглушенном свете свечей. Пухлые алые губы растянулись в приветственной улыбке. Казалось, более красивой женщины Регина прежде не встречала – настолько она была очарована.

– Мы ожидали совсем другую гостью, но и тебя я рада видеть здесь, – поприветствовала ее незнакомка. – Ты, должно быть, дочь Гвендолин?

– Да, я Регина, – робко представилась она, прикидывая, стоит ли поклониться. Или, может, пожать ей руку? Какие порядки здесь в ходу?

– Ты на нее похожа, – протянула женщина задумчиво, спустилась по лестнице и встала прямо перед Региной. Карие глаза ее смотрели внимательно и добро. – Я Эдана Абердин, рада знакомству.

Эдана приобняла Регину за плечи, заботливо, как если бы они состояли в близком родстве. Ее теплое прикосновение волшебным образом развеяло внутреннюю ненависть к ведьмам и уничтожило опасения. Вместо страха внутри растеклось приятное чувство единения и спокойствия, словно ничего не изменилось и вокруг не холодный камень замка, а родные домашние стены. Если по дороге сюда Регина успела изрядно себя запугать, то сейчас ведьмы не казались такими уж опасными. Однако вспомнив, как Керидвена подвергла ее мать забвению, она тут же отбросила оптимистичные надежды. Навеянное чарами ведьмы тепло испарилось.

– Ты, наверное, сильно замерзла? – спросила Эдана учтиво и посмотрела на Керидвену.

Та что-то шепнула на ухо своим спутницам, а затем отдала поручение:

– Эдана, будь добра, проводи нашу гостью в свободную комнату. Теперь она будет обучаться мастерству, чтобы нагнать своих сверстниц. А сейчас Регине нужно отдохнуть – путь был не близким.

– Разумеется, – кивнула Эдана и, легонько ухватив Регину за локоть, повела вверх по лестнице. – Я покажу, где ты будешь теперь жить.

Они поднялись на второй этаж и свернули налево. Никогда прежде Регина не бывала в настоящем замке. Шагая по узкому коридору, она осматривалась: на стенах кое-где висели пейзажи незнакомых ей художников; на маленьких пристенных столиках стояли вазы с сухоцветами – букеты из засушенных роз и вероники источали едва уловимый аромат; мягкий ковер цвета выдержанного вина приглушал их шаги.

– Наверняка мать обучала тебя основам, но, боюсь, этого будет недостаточно, чтобы раскрыть весь твой потенциал, – сообщила Эдана. – Совсем скоро ты догонишь сестер ковена, но, думаю, первое время наставлять тебя будет одна из наших лучших воспитанниц, чтобы ты успела наверстать упущенные знания.

«Моя мать не обучала меня ничему, и лучше бы все так и оставалось», – подумала Регина и согласно кивнула.

– Как только ты освоишь базовые вещи, мы проведем ритуал пробуждения сил.

– Пробуждения сил? – растерянно переспросила Регина.

– Не забивай этим голову пока, – успокоила ее Эдана и небрежно махнула рукой. – Сейчас тебе нужно поспать и обвыкнуться на новом месте, а это будет нелегко.

Эдана остановилась у резной деревянной двери почти в самом конце коридора.

– Вот твоя комната. Кэссиди МакКена будет твоей соседкой и наставницей, она научит тебя всему, что сейчас необходимо знать. К слову, не советую портить с ней отношения, у нее довольно непростой характер, – Эдана предупреждающе погрозила пальцем. – Хотя, думаю, вы отлично поладите. Когда живешь бок о бок много времени, не остается другого выбора, если не хочешь, чтобы из твоего арсенала начали пропадать расчески, духи, платья и симпатичные юноши.

Эдана ехидно улыбнулась и распрощалась с Региной. Регина посмотрела вслед грациозно удаляющейся фигуре ведьмы, вздохнула и негромко постучала в дверь. Услышав «войдите», она легонько толкнула дверь и вошла.

Комната была выполнена в приглушенных оттенках красного и местами обита бархатом. Отделка была простой, но сохранила старинный дух. Над двумя постелями, расположенными в разных концах комнаты, нависли кисейные полупрозрачные пологи. Два островерхих окна в готическом стиле были наполовину прикрыты длинными бордовыми портьерами. Через разноцветное стекло просачивались ранние утренние лучи, а у окна, на круглом антикварном столике с узорными ножками, стояла золотистая клетка. Внутри, переминаясь с одной лапки на другую, сидел на жердочке небольшой ворон. Он внимательно осмотрел гостью и принялся чистить клювом черные перышки.

Взгляд Регины остановился на ярко-рыжей девушке, сидящей в одной полупрозрачной белой сорочке у трюмо. Она смотрела в большое овальное зеркало и расчесывала длинные кудрявые волосы, спутанные после сна, и будто не замечала новой соседки. Регина громко откашлялась, обозначив свое присутствие. Только теперь рыжая обратила на нее внимание и повернула голову.

– Ну, привет, «Ведьма из Блэр»[3], – выдала она спустя мгновение и насмешливо ухмыльнулась. – С прибытием в Кайллех-Хилл. Ну, не стой в дверях, располагайся. Я не кусаюсь, во всяком случае, не в первую встречу.

Кэссиди продолжила терзать свои роскошные волосы, а Регина прошла к кровати, которая отныне числилась за ней. Ей было не по себе от отсутствия личных вещей: ни тебе мобильника, ни компьютера, ни даже крохотного радиоприемника для связи с внешним миром. На прикроватном столике она обнаружила лишь парочку кремов с неизвестным составом, предметы ухода в виде гребешка и маленьких ножниц, а в двустворчатом шкафу у стены нашла несколько комплектов повседневной и праздничной одежды. Пошита она была по странной старой моде и была немного непривычна глазу. Регина провела рукой по платьям, пощупала ткань: льняной материал приятно отзывался в пальцах и будто нашептывал воспоминания о прошлом. У мамы было похожее платье, подумалось ей, и от этой мысли вдруг накатила обжигающая горло грусть. Воспоминания о непростой ночи навалились на Регину и придавили своим грузом.

Регина устало села на постель.

Кэссиди наконец закончила с расчесыванием и резко развернулась к ней.

– Ну, что расскажешь, новенькая? – спросила она, заплетая косу. – Небось, голова идет кругом?

– В точку, – буркнула Регина, ковыряя под ногтем. Обсуждать произошедшее ей совсем не хотелось.

– Ничего, привыкнешь, – заверила Кэссиди. – Поначалу новеньким все тут кажется странным, аскетичным и далеким от цивилизации. Но со временем придется это принять как неизбежность. И стать частью ковена.

Хоть Кэссиди и сказала это уверенно, ее насмешливый взгляд говорил девушке обратное.

– И что даст мне ваш ковен? – сухо спросила Регина. – Ну, кроме разве что сил.

– Разве что сил… – передразнила Кэссиди и раздраженно цокнула языком. – Да ты же не понимаешь еще, что это такое! Но скоро ты осознаешь, почувствуешь. – Из ее уст это прозвучало почти угрозой. – Ковен подарит защиту и новую жизнь, которая простым людям и не снилась. Керидвена чуть позже сама тебе расскажет.